Босс (не) моих фантазий

Глава 41

Я, несмотря на то, что остаюсь, все равно оказываюсь вне разговоров. Павел Сергеевич с Никой общаются о чем-то своем, понятном только им самим. Я же успеваю рассмотреть все вокруг, изучить каждую полосочку и точечку на паркете.
- Лер, а ты чего молчишь? - Вспоминает обо мне Ника.
- Да мне нечего сказать.
- Да не стесняйся ты! Все свои!
- Ника, ты меня не смущаешь, если ты переживаешь за это.
- Ну вот и расскажи что-нибудь! Представь, что меня здесь нет.
- Тогда мне вообще не с кем разговаривать, - говорю я, поглядывая на Павла Сергеевича и ожидая от него хоть какой-то реакции.
- А как же Паша?! - Изумляется ничего не понимающая Ника.
- А это кто? Ааа ... Паашаа ... Тогда тем более нет желания разговаривать.
- А что он натворил? Ты рассказывай, рассказывай. - Поворачивается она ко мне всем телом, закрывая весь обзор и, главное, лицо директора. - Забудем, что он тут. - Отмахивается Ника. - Что натворил то?
- А знаешь ... Расскажу! - Воодушевляюсь я. Да, скорее всего я поступаю неправильно, но других вариантов проучить директора у меня сейчас нет. Может, хоть так станет ему стыдно, и он поймет, насколько не прав. - Ты представляешь, он должен был меня забрать с работы, а как уехал, так и не вернулся. Телефон был отключен, а рабочий день закончился. Я долго ждала его, но когда осталась одна в офисе, то стало совсем неуютно. Я пошла на улицу. Замерзла. Зашла в кафе, чтобы согреться. Там неожиданно встретила коллег, они сами ко мне подсели. Вроде стало хоть немного весело. Тут врывается взбесившийся Паша! И в своей манере буквально выводит меня из кафе. А на улице еще и отчитывает! И по приезду домой вообще куда-то пропадает. Вот представляешь! А виновата я!
Ника очень заинтересованно слушает меня. Мне даже начинает казаться, что она сочувствует мне. Но мой рассказ заканчивается, а обратной связи никакой я не получаю. Тут Ника молча встает с дивана и уходит на кухню. Воцаряется тишина. Никто не понимает, что происходит. Девушка возвращается со стаканом воды. Она смотрит на меня, остановившись совсем рядом к Павлу Сергеевичу. Разворачивается. И выплескивает все содержимое стакана ему в лицо. От неожиданности директор даже не дергается.
- Дурак! - Наклоняется Ника, оказываясь с директором лицом к лицу. - Если будет надо, то я закрою вас в туалете, чтобы ты извинился, братец.
И Ника уходит на второй этаж. Я ошеломленная произошедшим, слежу за реакцией директора. Но на смех пробирает. И от неожиданных действий Ники, и от слишком серьезного и мокрого лица Павла Сергеевича. А он всего лишь тяжело вздыхает, протирая лицо рукой от воды.
- А еще удивляется, что я так редко к ней приезжаю, - говорит он в пол голоса.
- Ну вообще-то она права, - осмеливаюсь я, боясь вообще что-то говорить.
- Чего?
- Наверно я спать ... - Быстро вскакиваю с дивана и пытаюсь пробежать прямо по нему к комнате, в которой можно будет закрыться.
- Стоять! - Хватает он меня за руку и тянет на себя.
Я падаю от резкого и сильного одергивания прямо на спину. Спасают только габариты дивана. А директор быстро заводит мою руку в сторону, чтобы я не смогла вывернуться, припирает ее к спинке дивана. И всем своим сильным телом наваливается на меня.
- Повтори, - выдыхает он мне в лицо.
- Ника ... права ... - Быстро выпаливаю я от неожиданности и безысходности.
- Да? Правда что ли? А ты забыла упомянуть, как сама потом не отвечала на мои звонки, развлекаясь с мужиками?
- Твоя ревность не обоснована. - Я говорю тихо, медленно, повторяя излюбленную свою ошибку. Я смотрю ему в глаза, из-за чего сразу же начинаю топить сама себя. Таю на глазах!
- Ревность? - Ухмыляется Паша. - Ревность, значит ... А почему я не могу ревновать ту, которая мне нравится и отвечает взаимностью?
- Паш, мы об этом уже говорили ... Не может ...
Он не дает мне договорить, наклоняясь все ниже. И в итоге закрывает мне рот поцелуем. А я даже оттолкнуть его не могу! Лишь наслаждаюсь этим сладким мгновением, зная, что после ничего не последует. Мы также разойдемся по разным комнатам, а утром продолжим спор о том, кто сильнее виноват.
Но Паша слишком настойчиво целует меня. Он покидает мой рот и медленно переходит к шее. Нежные поцелуи спускаются все ниже ... Шея ... Ключицы ... Паша задирает мои ночные шорты, гладя рукой ягодицу. Я растворяюсь. Незнакомое чувство разгорается внутри все сильнее. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Руки не слушаются меня, и начинают гладить Пашу по спине. Я тянусь к его губам, и он ловит этот миг. Поцелуй становится более жадным, страстным, жгучим, желанным ... Будто мы давно оба этого хотели и наконец получили. Как глоток воды под палящим солнцем пустыни. А мне становится все жарче, волна огня проскальзывает по моему телу, которую зажигает Паша поглаживаниями.
Но приходит осознание, к какому кульминационному моменту мы движемся. Я разрываю нашу связь, шепча Паше в губы.
- Надо остановиться.
- А ты этого хочешь? - Отвечает он под стать мне.
- Я никогда не ...
- Тебя смущает только это? - По-доброму ухмыляется он, не переставая гладить ягодицу, заводя руку все выше.
- А тебя не смущает?
- Нисколько.
Паша, не отпуская меня ни на миг, встает с дивана. Я оказываюсь в роли мартышки, висящей на нем. Все внутри меня радуется и просит продолжения, но только разум противится происходящему, так и крича “слазь с него, еще не поздно убежать”. Но я его не слушаю, опуская голову на плечо Паше, пока он заходит в ближайшую спальню, ради которой не нужно подниматься по лестнице.
Щелкает дверной замок, а мы медленно падаем на кровать, не отпуская друг друга. Паша вновь впивается в мои губы, попутно развязывая веревку на спортивных штанах. Я помогаю ему избавиться от них. Штаны куда-то улетают, что оказывается совсем не важным сейчас. Паша расстегивает пуговицы на ночной рубашке, целуя ключицы. Когда с пуговицами покончено, а рубашка раскинута, обнажая меня, то он переходит ниже. Я буквально вздрагиваю от ощущений. Миг, и шорты на мне исчезают. Я теряю полную связь с реальностью, полностью погружаясь в состояние наслаждения.
- Не бойся, - шепчет Паша и ...