Божественные игры

Глава 38. Противодействие недоброжелателям.

На юго-западной области Юга, неподалёку от одной из деревень, собралась группа Людей. Соратники разожгли костёр на поляне и расположились на брёвнах для беседы. В огне не было необходимости в вечернее время, но пламя помогало прочувствовать мысли сильнее, настраиваться на деяния во славу Светоча Бога.

Тут был и Хайкайлвъан и другие жители западных районов, и представители южных областей, примкнувшие к отряду помощи слабым землякам Юга.

Они выследили очередных поборников иного, которые не щадили строителей домов, одиночных семей, отбившихся от скученных деревень. Несколько дней группа Хайкайлвъана наблюдала за деяниями отступников Добра.

И вот было решено уничтожить врага, когда тот уснёт после своего ночного нападения. А сейчас соратники как обычно в беседах настраивались на возмездие неприятелям.

Хайкайлвъан вдруг почувствовал, что в воздухе витает пелена нехорошего предчувствия. Она скрывалась за приглушёнными короткими разговорами Людей и слабыми едва различимыми улыбками. Но Человек не верил своим ощущениям, а неприятные иллюзии утверждал волей как обычное волнение перед атакой на тёмных представителей.

Ещё недавно они легко перебили объединение иных. Эта радость воодушевляла на новые свершения.

Хайкайлвъану не нравился шёпот, которым перебрасываются соратники, и он громко сказал:

- Сегодня прекрасный день очередного подвига! И в каждом таком рискованном действии - борьба за ценности Светоча Бога, веру и любовь! Наши Жизни в трепетном желании превозмочь кошмар и ужас иного являют истинное существование. С каждой победой крепнет уверенность нашей внутренней мощи, несмотря на отсутствие физической силы у многих и магических умений у всех…

Хайкайлвъан убрал назад ниспадающие белые волосы. Он вдруг заметил, что они снова выросли и жар резко просочился наружу, разливаясь по холодному телу. Перед битвой нужно обязательно отрезать их, давно следовало.

Хайкайлвъан оглядел группу и увидел, что у Буллиталланна особенно озабоченное лицо. Он выковыривал камушки из земли небольшой щепой, смотрел на них и затем отбрасывал в сторону. Большой и мощный напряжённый земляк был хмур и печален. Его губы беззвучно двигались, словно пытались что-то сказать.

- Буллиталланн! - окрикнул земляка Хайкайлвъан. Но тот не услышал, его сознание находилось дальше, чем обращение соратника. - Буллиталланн!!

Здоровяк, наконец, обратил взор на Хайкайлвъана и сделал озадаченное лицо.

- Друг наш большой силы и горячего сердца, многократно оказывающий помощь в борьбе с поборниками чужого влияния. Расскажи нам, что с тобой случилось? Настроен ли на возможный бой или считаешь, что нынешняя ночь не подходящая? Напряжение без восторженности внутреннего естества не окутало ли тебя?..

Вот и Рияксан с Галияном с южных областей обратили внимание на удручённость соратника, хотя он обычно и не выражал эмоциональность в беседах. Они уже давно присоединились к группе, а за ними позже последовали вершить справедливость в защите слабых Людей их земляки Рамухол и Афус.

Староста южных районов Каривальд не был против решений исследователей Добра, но являл озабоченность за сына Ликмавакткта, пожелавшего тоже бросить копание огорода и нести руки и ноги свои в бой за ценности Светоча Бога.

Молодой Ликмавакткт спокойно с добродушной улыбкой что-то рассказывал соседу по бревну Барраанту, и со стороны порой казалось, никакое уныние не возьмёт его ни при каких обстоятельствах, по крайней мере, сегодня.

Никто из соратников не переживал за него. Человек показал себя крепким и непримиримым в тренировочных боях, уверял, что готов идти ночью в кровавый поход. В прошлые нападения группы он не ходил, ибо тогда его сознание ещё совсем не привыкло к новой тяжёлой и опасной жизни. Да и Хайкайлвъан пообещал старику Каривальду, что не отправит сразу в бой его ребёнка.

- У меня всё налаживается…, - начал басом Буллиталланн, - были сложности с женой. Они продолжаются давно…, я вполне справляюсь и редко прошу помощи…. История моя тяжёлая, вы заметили, как она отпечаталась на моём внутреннем естестве…. Поведаю её…

- Поведай, соратник, - сказал с участием Хайкайлвъан, - а мы поможем тебе, если будет необходимо. Мы связаны общим делом – борьбой с иными. Хотим, чтобы каждый из группы настраивался на будущую победную атаку, а не тяготился сознанием. Если считаешь, что тебе требуется восстановление, то отложим нападение…

- Кроме жены и вас больше некому доверять, если только всегда и везде Светочу Богу. - Буллиталланн слегка улыбнулся, а потом, почувствовав холод, поднёс руки к огню.

- Мою жену зовут Гаммуннаана. Очень ей дорожу…, хотя кто скажет иначе, если связан с близким Человеком заботой и любовью…

Буллиталланн почесал неровные короткие волосы; он обычно, как только замечал рост естественных нитей, сразу брал острый камень и небрежно срезал. На его голове частенько бывали ранки от таких действий. Но вот рассказывая историю и поглядывая на соратников, нехотя открывал их взору длинный порез на щеке и шее…

Когда Афус, перебив, спросил его о рубце, Буллиталланн ответил, что поведает о нём позже.

- …Какое-то время ей снились кошмары, она кричала по ночам. Я крепко сплю; узнавал об этом только утром по её смутным догадкам, или от соседей, которые просыпались от громкого ора. Мы нашли мага, и он прочитал заклинание помощи, пояснил, что многое зависит именно от жены, от её отношения к борьбе с иными.

Буллиталланн вдруг замолчал, сделав недоумевающее лицо.

- Да я целый день проговорил бы с магом, но… он ушёл, так больше ничего и не сказав!

Не знаю, перестали сниться ли ей сны или нет, но по ночам она больше не кричала.

Буллиталланн замолчал и погрузился в размышления. Люди попеременно подбрасывали ветки кустарников, поддерживая огонь. Лица слушающих были напряжены и внимательны.

- А потом она стала…ходить во сне…, – человек удручённо оглядел соратников, на лицах которых появились удивление и сочувствие, потом продолжил.