Божественные игры

Глава 36. Армухман и Хормытах.

На собрание прибывали старосты Южной земли. Обычно встречи проходили на просторных полянах в окружении леса рядом с центральными районами. И тогда никто не мог сказать, что добираться кому-то далеко, а кому-то близко и поэтому он опоздал, хотя никто и не упрекал задерживающихся старост. Время у каждого управленца текло по-своему, и приоритеты в деятельности на благо Светочу Богу разнились.

Одним из важных вопросов текущего собрания был выбор старосты вместо убитого Алимбора, поэтому на поляну приходили и кандидаты - жители центральных районов.

Постепенно утро перешло в день, солнце хорошо нагревало воздух, ветер едва колыхал траву и цветы.

Каривальд отметил, что Людей уже собралось довольно много, а Кубралум ответил, что это так и весьма странно, но возможно сюда пришли и те, кто исполнял попеременно бремя старост малых деревень и хочет поучаствовать в беседе.

Через какое-то время на коре дерева прибыл Дадорнон. Строгий лицом он бросил сдержанный, но приветливый взгляд соратникам, поздоровался.

Сказал, что весьма проголодался в пути, пойдёт в лес и поищет себе сладкие плоды, раз ещё собралось так мало знакомых управителей деревень.

Вот возник Пахмулот. Спокойный и мощный воин, готовый победить любого соперника. Поприветствовал старост, поведал, что хотел попасть к началу собрания, но в очередной раз пришёл раньше. Каривальд и Кубралум тихо рассмеялись, понимая, что пока все соберутся, день может и завершиться.

Пахмулот отправился к жителям-кандидатам, расположившимся на поляне неподалёку, поговорить о проблемах, ответить на вопросы, возможно, поддержать в трудной ситуации; он желал насытить день полезной для Светоча Бога деятельностью.

Ожидали Хормытаха и Армухмана, которые всегда конфликтовали друг с другом. Староста малых деревень утверждал, что управленец восточных земель Юга заодно с иным или находится под его влиянием, не ведая этого. А Хормытах обычно говорил, что Армухман приходит на его территорию и нападает на беззащитных Людей, его нужно наказать за преступления.

Пахмулот узнал, что, оказывается, большинство жителей пришли на собрание из восточных районов и не имели отношение к управлению территорией. Дорогу им указал Хормытах. Это был странный поступок, потому что в основном такое мероприятие проходило с участием лишь старост или приближённых к их деятельности соратников.

Ближе к вечеру пришёл и Хормытах и Армухман.

Собрание началось неторопливо, старосты разожгли небольшой костёр, вокруг которого расположились постоянные старосты, а за ними остальные участники мероприятия.

Поначалу высказались о нелёгкой доле, наступившей для всего Четвёртого круга. Говорили о различных случаях в жизни деревень, о влиянии иного на соратников, о конфликтах и убийствах…

Закат окрасил красным небо, пламя огня на земле пыталось повторить багровые оттенки следов уходящего светила.

- Зачем ты привёл сюда жителей с восточных районов Хормытах? – спросил Дадорнон, сидящего рядом с ним старосту, пристально всматриваясь в него.

- Это Люди, которые потеряли своих близких… - отвечал печально и напряжённо Хормытах, глядя на Армухмана через огонь … - Их убили,…приняв за иных, лишили Жизни несправедливо и незаслуженно!

Жёстче и громче звучал неровный голос старосты, словно выдвигая обвинение.

- Этим Людям есть что сказать, и поэтому они здесь, они больше не хотят, чтобы насильно умирали их близкие. И многие погибли от руки…Армухмана.

- В чём ты меня обвиняешь, покровитель отступников! – вспылил староста малых деревень и встал на какое-то время с бревна. Его голос звучал грубее и проникновеннее, чем у Хормытаха. – Я убивал иных, и в этом моя заслуга! Может быть, ты меня хотел похвалить за это, а я не разобрался?!

Армухман в порыве возбуждения растрепал себе перевязанные сзади растительной жилой волосы, и теперь порой одни тёмные нити ложились на лицо, потом сменялись на другие после встряхивания головой.

Жители, услышав гневные возгласы, поспешили переместиться ближе к старостам, чтобы, возможно, принять участие в разговоре.

- Я хочу, чтобы убийце запретили посещать мою территорию, раз он не может убеждениями влиять на Людей! - продолжил говорить Хормытах печально, но с твёрдостью и уверенностью.

- Что?! – староста малых деревень побагровел. – Я веду деятельность во благо Светоча Бога! Никто не запретит мне уничтожать иных!

- Успокойтесь… - сказал Каривальд грубым басом, медленно и тоскливо. – Давайте послушаем жителей востока, раз уж они здесь.

- Мой сын ушёл на запад отыскать занятие во благо Светоча Бога, - говорила, всхлипывая, женщина, подойдя ближе к огню. - Он пропал! Долго пыталась найти его, но безрезультатно. Мне рассказывали, что видели его рядом с Армухманом…

Это он его убил! – закричала она и расплакалась, отойдя дальше от костра, успокаиваемая кем-то из знакомых.

- Не могу я запомнить всех! Эти…иные на одно лицо! – говорил староста малых деревень. – Не всегда убиваю, если только вижу, что противостояние усиливается, а отступник не хочет примирения, не желает сохранять ценности Светоча Бога и отойти от иного влияния, а напрашивается на кару…

- Он убивает наших близких, а потом зарывает их в землю, и никто не знает, где они находятся! – печально заявлял один из жителей.

- Иным место в земле, а не на небе…пусть пребывают в темноте, – отвечал, пытаясь сдерживаться Армухман, ощущая давление со всех сторон.

- Он убил моего ребёнка! - слышались крики вокруг. – Он – убийца! Убийца!..

- Я борюсь с иным! Если вы проводите его ценности, то я буду сражаться и с вами! Такая моя жизнь! – Армухман повысил голос, чтобы его было слышно всем вокруг. Он явно показывал, что убивать иных – это естественно, и не важно, чьи они близкие, если они противники Добра.

- Если ты зайдёшь ещё раз на нашу территорию, то мы соберёмся вместе, как сейчас, и убьём тебя, несмотря на то, что ты староста и полумаг! – громко сказал один из жителей.