Божественные неприятности, или Полцарства за лопату!

Глава 2

И все же есть во мне щепотка везения! То ли я, уже теряя сознание, умудрилась выкашлять этот гадский колпачок, то ли как-то дернулась, и он сам выпал… Не суть! Главное, что сейчас я просто лежала на полу и дышала, даже не открывая глаз. О, это упоительное чувство, когда свежий воздух вторгается в твои легкие, а в душе мечутся бабочки счастья, что все обошлось. Ну или это никакие не бабочки, а попросту тошнота из-за потери сознания. В пользу этого варианта говорило и общее хреновое самочувствие, дикая слабость, боль в голове и першение в горле. Похоже, я еще и умудрилась удариться головой об угол журнального столика, когда падала, просто блеск.

Святые блокнотики, реально ж так могла умереть. Все, к такой матери опасные ручки, перехожу на карандаши! А еще лучше — признаю, что в наш век технологий все мысли нужно прямиком выплескивать на экран, никаких ручек и блокнотов!

Судорожно вздохнув, я наконец-то открыла слезящиеся глаза и села, одновременно с этим пытаясь ощупать голову на предмет повреждений, да так и замерла. Прямо напротив меня стоял самый настоящий рыцарь. Нервно сглотнув и не отводя от него взгляда, я машинально пошарила рукой рядом и облегченно выдохнула, нащупав-таки свалившиеся от падения очки. Наспех протерла их краем футболки и нацепила на нос. Мир определенно стал выглядеть четче, но вот рыцарь не превратился в мирно стоявшую в углу комнаты вешалку или хотя бы врача. На крайняк, в соседку, вернувшуюся за Фанькой и обнаружившую меня на полу.

Частично в латах поверх какой-то относительно средневековой рубахи, за поясом торчала рукоять меча… Ну точно рыцарь! Без шлема с забралом — и на том спасибо. На аристократично правильном одухотворенном лице в обрамлении длинных каштановых локонов застыло выражение чрезвычайного изумления вперемешку с неким благоговением. Но мне-то от этого не легче!

Оторопело перевела взгляд левее, отметив монаха в рясе, или что это у него такое, с низко надвинутым на лицо капюшоном. За его спиной, кажется, виднелся колчан со стрелами. Нервно сглотнув, продолжила осмотр и зависла на последнем действующем лице — высоченной очешуительно красивой рыжей девке, будто только сошедшей с подиума, судорожно вцепившейся в какой-то светящийся шар в ее руках.

Я-то просто молча охреневала, заодно отмечая прочие детали, не присущие моей квартире, такие как высоченный куполообразный потолок, какие-то фрески на стенах, отсутствие ковров, мебели… Два трупа у аркообразных дверей! Ну или устали путники с дороги, вот и прилегли. Кхм… А вот трио тем временем, отметив мое пробуждение, вдруг синхронно опустилось на колени, низко склонив головы.

Ага… Ясно-понятно. Обморок плавно перетек в сон, в котором ты осознаешь, что спишь. Звиняйте, товарищи, у меня там Фанька некормленая, глава неписаная, некогда мне спать. Но если вы — сюжет моей следующей книги, далеко в подсознании не теряйтесь, приходите попозже, такой сюжетец вместе замутим — закачаетесь!

И проверенным способом крепко зажмурилась, с силой прикусив щеку изнутри. Но боль ощутила вполне конкретную. Приоткрыв один глаз, осмотрела все тот же непонятный храм и странных незнакомцев, продолжавших находиться в той же позе на коленях. Только монах чуть приподнял голову и удивленно смотрел на меня исподтишка. Ну, я так думаю, лица из-за капюшона я так и не видела, но вся его ряса выражала удивление.

— О великая Создательница, богиня всего сущего! — патетично взвыл внезапно недорыцарь, так же, на коленях, дернувшись вперед, отчего я шустренько как лежала, так и отползла подальше.

На всякий случай обернулась, проверяя, не стоит ли кто за спиной. Но нет. Только я, каменный пол, испещренный трещинками и какими-то письменами алой краской, и жалобно звякнувшая плошка с остатками какой-то жидкости, в которую я умудрилась угодить рукой, усаживаясь поудобнее. Фу! Это что, кровь? Буэ…

С трудом подавив рвотные позывы, скривилась, пытаясь понять, обо что тут можно вытереть ладонь. Не свою же футболку пачкать? Даже штанов нет, гадство! В чем уснула, в том себе и снюсь.

— Не гневайся, о всемогущая! — продолжал оглашать храм своими воплями рыцарь. — Страшная беда пришла в наш, то есть твой, мир! Поселилось зло в горах на востоке и сеет вражду меж народами да шлет ненастья на головы твоих созданий!

Во как его вштырило… Или, скорее, меня. А главное, все реалистичненько так, прямо фэнтези-фильм с эффектом полного присутствия. Приснится же…

Ладно. Нужно просто улечься поудобнее, сознание меня обманывает из-за кислородного голодания, но я-то знаю, что сейчас лежу на ковре у кресла. Всего-то и нужно — вновь крепко зажмуриться и настроиться на тактильные ощущения. Дома тепло, хорошо, ковер мягкий под спиной, Фанька, небось, на кухне гремит миской…

Больше не слушая парня с луженой глоткой, я улеглась обратно на пол и крепко зажмурилась, повторяя про себя как мантру: «Я дома, я дома…»

— Ронан, ты уверен, что вызов творца этого мира прошел как надо? — услышала я приглушенный шепот.

— Древние предания гласили, что мы должны отправиться в заброшенный храм, принадлежавший богу, давно покинувшему свое творение, и призвать его. Это единственный уцелевший храм, да и люди Корнелиуса нас поджидали здесь явно не зря, — ответил достаточно тихо тот самый рыцарь.

Не, ты посмотри на него, как на меня, так орет, а как тому, в рясе, так вполне культурненько так спокойно отвечает. И где справедливость?!

— А ничего, что это не бог, а девушка, пусть и странная?