Божественная бунтарка Лираэль

Серия 1. Апокалипсис, ты ли это?

Она проникает тиxо, без стука, не привлекая внимания.

Она спoкoйна, нe заиcкивает, нe пытaется понpавиться.

И никогда не уходит просто так.

Серия 1. Апокалипсис, ты ли это?

– Твои глаза, – ляпнул он, – бездна адского пламени. И я жажду в ней утонуть.

Восседая за столиком в своей лучшей летней вариации из шифона и кружев, Лираэль подперла рукой щёку и снисходительно усмехнулась. Прочие парни, с которыми она ходила на свидания, тоже отвешивали ей комплименты.

То волосы у неё самые прямые и блестящие на свете, то фигурка как часы песочные, то губы для поцелуев идеальные. То голос как у сирены морской, который слушать бы да слушать… Но чтоб глаза – и вдруг бездна преисподней? Пожалуй, это сравнение стоит занести в личную копилку перлов.

Неожиданно столик затрясло. Лираэль уж было решила, что это у неё от столь идиотского комплимента лихорадка началась, но нет: в кофейне тряслось всё без исключения.

Дрожали хрустали на люстре, со звоном бились вдребезги бокалы, а кофемашина так и вообще брызнула в официантку кипятком.

А потом юноша напротив – симпатичный блондинчик, возомнивший себя змеем-искусителем, – просто взял, да и провалился куда-то вниз вместе со своим стулом, жалобно вскрикнув напоследок. Лираэль даже привстала: это что ещё за трюки? Она вытянула шею и осторожно оглядела дыру в полу. М-да, как и хотел, рухнул в адскую бездну. Правда, разверзлась она отнюдь не в глазах собеседницы, а под его достопочтенной задницей.

Мир рушился в прямом смысле этого слова. Многоэтажки с оглушительным рёвом складывались гармошкой, вздымая к небу страшные облака пыли. Дорожное покрытие лопалось, как пересушенная кожа. Люди кричали, разбегались кто куда, падали в ширящиеся щели земной поверхности. Автомобили – аккуратные, чистенькие – врезались друг в дружку, сминались, скрипели, образуя длинные цепочки заторов.

Город был натурально объят хаосом. И Лираэль заторможено наблюдала за всем происходящим из окна пока ещё целой кофейни. Ладно, относительно целой. Адскую бездну – чёрную, с огненными прожилками, пышущую жаром – пока в расчёт не берём.

– Это, значит, вот так конец света выглядит? – пробормотала Лираэль в спину убегающей официантки. – Те, кто выживет, окажутся в каменном веке без интернета и электричества? А дальше зомби нестройными рядами попрут?

На всякий случай она переместилась поближе к выходу и прислонилась к стенке, чтобы ощутить спиной хоть какую-то опору. Пол под ногами вибрировал. Бездна рядом со столиком росла, и в лавовый огонь падали всё новые кусочки мелкой разноцветной плитки.

– Но в честь чего такие перемены? – Лираэль рассуждала вслух, чтобы заглушить вопли надвигающейся паники. – У нас случилась атомная война, а мы даже и не в курсе? Что ж, если кто-нибудь крикнет, что вон там шапка ядерного гриба, ни в коем случае туда не смотри – ослепнешь. И с толпой не беги, это может стать роковой ошибкой.

Тут она набралась решимости, открыла дверь, высунулась наружу – и немедленно закашлялась от пыли. Так, надо бы обзавестись респиратором.

***

В баре «У истока», как обычно, была тишь да благодать. Золотились дорогие канделябры. Поблёскивала крышка чёрного рояля, готового к ежевечерним концертам. Бутылки на пахнущих деревом полках высились чинно, как солдатики, и были полны всякого дурманящего, пьянящего, дарующего лёгкость. Из посетителей – ни души.

– Ты зачем сделала ядром на Земерре гигантскую рыбу-телескоп? – допытывался у златокудрой Миры красавчик Тай Фун, наливающий напитки за барной стойкой. – Знала ведь, что рано или поздно рыба взбрыкнёт. Киты, слоны и черепаха уже не устраивают?

– Киты, слоны и черепаха прошлый век, – возражала та, поглядывая на видеостену, составленную из множества включённых экранов. На каждом экране жили своей жизнью города, страны и целые континенты.

Щелчком пальцев приблизив город, в котором разразилась катастрофа, Мира оценивала ситуацию.

– Когда мы заключали с рыбой-телескопом договор, она казалась мне вполне надёжной и уравновешенной. Как и было оговорено, я поместила её в водяной пузырь с питательными веществами, окутала его дополнительными оболочками, а поверх них уже наслоила земные пласты. Никто не мог ожидать, что рыба вдруг превратится в огненного монстра. А ведь я так хотела уберечь эту планету от испепеления…

– В следующий раз, – сказал Тай Фун, пригладив блестящие чёрные волосы у себя на макушке, – подходи к созданию миров более ответственно. Жаль всех тех людей, что сейчас гибнут.

– Очень жаль, – вздохнула Мира и отъехала от экранов на крутящемся стуле. – Но тут уж ничего не поделаешь. Наверное, у меня теперь настанет творческий кризис. Удалюсь в затвор, перестану есть и пить…

– Любой твой кризис, – протирая бокал, заметил Тай Фун, – скоротечен. Вот увидишь, скоро ты снова не сможешь себя пересилить и создашь ещё какой-нибудь мир. Это твоё творческое шило в… одном месте – его ничем не истребить.

***

В любой непонятной ситуации молись. Да, поспать тоже можно, но у Лираэль не тот случай. Ей спать уже попросту негде. От её города практически ничего не осталось. Эстафету разрушений переняли другие города, и вот уже вся страна резко очутилась на краю гибели. Дальше катастрофа ожидаемо должна была охватить континент. Если, конечно, не явится какой-нибудь супергерой и вмиг не устранит последствия земных толчков.