Боязнь влюбиться

Глава 9

Сейчас я иду домой по заснеженным улицам и думаю...думаю...думаю... Родители, конечно, были против такого возвращения и предлагали вызвать такси, но я настояла на том, чтобы пройтись пешком, ведь мыслей в моей голове было огромное множество, а времени на обдумывание ничтожно мало. А думала я о многом: о Андрее, о школе, о том, как начать предстоящий разговор с родителями, о себе и о Никите, что аккуратно искал лазейки в моём сознании и время от времени врывался в моё сознание, словно весенний ветерок, а затем снова о Андрее..., Андрее..., Андрее...

В прихожую я прошла тихо, потому что мне не хотелось привлекать к своей персоне много внимания, а хотелось как можно быстрее пройти в свою комнату и начать готовиться к разговору с родителями. Путь в комнату пролегал через гостиную и столовую и поэтому моим мечтам не суждено было сбыться, ведь проходя мимо столовой, я обнаружила остальных членов за столом, поглощающих еду с аппетитом.

— О, ты уже вернулась? — мама отвлеклась от еды и посмотрела на меня. — Присаживайся с нами.

— Нет, спасибо, я не хочу.

— Хотя бы просто посиди с нами, — в диалог вмешался папа и я, зная, что спорить с ним действительно бесполезно, присела с ними и начала бурить стол своим взглядом.

— Ты чего? - прыснул мой брат со смеху, думая, что я думаю о чём-то незначительном. Например, о девичьих проблемах или о пустых мечтаниях.

— Ничего.

— Марин? Что-то случилось? — мама перевела взгляд на меня.

— Не-ет... — солгала я. — На самом деле да, — я подняла взгляд на неё. — Я хочу перевестись в другую...школу... — лицо мамы вытянулось, а папа хмуро посмотрел на меня.

— Что? — лицо его было суровым, а мама тем временем гневно смотрела на меня.

— Что?! Зачем?! Ты закончишь одиннадцатый класс именно в этой школе!

— Нет! Я не хочу туда больше возвращаться! — я резко встала из-за стола и как можно скорее покинула первый этаж. Закрывшись в своей комнате, я начала громко рыдать, а после и смела рукой всё содержимое стола и осела на пол. Ко мне в комнату пытались попасть мама и Данил, но я не позволяла им войти. Сил не было ни на что. Мне даже было трудно привстать за лезвием, чтобы облегчить душевную боль внутри. Но ни на что сил не было. Ни на что...

* * *

Я открыла глаза и увидела перед собой паркет. Щеке было неприятно, оттого, что я её отлежала. Подняв голову, я обнаружила свою любимую, выполненную в светлых-деревянных и сиреневых тонах, комнату. Мой взгляд пал на огромный, во всю стену, шкаф-купе. Как можно скорее, я подскочила с пола и взглянула на дисплей телефона. Время было шесть часов утра, а из-за декабря, на улице было темно, как в ночное время суток. На небе сияли звёзды, точно так же как и снег, в свете уличных фонарей. На это можно было ещё долго смотреть, но на этого времени у меня не было. Метнувшись к шкафу, я вытащила некоторые вещи, осмотрела их и начала по одной влаживать в рюкзак. Но потом, поняв, что без денег всё-таки не обойдётся, я поставила стул, встала на него и мои глаза оказались на уровне верхней полки. На ней лежало всякое ненужное барахло, но в самом углу, в маленькой коробочке, лежали деньги, которые я копила с десяти лет. Не став заглядывать, я схватила её, а после и вложила в рюкзак.

Через пять минут я была готова. Тихонько выскользнув из комнаты, я маленькими шажочками покралась по напольному паркету к лестнице, а затем по ступенькам вниз и только потом, схватив куртку и ботинки, выбежала за дверь дома. Вдохнув морозный воздух, я посмотрела на вверх, на звёзды, на снег, что начал падать мелкими хлопьями, опускаясь и тая на коже моего лица. По темноте ходить совсем не хотелось, но я для некой храбрости, набрала побольше воздуха в лёгкие и вышла с ограды на улицу.

* * *

— Ба-абушка-а-а? Дедушка-а-а? — я вошла в прихожую, сняла ботинки и прошлась по гостинице.

— Марина? — из кухни, вытирая руки кухонным полотенцем, вышла бабушка.

— Привет, — я попыталась приободряюще улыбнуться, но, сомневаюсь, что у меня получилось.

— Ты что здесь делаешь? — я сняла с одного плеча лямку рюкзака и виновато посмотрела на неё.

— Я переезжаю к тебе. Надолго.

— Что? — Татьяна Ильична приспустила очки и посмотрела на меня.

— Я позже тебе расскажу. Но скажу одно – жить я у тебя буду до июля. Хорошо?

— Хорошо, хорошо. Ты завтракала?

— Нет.

— Пошли. — Черты бабушки размягчились и она жестом пригласила меня на кухню.

* * *

Впервые я ходила по бутикам одежды в одиночестве. Раньше я посещала их либо с подругами, либо с мамой, либо мне вещи просто дарили на какие-либо праздники. В моей руке лежал телефон с новой симкой, которую мне купила бабушка по моей просьбе, а в другой два пакета, один был с белым свитером и с узкими классическими джинсами, во втором лежали белая блузка, узкая чёрная юбка и юбка-солнце.

Вдруг я почувствовала вибрацию в правой руке. На мою старую симку звонил какой-то неизвестный номер. Я шумно сглотнула, боясь, что это тот же аноним, что решил написать мне сейчас, поэтому какое-то время бурила дисплей телефона своим взглядом, но набравшись смелости, взяла трубку и через секунду с облегчением вздохнула.

— Привет, Марин. — Это была Рита.

— Оу...привет, — я ещё отходила от того, что испытывала менее минуты назад.

— Ты где?

— В «Capitale Moll»

— О! Я как раз тут же! Встретимся у... — она поцокала языком, думая, где назначить нашу встречу. — Встретимся около Суши-бара.