Брачная ночь попаданки

Глава 9. Обещание

— Хорошо, — вдруг кивнул хозяин, — я поговорю с Кэролайн. Но, разумеется, не сегодня. И не завтра — завтра у нас ректорат. Скажем, послезавтра.

У де Кюстина вырвался вздох облегчения.

— Благодарю, Андрэ! Это очень благородно с твоей стороны.

Как ни странно, но в части его отношений с мадемуазель Беранже я была согласна с де Шеврезом — такие женщины, как Кэролайн, всегда будут хотеть большего, чем имеют. А синице в руках предпочтут журавля в небе.

Впрочем, это было уже не мое дело. Меня сейчас заботило только то, смогу ли я перемолвиться с гостем хоть парой слов. Пока к этому, кажется, ничто не располагало.

— Не стоит благодарности, — отмахнулся де Шеврез. — А теперь прости, но, думаю, мадемуазель Эгийон желает отдохнуть.

Гость поклонился мне и еще раз извинился за столь поздний визит.

— Кстати, Андрэ, раз уж я здесь, ты не мог бы дать мне тот трактат о данийских амулетах, о котором ты говорил на открытой лекции?

— Разумеется! — откликнулся хозяин. — Сейчас я принесу его из библиотеки!

Он вышел из комнаты, и на протяжении нескольких секунд мы с де Кюстином напряженно прислушивались к звуку его удаляющихся шагов.

— Я знаю, мадемуазель, всё, что вы хотите мне сказать! — воскликнул он, когда мы убедились, что остались одни. — Мне ужасно жаль, что всё случилось именно так! Я и представить себе не мог, что дело обернется таким образом! Я был уверен, что достаточно будет одного появления Арианы Эгийон, чтобы расстроить их помолвку! И уже тем более, я не думал, что де Шеврез привезет вас в свой дом.

— Мне всё равно, что вы думали, сударь! Меня интересует, когда именно вы собираетесь вернуть меня домой? Потому что, если вы не сделаете этого, я сдам вас с потрохами!

Он поморщился от такого вульгарного оборота речи, но сделать мне замечание не осмелился.

— Не беспокойтесь, мадемуазель, я выполню свое обещание!

— Каким образом? — полюбопытствовала я. — Его светлость, кажется, не намерен выпускать меня из этого дома. Более того — он уже послал за отцом настоящей Арианы. И если тот приедет сюда раньше, чем я вернусь домой, ситуация сильно осложнится. И можете быть уверены — я молчать не стану. И если меня посадят в тюрьму за обман, то и вас будет ждать та же участь. И ваша репутация будет погублена, а мадемуазель Кэролайн, внимания которой вы так добиваетесь, вас возненавидит!

Я выпалила это, не останавливаясь. Решила, что дополнительные угрозы совсем не помешают. Может быть, это заставит его действовать быстрее.

— Вы же слышали, мадемуазель! — теперь в голосе его была заметная паника. — Де Шеврез поговорит с Кэролайн только послезавтра! Если вы исчезнете до этого времени, то всё окажется напрасным! Прошу вас, постарайтесь меня понять! Я слишком многим рискнул, чтобы завоевать девушку, которую люблю уже много лет! И отступить сейчас уже невозможно! Еще два дня, мадемуазель! Всего два дня! А на третий день я вытащу вас из этого особняка, чего бы мне это ни стоило!

— Мне нужна конкретика, сударь! — холодно потребовала я.

Мне было жаль его, но он сам был виноват в том, что заварил эту кашу. А расхлебывать ее пока приходилось мне.

— Послезавтра он скажет мадемуазель Беранже, что их помолвка невозможна. Она будет в отчаянии, и именно тогда я сделаю ей предложение. Она с радостью ухватится за него — поверьте, я хорошо ее знаю. Она не захочет, чтобы кто-то узнал, что он ее отверг, и предпочтет выйти замуж раньше, чем в брак вступит он сам. Мы обручимся с ней в тот же день и объявим об этом.

Я посмотрела на него с удивлением.

— Простите, ваша светлость, но я не понимаю, как вы можете хотеть жениться на девушке, которая любит другого? Не лучше ли найти невесту, которая сама сумеет оценить вас по достоинству?

Он покраснел и тут же разозлился.

— Это не ваше дело, мадемуазель! Вы совсем не знаете Кэролайн, чтобы ее судить!

Я могла бы возразить, что это как раз мое дело, ибо он сам втянул меня в него. Но куда больше мне хотелось поговорить о другом.

— Так я хотела бы знать, как именно вы намерены действовать после того, как достигнете своей цели и станете женихом мадемуазель Беранже? Простите, что настаиваю на ответе, но герцог вот-вот вернется!

— На третий день от сегодняшнего, мадемуазель, в десять утра, на бульваре, что идет позади этого дома, вас будет ждать моя карета. Полагаю, что выходить в сад на прогулку де Шеврез не станет вам запрещать. Мой человек подпилит прутья в ограде, что отделяет сад от дороги. Самого герцога не будет дома — он отправляется в академию каждый день к девяти утра. Если вы всё сделаете как надо, то уже к полудню будете дома.

Едва он сказал это, как мы снова услышали шаги — только теперь они приближались.

Де Шеврез вошел в комнату с книгой в руках.

— Надеюсь, она окажется для тебя полезной, — сказал он, передавая фолиант гостю. — Будет интересно обменяться потом впечатлениями.

Де Кюстин пожелал нам приятного вечера и удалился. А у меня в ушах всё еще звучали его слова: «На третий день в десять утра». Я надеялась, что он меня не обманет.