Божественный рассвет

Глава 14

Цин Лун сидел на пороге покосившегося домика и не спеша чистил овощи. Местные жители были невероятно счастливы, что учитель вернулся из своего путешествия. Перед его домом сидели дети разных возрастов и читали книги, что привез Цин Лун из Вужоу. Среди них был и Су Сянь. Скрестив ноги и читая, он изредка посматривал на хмурое лицо молодого мужчины.

— Учитель, что означает этот иероглиф? — спросил мальчик, на вид, шести-семи лет. Он указал на символ в книге, что держал на коленях.

— Он означает «небо». — Мягко улыбнулся юноша и поднялся. — На сегодня все. Можете отдать книги Су Сяню и отдыхать.

— Спасибо учитель Цин! — хором отозвались дети, поднялись и синхронно поклонились.

Су Сянь собрал книги, привезенные из резиденции Четвертого Непревзойденного Демона, и занес в дом. Цин Лун промыл овощи и принялся их нарезать для супа.

— Можешь поиграть с детьми. — Учитель обернулся на ребенка, что складывал книги в деревянный ящик. — А после обеда мы займемся каллиграфией.

— Я не хочу с ними играть. — Качнул головой мальчик и улыбнулся. — Я слышал, что ты обучаешь одного парня из деревни фехтованию. Научишь меня?

— Да, конечно. — Кивнул Цин Лун. — Но у меня нет второго меча. Можно начать со стрельбы из лука, а после, я куплю тебе меч. А позже мы отправимся за достойным мечом.

— Я не хочу ждать! — Су Сянь поднялся, сев за низкий стол, где стояла хрустальная пиала с золотыми яблоками, что когда-то оставил Бог Воды и взял одно. — Давай завтра же и отправимся?

— Ха-х, Сянь-эр[7], — покачал головой учитель, высыпая нарезанные овощи в кастрюлю. — Мы только вчера вернулись из Вужоу. На нас напала Черная Бестия Пятого Князя Демонов, и мне пришлось приложить немало сил, чтобы прогнать её. Я еще слишком слаб. К тому же, за нашим домом есть местечко для посева. Можно что-нибудь вырастить.

[7] Сянь-эр — «эр», словообразующий суффикс при основе существительного, употребляется в уменьшительно-ласкательное значении.

— Поле?.. — Скривился мальчик, опустив голову на стол. — Я никогда не возделывал землю. Это тяжело и скучно! К тому же, эти яблоки обогащены духовной энергией. Не желаешь попробовать? Сможешь быстро восстановить силы.

— Это сложно объяснить, но... — Цин Лун сел за стол и принялся разводить в тушечнеце туш для письма. — Понимаешь, мне нельзя поглощать духовную энергию.

— Почему?

— Я не могу сказать. — Усмехнулся юноша, щелкнув по носу ребенка, и пододвинул к нему тушечнецу. — Можешь начинать писать. Чжун Цзун подарил тебе действительно непревзойденные образцы каллиграфии. Изучая их, ты можешь улучшить свое письмо.

— Учитель, почему ты ничего мне не рассказываешь? — протянул Су Сянь, запрокинув голову, и лениво завалился на спину, раскинув руки. — Мы знакомы так долго, а я ничего о тебе не знаю.

— Всего несколько дней. — Цин Лун поднялся, вернувшись на кухню, и стал медленно помешивать суп. — Я планирую в скором времени отправиться в путешествие. Как раз найдем тебе достойный меч и новое пристанище.

— Скоро, это когда? — оживился Су Сянь.

— Год или два. — Пожал плечами мужчина и рассмеялся, посмотрев на кислое лицо парня.

Пока Цин Лун готовил обед, Су Сянь принялся за перепись иероглифов из свитков, что подарил Чжун Цзун. Он старательно выводил каждую линию, оставляя кляксы, и полностью перепачкал руки и рукава черной рубашки с красным поясом.

Разлив по пиалам суп, и разложив рис и маньтоу, Цин Лун начал накрывать на стол. Су Сянь с радостью убрал свои письменные принадлежности и протянул учителю бамбуковый лист, исписанный иероглифами. Цин Лун улыбнулся, поставив пиалу с супом, и взял лист. Но взглянув на каракули, его улыбка поблекла, а глаза сощурились.

— А-мх... Ну... Уже... значительно лучше. — Закивал он, отложив лист.

Входная дверь с грохотом распахнулась. В дом вбежал парнишка лет четырнадцати на вид. Весь красный, с блестящими глазами, он упал на колени и склонился.

— Учитель! Простите меня за непочтительность! — мальчик поднял голову и протянул мужчине свиток. — Но мне пришло послание из секты Цяньлун! Я приглашен на экзамен в самую большую и великую секту!

Этим юноша был Гуан Чжи Шао, сын главы деревни. С тех самых пор, как Цин Лун прибыл в эту деревню, он обучал его боевым искусствам и учению Дао. Мальчик усердно трудился изо дня в день и, наконец, его старания не прошли даром.

— Правда? — учитель взял из рук мальчишки свиток и впился взглядом в текст. — Секта Цяньлун... Невероятно. Если ты пройдешь экзамен, то сможешь стать внутренним учеником секты. А может даже личным учеником одного из глав! О, эта великая честь!

— Конечно, но... — Гуан Чжи Шао потускнел, опустив голову. — Я не знаю, где находится секта Цяньлун.

— Ох... — Цин Лун тяжело коснулся груди, сев на циновку рядом с Су Сянем. — Я тоже не знаю, где она может находиться. Мне никогда не было дела до обучения в ордене. Хотя, я когда-то знал пару заклинателей, кто достигал такого уровня культивации, что вознесся. Это невероятно тяжело.

— Правда?! — Оба подростка вскинули большие глаза на юношу.

— Они давно мертвы. — Цин Лун отвернулся, рассматривая приглашение. Нахмурив брови, он обернулся на Гуан Чжи Шао. — Как они узнали о тебе?