Бояться нужно молча

Глава 6

Пожалуйста, оставьте подушку, не пропускающую кислород. Дайте индикатору закончить свое дело. Разрешите мне иссякнуть.

— Она в порядке.

Меня душит карма. Я бы спалила ее, если бы во мне теплилась хоть крошечная искра. Только вот тело покрыто льдом.

Внутренности сжимаются в болезненный сгусток. Кожу обжигают взгляды. Я бегу от внимания в объятия кошмаров, но даже они не принимают меня. Им тоже надоела карма.

— Почему вы не прервали игру, Оскар?! — разоряется Матвей. Мы с безликим парнишкой знакомы всего ничего, но в память уже въелся его панический фальцет.

— Она не сдавалась!

— А если бы из-за ваших грандиозных идей девчонка обнулилась?

— Заткнись! Вопли ее не вылечат!

Гремят тяжелые шаги. Чье-то дыхание греет висок.

— Ты слышишь меня, Шейра? — шепчет гость из прошлого.

Наверное, его тембр окрасит мои ночные кошмары в новые оттенки.

Я хмурюсь — кивать и тем более говорить нет сил.

— Мы влили в тебя карму до предела. Не переживай.

— Да, ты чуть не сдохла, зачем переживать? — огрызается Матвей.

— Она бы не умерла. А вот в сущность превратилась бы.

Я открываю глаза. На меня давит полумрак зала. Оскар ощупывает мою кисть. Я отдергиваю руку.

— Что-то не так, солнышко?

Да, кое-что не так. Кое-что, зеленеющее на запястье. Я родилась с браком. Город мне этого не простит.

Как же смешно.

Грудь содрогается. Я пытаюсь унять спазмы, но тщетно. Тело отвечает болью, однако ее не сравнить с той, какую я ощущала в квест-комнате.

— Истерика, — бормочет Ольви, наматывающий круги по залу. — Есть успокоительное?

— Не надо! — вскрикиваю я.

Нет ничего хуже, чем быть в неведении и не чувствовать мучений, сковывающих каждую мышцу.

Невырвавшийся смех стучит по ребрам. Мир обретает черты и острые грани.

Я оживила куклу, но хватило ли этого для победы?

Вдали мелькают русые волосы. Альба тоже здесь и пойдет на все, чтобы остаться. В память о Нике. А я пойду на все, чтобы спасти сестру. Даже на работу с девушкой, едва не простившей меня.

Джона и его приятеля нет.

— Где… Утешители?

— Не прошли квест, — признается Оскар и обращается уже к Матвею: — Погуляйте на улице. Мне нужно кое-что обсудить с Шейрой.

— Хотите извиниться за то, что чуть не обесцветили ее волосы? — скептически хмыкает тот.

Захлопывается дверь. Оскар берет со стола лист бумаги и объясняет таким тоном, словно говорит с маленькой наивной девочкой:

— Ты пролежала без сознания целый час. Вы играли в Сети, поэтому понижение кармы было виртуальным. Твой же запас понизился и в реальности. Разволновалась, да? Почему ты не нажала на красную кнопку, солнышко? Что вынудило тебя не нажать? — В увеличенных линзами глазах тлеет волнение.

— Не называйте меня так, — морщусь я.

— Хорошо, Шейра. У тебя, наверное, много вопросов. — Он складывает лист пополам.

— Да уж, многовато.

— Я слушаю.

— Откуда вы знаете моих родителей?

— Мы вместе работали. Только я был программистом. — Сквозь слова просачивается грусть.

— Тогда пришли бы как нормальный человек на чашку чая. К чему все это?

— Девочка, я ведь не в парк развлечений вас позвал. Я собираю команду. Ищу людей для задания в третьем блоке. Это незаконно, — говорит он и загибает края листка.

— Хм, разносчик еды идеально подходит для передачи незаконной информации. Вы гений.

— Я стоял этажом ниже и ждал. Если бы что-то пошло не так, я бы стер ему память.

— Как милосердно! — горько усмехаюсь я.

— Это все, что тебя интересует?

— Вы написали, что я должна согласиться…

— Да, да, да. В общем… Шесть лет назад я был связан с базами данных. Когда увольнялся, скопировал истории болезней. Кстати, это твои документы. — Он продолжает изощряться над бумагой.

— Оригами?

— Кораблик.

— Значит, у выскоч… у Ольви тоже планемия?

— Дальше.

— Ответьте.

— Я не имею права отвечать. Захочет — сам расскажет, правда? — На его губах теплится улыбка, а в глазах леденеет серьезность.