Брачная ночь попаданки

Глава 4. Кажется, вы меня достойны

Его слова возмутили не только меня, потому что мадемуазель Беранже тоже нахмурилась и сказала:

— В вашем доме, Андрэ? Но это недопустимо!

— Именно так, ваша светлость! — горячо поддержала ее я. — Это против всяких правил приличия!

Я не имела никакого представления о здешних правилах приличия, но наверняка они были достаточно суровы в отношении пребывания незамужней девушки в одном доме с неженатым мужчиной.

Но, кажется, правила приличия не волновали хозяина кабинета ни в малейшей степени.

— Мне нет никакого дела до того, что станут об этом говорить! — заявил он.

— Но вы погубите мою репутацию! — воскликнула я.

Каким бы бесчувственным он ни был сам по себе, он был дворянином и ректором огромной академии, а это ко многому обязывало.

Но мои слова не возымели на него нужного действия.

— Если вы и в самом деле окажетесь Арианой Эгийон, то я на вас женюсь, а значит, правила приличия будут соблюдены, — сказал он. — А если вы меня обманули, то я отправлю вас в тюрьму, и от вашей репутации в любом случае ничего не останется.

— Но подумайте обо мне, ваша светлость! — мадемуазель Беранже не готова была сдаться. — Что станут говорить обо мне всё то время, что эта девица будет находиться в вашем доме?

Ее голос дрожал и срывался, и наверняка она с удовольствием бы сейчас эффектно лишилась чувств, если бы была уверена, что это произведет на герцога должное впечатление.

Де Шеврез подошел к ней и поцеловал ее правую руку, надолго задержав ее в своих руках:

— Не бойтесь, Кэролайн, никто не узнает о том, что тут случилось. До тех пор, пока не выяснится правда, пребывание этой девушки в моем доме для всех будет тайной.

— Но если она действительно Ариана Эгийон…, — мадемуазель Беранже всхлипнула и не смогла закончить свою мысль.

— Значит, я должен буду на ней жениться, — продолжил эту мысль его светлость.

— Но этот брак — не ваше решение, Андрэ! — всхлипнула девушка. — Уверена, вы можете от него отказаться! Даже если эта девица в самом деле мадемуазель Эгийон, где она была на протяжении нескольких месяцев? Ее репутация уже не безупречна! Любой суд чести признает ваше право расторгнуть помолвку на одном только этом основании!

Они разговаривали так, словно меня не было в этой комнате. Я даже подумала о том, что смогу незаметно удалиться, но стоило мне только сделать шаг в сторону двери, как его светлость отвернулся от предмета своей любви и обратил внимание на меня.

— Куда же вы, мадемуазель Эгийон? Нам с вами еще о многом нужно поговорить! Кэролайн, прошу вас, возвращайтесь к себе. И простите за испорченный вечер! Надеюсь, вскоре мы сможем его повторить уже совсем с другим результатом.

Он открыл дверь и недвусмысленно указал на нее своей несостоявшейся невесте. Право же, он был еще более бессердечным, чем я предполагала.

И девушка не решилась ему возразить. Она бросила на меня полный ненависти взгляд и удалилась. Когда звук ее шагов затих, его светлость закрыл дверь и подошел ко мне.

— Кажется, дорогая невеста, нам пора познакомиться поближе!

Он вдруг бесцеремонно взял меня за подбородок, заставив поднять голову, и принялся рассматривать меня с оскорбительным любопытством.

Он словно выбирал себе лошадь на ярмарке и хотел убедиться, что у нее нет изъянов.

Его карие глаза оказались совсем рядом от моего лица, и я с изумлением увидела, как его темные зрачки на какое-то мгновение из круглых стали продолговатыми и вертикальными. Это было одновременно и завораживающе, и страшно. Никогда прежде я не видела ничего подобного.

— Ну, что же, мадемуазель, вы не дурны, — наконец, признал он и отступил от меня на шаг. — Надеюсь, вы будете достойны титула герцогини де Шеврез. Осталось лишь убедиться, что вы именно та, за кого себя выдаете.

— И к-к-как вы намерены это сделать? — от волнения я начала заикаться, чего не случалось со мной прежде.

Я чувствовала себя перед ним как кролик перед удавом.

— Я отправлю к вашему отцу, графу Эгийону, своего лекаря. Уверен, он сможет поставить его сиятельство на ноги и привезти сюда. К тому же известие о свадьбе дочери уже само по себе должно сильно его подбодрить. И я не сомневаюсь, он захочет присутствовать при столь знаменательном событии.

Он говорил о нашей свадьбе как о чём-то решенном, ничуть не интересуясь моим мнением.

— Подождите, сударь, а меня вы не хотите спросить? — возмутилась я.

— Спросить о чём? — удивился он. — Мы были обручены с рождения, и если бы не ваше досадное исчезновение, то были бы уже женаты. И раз уж вы появились здесь и не позволили мне объявить о помолвке с другой, значит, вы жаждете нашей свадьбы не меньше, чем я. Хотя кое в чём вы правы. Прежде, чем мы назначим дату свадьбы, мне следует убедиться, что за те несколько месяцев, что вы провели невесть где, вы не потеряли невинность.

Что???

А вот теперь лишиться чувств захотелось уже мне самой. И я уже была близка к этому.