Бояться нужно молча

Глава 3

Я бегу. Мне жарко даже в такой холод, но я не останавливаюсь. Скорее бы обсудить все с Киром! Уж он-то посоветует, как поступить.

Я умолчу лишь о падении кармы — не переживу его жалости. Она окончательно меня обессилит.

Когда я пересекаю двор, где вчера в очередной раз рассталась еще одна влюбленная парочка, с неба срываются капли. Внезапно налетели тучи, мечтающие выстирать небо и заодно — нас.

Штаб выглядывает из-за деревьев. Кир вот-вот превратит события этих двух дней в шутку, и я позволю себе забыться, слушая его смех.

Я дергаю дверь за ручку. Незаперто, значит, друг дома.

В пропитанной грязью и сыростью комнате ничего не изменилось. Кроме одного: Кир храпит в обнимку с какой-то блондинкой. К счастью, оба под одеялом.

Зайти позже?

«Но вы договаривались в полдень», — ворчит моя внутренняя зануда.

Я проглатываю обиду. К черту разборки. Я не такая, мне нельзя быть такой.

И Киру действительно давно пора завести подругу.

Я пячусь на цыпочках, но в последний миг задеваю локтем замок, и тот с грохотом падает. Я проклинаю и привычку Кира вешать на двери железки, и свою неуклюжесть, и вообще весь белый свет. Кир, конечно, просыпается. Девчонка недовольно сопит.

— Прошу прощения. — Щеки полыхают огнем, и я мысленно боготворю биомаску. Хорошо хоть, что я ее не сняла.

— Сова? — Прикрываясь одеялом, Кир подскакивает и нервно ерошит волосы.

— Расслабься. Зайду через часик, — мямлю я.

Он пристыженно хмыкает, а его подруга поворачивается на бок, и я вижу ее лицо.

Лицо из моих кошмаров.

Она не так молода, как кажется. Я помню ярко-синие радужки, болезненную бледность и слегка искривленный рот. Она мила. Асимметрия ей к лицу.

Мы познакомились пятнадцать лет назад, когда она, младший Утешитель, — наверное, ей только стукнуло восемнадцать — мчалась за нами с Ником по больничному коридору, а потом нашла девочку с окровавленными ножницами и ее полумертвого друга.

Помнит ли она меня?

К горлу подступает тошнота. Не здесь, Шейра. Не здесь.

Утешительница — я помню, что ее зовут Карина — морщится. В глазах отражается тень злости, но она быстро сменяется доброжелательностью:

— Кир, кто это?

— Моя… Кхм… Моя коллега.

Коллега? Мы дружим с первого класса, и теперь, когда я застукиваю его в постели с женщиной, все, на что он способен — «моя коллега»?

Я не сдерживаюсь и шиплю:

— Твоя коллега желает пообщаться с тобой наедине.

И отворачиваюсь, чтобы они оделись.

— Будь осторожен! Кажется, она хочет тебя съесть. Это не по-дружески, пусть для меня кусочек прибережет, — фыркает Карина и хлопает дверью.

В комнате кристаллизуется тишина, но уже через миг ее нарушает яростное сопение Кира.

— Ну и что ты натворила?!

— Угадай, сколько ей.

— Как и мне.

— Нет. Она старше нас лет на девять, — выдаю я.

— Врешь.

— Серьезно.

Я неохотно рассказываю, где познакомилась с Кариной, и хлопаю Кира по плечу.

— Да ты не переживай. У меня есть новости покруче.

Я протягиваю ему письмо.

— О чем ты вообще? Ты только что выгнала мою…

— Читай, — перебиваю я.

— То есть этот хмырь на самом деле не хмырь? — после минутного молчания уточняет Кир.

— А разве «не хмыри» предлагают шариться по больницам правительства?

— Написано же, что ради благой цели. Ты как читала-то? — Не замечая моего предостерегающего взгляда, он вытаскивает из коробки сухари.

— Ну да! Благая цель полностью его оправдывает!

По штабу расплывается запах сыра.

— Черт, Кир! — Я зажимаю нос.

— Да забей. Будешь?

— Нет.

Сейчас я должна определиться, на чьей стороне играть. И стоит ли.

Оскар — так гость из прошлого назвал себя в письме — предлагает пройти отборочный квест. Он ищет команду, чтобы проникнуть в третий блок. Туда, где держат сущностей. Говорит, что в моих интересах согласиться. Что мы спасем сотни людей. И что это связано с кармой.

Но я не верю. Ни одному слову.

По пути в контору я раз сто начинала набирать номер родителей, но останавливалась. Чутье подсказывало, что звонок все изменит. Я бы вылила море вопросов на Оскара, но…