Босс, отпусти меня

Глава 16

Туманов усадил Киру в свой роскошный автомобиль. Кожаный салон пах дорогим парфюмом и чем-то неуловимо опасным. В салоне наступила напряжённая тишина. Затем начался допрос.

– Итак, Соколова, – начал он, не отрывая от неё цепкого взгляда. – Ты работала с Игорем Петровичем. Расскажи мне всё, что знаешь о его делах.

Кира сглотнула. Слова давались с трудом.

– Я… я ничего не знаю о его делах, – прошептала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Я была его замом, но не имела доступа к финансовым документам или каким-либо секретным проектам.

Кирилл усмехнулся, звук был сухим и неприятным.

– Не лги мне, Кира. О чем вы говорили, встречаясь в кафе?

Его тон стал угрожающим. Кира почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Игорь Петрович… он сказал, что стал жертвой какой-то подставной схемы, – наконец выдавила она. – Он не знает, кто за ней стоит, но был очень напуган. Он просил меня… просил меня быть осторожной.

Его лицо было близко, слишком близко. Пальцы сомкнулись на её подбородке, поднимая лицо так, чтобы их взгляды встретились. Внутри Киры все тряслось. Его глаза горели холодным огнем.

– Не лги мне, – повторил он, его голос стал еще ниже, почти рычащим. – Ты уверена, что это всё, что он сказал? Больше ничего не хочешь добавить.

Кира встретила его взгляд, пытаясь сохранить спокойствие, хотя сердце колотилось в груди, как пойманная птица.

– Я не лгу, – ответила она, голос дрожал, но в нем была твердость. – Это все, что он сказал. Он был в отчаянии.

Туманов смотрел на неё еще несколько долгих секунд, словно пытаясь прочитать её мысли. Затем, медленно отпустил подбородок. Напряжение в салоне не спало, но в его глазах появилось что-то новое – нечто похожее на… интерес.

Или, возможно, это была просто новая грань его безжалостности, которую Кира только начинала постигать.

Он завёл двигатель, машина плавно тронулась с места. Тишина в салоне была густой, наполненной невысказанными вопросами и скрытыми угрозами. Кира чувствовала себя как на иголках, каждое движение босса, каждый его вздох отдавались в ней тревогой.

– Подставная схема, – повторил он задумчиво. – И он не знает, кто за ней стоит. Интересно.

Он говорил скорее с самим собой, чем с ней. Кира знала, что каждое её слово, каждый жест тщательно анализируются. Она старалась дышать ровно, не выдавая своего страха.

– Ты уверена, что он не упомянул никаких имен? Никаких намеков? – его голос снова стал ровным, но в нем чувствовалась сталь.

Кира покачала головой.

– Нет. Он был очень напуган. Он говорил только о том, что его подставили, что он не понимает, как это произошло.

Туманов кивнул, его взгляд скользнул по её лицу, задержавшись на глазах.

– И ты ему поверила?

Этот вопрос был задан с такой интонацией, что Кира почувствовала, как щеки заливает краска.

– Я… я не знаю, верить или нет. Но он выглядел искренне напуганным.

– Искренность – это то, что я ценю в людях, Кира, – сказал он, в его голосе прозвучала едва уловимая нотка чего-то, что могло быть одобрением. Или это была просто очередная игра? – Но я также ценю правду. И я выясню её, чего бы мне это ни стоило. Где ты живешь? – внезапно спросил он, его тон снова стал деловым, но в нём все еще звучала угроза.

– Спасибо, я доберусь сама, – ответила она, пытаясь вернуть себе хоть какую-то долю контроля.

Но он прервал её, его рука легла на колено, легкое прикосновение, которое, тем не менее, ощущалось как цепь.

– Нет. Я тебя подвезу. Мне нужно убедиться, что ты в безопасности. И, возможно, у меня ещё возникнут вопросы.

Кира не могла спорить. Она чувствовала, что её судьба теперь полностью в его руках, и единственное, что она могла сделать, это надеяться, что он не окажется таким же безжалостным, как его репутация.

Туманов привез Киру к её дому – серой, неприметной пятиэтажке, которая казалась еще более унылой в сумерках. Он вышел первым, обошел машину и открыл для нее дверь. Кира уже готовилась выскользнуть, поблагодарить и как можно скорее скрыться в подъезде, но его рука мягко, но настойчиво легла на ее запястье.

– Мы еще не договорили, – его голос был низким и ровным, но в нем чувствовалась непреклонность. Он прижал её к прохладному металлу машины, Кира почувствовала, как сердце забилось быстрее. Не от страха, скорее от неожиданности и какого-то странного, тревожного предвкушения.

Туманов перевел взгляд на дом, на окна, которые в темноте казались черными провалами.

– Где окна твоей квартиры? – спросил он, и Кира, подчиняясь неведомому импульсу, указала на третий этаж, на одно из темных окон.

– Одна живешь? – его вопрос прозвучал скорее как констатация, а не как вопрос. Его взгляд был пронзительным, словно он видел попытки скрыть что-то. Слова повисли в воздухе, тяжелые и требовательные. Кира почувствовала, как кровь приливает к щекам. Она не была готова к такому напору, к этим прямым вопросам, которые выбивали почву из-под ног. Она хотела отвернуться, убежать, но его взгляд держал ее, словно невидимые нити.