Босс, никогда не говори "никогда"

Глава 1. Агния

Я вытягиваюсь на диване во весь свой рост и блаженно улыбаюсь. После генеральной уборки дышать стало заметно легче. Окна блестят чистотой, от выстиранной и отглаженной тюли веет морским воздухом, в шкафах идеальный порядок, и ни в одном углу нет ни единой пылинки.

Всё идеально.

Хотя нет, не всё.

Перевожу взгляд на чумазую дочь. Она сидит за столом, перемазанная акварельной краской, и старательно пытается перерисовать с планшета на бумагу изображение русалочки.

Моя юная художница.

— Злата, как твои успехи? — хрипло спрашиваю дочь, рассасывая во рту таблетку от боли в горле.

— Я почти закончила, — отвечает, не глядя на меня. Она продолжает водить кисточкой по бумаге, смешивая синий и зелёный цвет в хвосте русалочки.

— Хорошо, — прикрываю глаза. У меня есть ещё минут десять, чтобы перевести дух перед тем, как начать отмывать своё «чудо-юдо», а затем и стол. Мысленно уже представляю, как буду смывать краску с рук, лица и одежды. Но улыбаюсь — такие моменты бесценны.

Расслабиться я не успеваю. С пола доносится вибрация мобильного телефона. Нащупав его рукой, отвечаю на вызов, даже не взглянув на экран. Из динамика тут же раздаётся взволнованный голос подруги:

— Подруга, выручай!

— Что случилось? — лениво спрашиваю я, зная, что могло произойти что угодно: от перегоревшей лампочки до кота, который пометил её новые туфли.

— Что у тебя с голосом? — тут же сникает подруга.

— Молока холодного попила, — хриплю в ответ, морщась от режущей боли в горле.

— Температуры нет?

— Нет. Только горло болит и нос немного заложило. Чего случилось-то?

— У нас в понедельник презентация! Художник, который должен был закончить рисунок на стене в холле офиса, заболел. Нового найти не могу. Никто не берётся за работу в такие короткие сроки. Я уже обзвонила полгорода, все отказались.

— Свет, ну кто же так оговаривает сроки? — качаю головой, хотя она этого не видит. — Во-первых, творческая работа требует запаса времени. У художников вдохновение по расписанию не приходит. Во-вторых, могут быть форс-мажоры, и нужно брать в запас ещё неделю до дедлайна.

— Да откуда мне было знать?! Мне вообще поручили только проследить за выполнением работы, так как весь креативный отдел уехал в новый филиал с новым проектом. Ты поможешь?

Смотрю на дочь, которая увлечённо рисует. Потом на часы. Мысленно прикидываю, как быть.

— Мне не с кем оставить Злату. Мама уехала на дачу, вернётся только завтра.

— Приезжай с ней! — с надеждой восклицает подруга. — У нас есть два дня, чтобы закончить. Я помогу, чем смогу. Буду краску мешать, кисточки мыть. Только приезжай!

— Свет…

— Агнусь, иначе он меня уволит. Он терпеть не может безответственных людей.

— Ты не виновата. Это вообще не твоя зона ответственности, а креативного отдела.

— Мой же отдел подбирал кандидатов.

— Да, но решение было за креативщиками.

— Ему это не докажешь. Он поручил это мне. Так что ответственность полностью моя. У него золотые правила: «Сказал — сделал», «Обещал — выполнил». Я не могу его подвести.

— Ладно, — сдаюсь я. — Скоро будем.

— Спасибо-спасибо- спасибо! — Света чуть ли не кричит. — Ты меня спасла! Я век буду благодарна!

— Погоди благодарить, — усмехаюсь. — Я ещё ничего не сделала.

Завершив вызов, я с тяжелым вздохом встаю с дивана, глядя на чумазую дочь.

— Милая, нам нужно помочь тёте Свете.

— Нужно покормить её кота?

— Нет, — смеюсь. — Нужно помочь закончить рисунок в офисе, где она работает.

Злата тут же поднимает на меня горящий взгляд.

— А ты разрешишь помочь тебе?

— Конечно.

Она мгновенно откладывает кисточку, соскакивает со стула и бежит в ванную. Готовая на всё, лишь бы ей разрешили что-нибудь раскрасить.

Собираемся быстро. Надеваем одинаковые белые футболки и джинсовые комбинезоны. Свои рыжие волосы собираем в пучок и повязываем шелковые шарфики вместо ободка. Я смотрю на дочь — она копия меня, только маленькая и ещё более непослушная.

Запрыгиваем в мою старую «Мазду». Злата устраивается на заднем сиденье, пристёгивается и просит включить песни из мультфильма про русалочку.

Мы выезжаем со двора, и дочь начинает подпевать. Обычно я тоже присоединяюсь к ней, но сегодня мое горло протестует и хочет, чтобы я помолчала.

До офиса добираемся весело и быстро: музыка, суббота, июнь, все на даче, пробок нет.

Паркую машину у высокого стеклянного здания с огромной вывеской логистической компании «ТрансКлим».

— Мамочка, а что мы будем рисовать? — спрашивает Злата, когда я помогаю ей выбраться из машины.

— Пока не знаю, — отвечаю честно. — Посмотрим, что там уже есть.

— А можно я нарисую русалочку?

— Если только на бумаге. Не думаю, что они занимаются перевозкой русалочек.

— А чем они занимаются?

— Много чем. Например, перевозят разный груз, людей…

— Как автобус?

— Не совсем. Помнишь, к нам приезжала машина, чтобы перевезти наш старый диван на дачу?

— Да, — кивает она.

— Так вот, эта компания дала нам ту машину на время, чтобы мы смогли перевезти всё, что нам было нужно.

Злата морщит носик и с досадой произносит:

— Я не умею рисовать машинки.

— Не расстраивайся, — провожу ладонью по её щеке. — Там наверняка будут не только они. А чтобы не гадать, предлагаю пойти и посмотреть.

— Идём! — хватает меня за руку и тянет к главному входу.

Стоит нам перешагнуть порог стеклянных дверей, как мы замираем, разглядывая стену напротив.

Холл офиса огромный, с высокими потолками и панорамными окнами. А вот на стене нечто серое и унылое. Несколько грузовиков и дорога, всё выполнено в мрачных, безжизненных тонах.

— Машины… — громко и разочарованно произносит дочь. Её возмущают грузовики, а меня — полная безвкусица рисунка. Слишком скучно и серо.

— Приехали! ­— заметив нас, к нам подбегает Света. Она взволнована, растрёпана, в руках держит планшет.