Божественная бунтарка Лираэль

Серия 4. Перьевое проклятие

Королева нацарапала что-то на листе, вручила его Мире – и та с некоторым облегчением прочла, что обязуется выплатить пострадавшей компенсацию. Всего-то!

Затем у рыбы с Королевой состоялся диалог по поводу приёма на работу, и рыба показала себя отличным профессионалом, знающим толк в жидкостях и газах.

Её уродливая голова с низким треугольным лбом двигалась на мясистом, змеином теле, как раструб перископа. Само тело – гигантское, неуклюжее в безводной среде – поблёскивало серебристой чешуёй и извивалось, занимая почти весь директорский кабинет.

Мира сидела там со сложенным в кармане документом о компенсации и с некоторой брезгливостью наблюдала, как рыбина низким, ломким голосом отвечает на вопросы собеседования. Наконец у Королевы закончились вопросы, она одобрительно кивнула кандидату на должность и сообщила, что приступать к работе можно уже завтра.

Рыба откланялась, и Мира вздохнула с облегчением.

– Ну, что у тебя? – с кривой ухмылкой повернулась к ней Королева Дождей.

– Хочу извиниться за грубость и пригласить тебя на вечерний джаз.

– Что, снова рояль?

– Нет, на этот раз виолончель.

– Ладно, я подумаю, – снисходительно отозвалась Королева.

Обратно Мира возвращалась по сумрачным каменным коридорам, стены которых отливали густой синевой в свете чадящих факелов. Где-то орала от безысходности Птица Сирин. Чуть поодаль, за дверью кабинета, жутковато посмеивался Суженый-Ряженый. Ещё дальше монотонно напевала под нос Карга.

Мира вышла из этого дурдома под свет фонарей в ночной тиши – и перевела дух. До чего неприятное местечко Ведомство Бурь!

В баре «У истока» она протёрла столики и вымыла полы, просто чтобы хоть чем-то себя занять. Для подобных задач у неё имелась куча роботов, которых они с Сафро сконструировали совместными усилиями. Но настроение было такое, что роботов напрягать не хотелось – хотелось напрячься самой.

«Если бы я не создавала эти миры, – крутилось в голове у Миры. – Если бы я просто жила обычной, спокойной жизнью… Как было бы хорошо и замечательно».

Но, увы, прямые трансляции из сотни измерений уже шли на экранах видеостены, и заставить все планеты схлопнуться до точки было невыполнимой задачей. Созданная вселенная не могла взять и исчезнуть. Не так работали законы творения. И Миру это очень расстраивало.

Слишком уж тяжёлую ношу взвалила она на свои хрупкие плечи.

Сама она была родом из Межпространства, материи в некотором роде хаотичной и непредсказуемой. Открыв в себе способность творить, а также выяснив, что Межпространство расширяется и норовит подчинить себе родину Сафро и Тай Фуна, Мира решила действовать и создала множество новых миров, куда материя могла распространиться без вреда для жителей Земли.

Так и завертелась вся эта эпопея с новой вселенной. Заселившись туда, материя Межпространства начала трансформацию. Вылепила новых людей, новую природу и продолжила расширяться.

Тай Фун был не вполне прав, когда обвинял Миру в безудержности. Безудержной была вовсе не она, а материя, которую во избежание бед куда-то следовало пристроить и контролировать.

Так появился край у Истока миров – вечно мрачный и таинственный контрольный пункт с ноткой безумия, с ароматом летнего дождя и отзвуками рояля.

На сегодняшний вечер, правда, была запланирована виолончель. И Мира слышала, как Тай Фун репетирует у себя в комнате, по несколько раз проигрывая особо сложные такты.

Когда собрались приглашённые – Королева (всё-таки соизволила), принц-колли и печальная старушка Фатина, – он вышел к ним из-за кулис, поклонился, и с его головы упало несколько белых пёрышек.

Публика ахнула. Пёс залаял. Мира схватилась за голову. Сафро вскочила со стула и бросилась к сцене. Тай Фун был облеплен перьями, как снегом в пургу, и, судя по всему, не по своей воле.

Сафро извлекла из его шевелюры порядочно перьев, кое-как очистила ему лицо, и лишь тогда заметила на этом лице выражение глубокой скорби.

– Да что же с тобой приключилось, дорогой ты мой? Ещё вчера всё хорошо было! – воскликнула она.

– Было, – тоскливо согласился Тай Фун, усевшись на край сцены и свесив ноги. – Пока к нам крылатая девица из другого измерения не нагрянула. Я её из бара силой выпроводил. Наверное, это расплата.

– Ой, как интересно! – встала со своего места Королева Дождей. – Позвольте-ка вас осмотреть, господин виолончелист. Первый случай на моём веку, чтобы кто-то от кого-то заражался перьями.

Принц-колли, даровитая особа, Мира, Королева и Сафро обступили беднягу со всех сторон и тут же устроили врачебный консилиум, хотя никто из них не был врачом.

– Его надо искупать в мыльной воде с настоями трав, – говорила Мира.

– Побрить налысо и заточить в подземелье на три дня, – предлагала альтернативу Королева.

– Обратитесь к профессионалу, не занимайтесь глупостями! – взывала к здравому смыслу Фатина.

– Гав! Гав! – усердствовал принц.

Этот последний уже сто раз мог бы превратиться назад в человека. Когда Мира спасала его из уничтоженного королевства, она наложила на него лишь временные чары, и их действие давно истекло. Но, похоже, принцу нравилось оставаться в обличье собаки.