Божественные игры

Глава 35. Четвёртый круг. Восточные земли Юга.

Ваалфаал был исследователем трав. Познавал дисциплину благодаря своему пожилому учителю Уриоруору, который отошёл в мир Богов, когда узрел, что ученик хорошо усвоил даяние.

Ещё в юности Ваалфаал не обладал крепостью тела, а к средним годам пополнел. Его редкие волосы плохо держались на голове. Глаза - тёмные с полуденным солнечным отливом, нос - широк и значителен, губы – маленькие, незаметные.

Ему удалось жениться ещё до того, как возникли сложности с поиском невест, и за них нужно было сражаться, терзая тело. В нынешнее время травник не смог бы победить в бою, и, скорее всего, Ваалфаал даже и не пытался бы преуспеть в этом.

Жена родила ребёнка, мальчика, которого назвали Аффалилиолифимом. Его вскоре отдали учителю на воспитание; в то время ещё уклад жизни Добра находился в гармонии с внутренним естеством, и жизнь малыша вдали от родителей была естественной.

Ваалфаал выбрал одну из деятельностей на благо Добра: искал различные травы, классифицировал их, одни высушивал, другие, наоборот, иногда смачивал соком растений, если начинали терять свои свойства.

К тому, что изучил и передал ученику Уриоруор, исследователь постоянно добавлял новые варианты. Он часто менял поселения в поиске необычных Жизней Дродурга Бога. Ваалфаал экспериментировал, комбинировал те или иные растения, создавал лечебные рецепты. Если учитель нашёл десятки разнообразных видов для полезного применения, то ученик – сотни.

Он изучал деревья, кустарники, большие и малые травы, цветы; открывал важные для жизни Людей свойства растений, применяя их на себе, потом уже предлагал попробовать жителям близлежащих деревень, если была необходимость.

Бывало, что Ваалфаал комбинировал несочетаемые виды, и тогда его организм сопротивлялся потреблению отравляющего набора. Но иногда в малых количествах один и тот же состав давал противоположные результаты.

Ломкие редкие волосы, которые, ему казалось, росли с высокой скоростью, иногда крепил растительной нитью позади головы, а бороду просто отрезал, потому что мешала его деятельности.

Люди говорили, что Ваалфаал записывал все свои опыты на листах, но никогда не видели их. Если травник и фиксировал состав лечебных компонентов, то при прочтении всегда обнаруживал недостающее звено, и даже когда переписывал заново, находил другие неучтённые детали. Поэтому полностью рецепты, состоящие из множества мелочей, находились у Ваалфаала во внутреннем естестве.

Порой он комбинировал десятки листьев растений, чтобы собрать что-либо полезное, иногда даже не знал, для чего придумывал средство. Но чувствовал, что оно верное и необходимое для будущих потребностей.

Ваалфаал боролся с различным воздействием иного на Людей. Создавал лечебные травы от видений, страха, беспокойства, гнева…, но количество оттенков давления тьмы всегда превосходило возможности травника. Но он упрямо ходил к Людям и спрашивал, может ли помочь; долго беседовал со страждущими, чтобы глубже понять их и оценить свои силы.

Так как воздействие иного на Человека было индивидуальным, а также и его сопротивление Тьме, то старания травника редко помогали. И Ваалфаал, бывало, расстраивался, что его усилия напрасны и ничтожны в борьбе с иными влияниями.

В попытках преодолеть чужие горести Ваалфаал сам подпадал под воздействие Тьмы, которое усиливалось, внося тревогу и разлад во внутреннее естество.

…Его заранее пригласили залечить раны, которые неизбежно возникнут на соревновании между жителями Четвёртого круга. Сказали взять средства для остановки крови и порванных тканей.

Один из магов залетел за ним на Дэ-Уне. Ваалфаал взял с собой несколько сумок с травами для создания лекарств и пару корзин с уже готовыми полезными сочетаниями.

Травник всегда брал снадобий в путешествие больше, чем нужно. Также на местах бывшего проживания делал ямы для хранения компонентов.

Ваалфаал не ожидал такой масштабности соревнования, жуткого и воздействующего на сознание конца состязания.

Вокруг на большой поляне лежало много мёртвых Людей. Маги сновали, перетаскивая недвижимые оболочки, вероятно сортируя их по признакам жизни. Повсюду валялись жители, израненные так, что холод пронизывал травника и не давал мыслить с типичной скоростью. Он чувствовал себя маленьким и растерянным, словно на первом уроке Уриоруора.

В помутнённое сознание вдруг резко пробивались истошные продолжительные крики раненных бойцов. На их телах были глубокие порезы, сорванные пласты кожных и мясных покровов, кровь поневоле выходила, но медленно, вероятно, маги уже наложили некоторые лечебные заклятия.

У некоторых борцов на лице не было глаза или носа; на теле отсутствовала рука или нога, или они содержали раздробленные кости, прорвавшие тканевые оболочки и вышедшие наружу.

От лицезрения последствий кровопролитного действа сомнения и слабость охватили Ваалфаала. Он так и стоял в оцепенении, пока не ощутил плотный удар по спине посохом и не услышал откуда-то чьи-то далёкие слова: Иди и лечи, раз пришёл!

Растерянный травник, попеременно дрожа, доставал свои лекарства и прикладывал их к телам раненых в бою жителей. Он так и не смог собраться мыслями и в напряжённом спокойствии применять свои снадобья.

Раненые умирали. Порой Ваалфаал замечал это не сразу, совершая различные манипуляции и прикладывая разнообразные травы. Возможно, что время, используемое на восстановление обречённого на смерть Человека, могло быть потрачено на спасение другого. Но травник не знал, когда покинет жизнь раненого, которому помогал.

Исследователь растений не мог понять, откуда столько смертей и почему их допустили. Маги молчали, но Ваалфаалу удалось выяснить у знакомых волшебников, что это дело рук нескольких Человек, трёх, двух или одного.

Объяснения были пространными, ибо глубина понимания процессов нового времени не укладывалась в бытие простого жителя. Раздражение и мучение во внутреннем естестве Ваалфаал унять не мог. Но истинный ужас проник в травника, когда он узнал, что убийства совершили в большинстве своём победители соревнования, которые обязательно станут магами, проводниками Добра и хранителями ценностей Светоча Бога.