Божественные игры

Глава 50. Ногони.

Провожатый довёл группу до основного лагеря Миоллара. Стратега не было на месте.

Некоторые воины отдыхали: разговаривали, ели плоды, лежали на траве. Гостей усадили под сенью высоких деревьев на брёвна, подле быстро организованного небольшого огня. Вокруг на утоптанной поляне располагались типичные хижины. Где-то, возможно, есть и землянка, подумал Килрирлрил, истекая солёной водой.

Фот был дружелюбным малым. Отложив крупные растительные листы схем нападений на вражеские позиции, он беседовал с малышом о сражениях.

- Вот, по кругу, после предыдущих готовимся к следующим битвам, типичная война..., - звонкий голос разливался у костра. Фот излучал приятный восторг. Он имел средней длины тёмные волосы, иногда заплетающиеся и путанные, частенько выбивающиеся из растительных завязок. Глаза с синими переливами под тонкими бровями глядели добродушно. Нос и губы мало выражены, но вместе с взглядом мимика лица довольно ярко являла эмоции.

Помощник Поуртмарха познакомился с гостями.

Баллиле стало грустно. Хоть она и замечала на себе внимание воинов, которые стояли в стороне ли, или шли неподалёку, их умы и сердца были отстранены и заполнены подготовкой к предстоящим сражениям. Они имели силу смахивать неожиданно появляющиеся мысли и влияния. К тому же её маска и сокрытие тела не давали простора зрительным каналам для воздействия на внутреннюю суть.

Даже Фот, мельком бросавший на неё взгляд и резко красневший, тут же отворачивался, чтобы не плениться необычностью. Вероятно, он очень дорожил бытием подле Миоллара и ответственностью перед отрядами.

Афу было хорошо, тепло и уютно. Он на какие-то мгновения забыл о давлении всевозможных дилемм и наслаждался лагерными посиделками. Травник добродушно улыбался Фоту и другим воинам, выражая своё доверие и желание участвовать в общей полезности военному делу.

Возле огня на траве в маленьких корзинках лежала еда – ягоды и плоды. Аф вкушал приятный сладкий фрукт, неторопливо разжёвывая волокнистую массу; иногда подносил ладони к огню, высушивая влажные руки; ощущал таинственную силу и мощь пылающей стихии, хоть и близкую, но недоступную для овладения.

Килрирлрил разговаривал с Фотом, соблюдая ограничения в повествованиях, и это понимал помощник. Гости пока не должны знать некоторые вещи. Малыш задавал тон беседе, помогая Фоту, а тот рассказывал о военных походах самую общую информацию.

Сумерки постепенно отталкивали давление тепла и отдаляли светило. Красные напряжённые глаза Килрирлрила умиротворённо вдыхали появлявшуюся свободу.

Некоторые воины подсаживались к огню, но не задерживались, ощущая неведомое влияние Баллилы. Килрирлрил чувствовал неприятное воздействие на Людей со стороны женщины, но решил оставить эту дилемму на будущее.

Баллила осознанно не очаровывала воинов, убедив себя ныне, что месть впереди, и сила её давления неуклонно растёт. Она заранее ощущала сужденную победу, причины которой вне зависимости от окружения притягивались к ней.

Но некоторые мысли в гневе сжимали её губы и искривляли брови. Несколько воинов из отрядов Миоллара имеют сильную волю и возможно поймут, что она из себя представляет. Нужно только постараться оттянуть своё раскрытие, успеть стать сильнее и не забывать об Афе, он, вероятно, очень важен для них. Они не посмеют меня уничтожить, зная как ему дорога. У нас ещё крепкая связь, несмотря на её ослабление.

Но как её удержать, когда рядом столько возможностей для развития?! Эта грусть в его лице, безрадостность и безнадёжность порой так отталкивали Баллилу, приостанавливали её устремления…

На чём он хочет остановиться? Разве можно встать и не двигаться теперь, когда движение значит жизнь? Может быть, его не устраивает путь? Так он сам выбрал его. Хочет изменить? Вперёд, если знаешь куда! А если поглощён сомнениями, в уменьшенной концентрации приближаешься не ясно к чему, то, что это за прогресс тогда?!

Думая об Афе Баллила не находила ясного ответа, ей не нравилось, что от таких мыслей на неё нападали тоска и вялость. Она сразу же притягивала волю и предавалась радости, которая часто увлекала и Афа.

Баллила хотела спросить у Килрирлрила о возможности увидеть цветок, но понимала, что их ещё не приняли в отряд. Этот Миоллар может появиться не скоро. И тогда снова нужно ждать и подвергаться чужим влияниям. Ведь если утвердился в желании, проявляешь волю, но зависишь от каких-то обстоятельств, значит, на тебя уже воздействует что-то извне и отнимает свободу.

Баллиле требовалась полная свобода и абсолютная независимость.

Миоллар прибыл только через несколько ночей.

Во время ожидания Баллила запрещала себе думать о будущем, о бирюзе, чтобы не распалять себя понапрасну, пыталась забыться, развлекаясь с Афом. Они перепробовали многие радости, которыми увлекались в начале знакомства.

Бегали и веселились, лежали уморённые в бездействии, иногда обнимая друг друга. Смеялись без причины. Лазили на деревья. Она заставляла забираться толстого Афа выше и выше, ему было страшно, но она не позволяла спускаться.

- В сражении будет хуже, поэтому следует побороть ужас заранее на какой-нибудь посторонней возможности, - весело улыбаясь, говорила спутница.

Аф не представлял себя в больших битвах и следовал указам Баллилы, преодолевая кошмар, превозмогая слабость оболочки.

У них оставалось ещё светящейся краски, она намазала ею Афа и долго смеялась.

Он так привык к половинчатому зрению, что не помнил, когда перестал клеить на мёртвую глазницу лист. Просто отвлёкся в деятельности или мыслях и позабыл о процедуре сокрытия потери глаза.

Он удивлённо смотрел на Баллилу, но та словно давно знала о его одноглазом бытии и ничего не спрашивала. И все остальные, вероятно, видели его дыру, но вели себя естественно.

Спутница предложила Афу развлекаться до самого прихода Миоллара, потому что потом война разделит их. Аф не хотел думать о расставании и говорил ей, что будут вместе помогать востоку. Баллила неоднозначно улыбалась.