Брачный приговор: без права на развод

1. Беглянка

Раздолбанный ВАЗ, щедро украшенный наклейками, притормаживает и сигналит. Из пассажирского окна высовывается колоритный кавказец, оценивающе оглядывая меня с головы до ног.

– Подвезти? – расплывается в самодовольной ухмылке.

– Нет, спасибо, – бурчу. – Сама дойду.

– Такая цаца, – ухмыляется. – Знала бы, от чего отказываешься.

Открывается ещё одно наглухо тонированное окно, теперь на заднем сиденье. Оттуда появляется загорелая голова в тёмных очках. Зачем ему очки, если в этой машине можно на сварку смотреть? Приспустив их на нос, он тоже окидывает меня взглядом и подсвистывает.

– Далеко не уйдёшь всё равно... – смачно сплёвывает, едва не попадая на мой подол. – Давай подвезём.

– Пошёл в жопу, придурок! – огрызаюсь, не сбавляя шаг.

– Эй, сама не знаешь, от чего отказываешься!

Ага, конечно… От поездки в раздолбанной тачке с толпой горячих южан.

Отхожу подальше на обочину. Машина замедляется следом. Я наклоняюсь, перехватываю юбки и поднимаю их до колена, придерживая одной рукой.

– Вай! – раздаётся дружный возглас.

С трудом балансируя на одной ноге, снимаю белую туфлю на каблуке и, стоя как страус, агрессивно замахиваюсь, целясь железной набойкой в капот.

– А ну, валите отсюда!

Громкий окрик на непонятном языке – и головы мигом втягиваются обратно. Убитая «Лада» издаёт скрежет, напоминающий звук сломанного пылесоса, и уносится вперед.

Машу туфлей перед лицом, разгоняя вонючий дым. Смотрю на дорогу – кроме удаляющегося ВАЗа, ни единой души.

– Так тебе и надо! – ворчу.

Не знаю, кому это: им или себе?

Хамить в моём положении ещё и подозрительным типам – не лучшая идея. Но я зла и устала. И, честно говоря, готова на крайности. Мне нужно выплеснуть злость хоть на кого–то, иначе меня разорвёт на клочки.

Надеваю туфлю, отбрасываю фату за спину и продолжаю идти. Да, я иду в свадебном платье по дороге, ведущей в какую–то глушь. В надежде, что где–то будет автобусная остановка.

В туфлях на каблуках шагать неудобно, но босиком – либо по гравию, либо по раскалённому асфальту – совсем не вариант.

Хорошие туфли, сшиты по индивидуальному заказу. Очень удобные!

Только вот после такого похода вряд ли получится продать их на «Авито». А вот украшения и платье – вполне.

Может, какая–нибудь фифа клюнет на объявление: «Фееричное дизайнерское платье. Было только на примерке. Без негативных флюидов чужого несчастья».

Так и есть, в принципе. Было только на примерке. И на прогулке. Подол слегка запылился, но мы с Леркой мигом это исправим. Мне бы только добраться до неё. Пересижу у подруги, пока всё не утихнет. А если не утихнет – домой не вернусь.

Прибавляю шаг. Меня пока не хватились. Иначе уже здесь бы шныряли машины. Наверное, родители думают, что я крашу губы или делаю селфи возле арки. Надо успевать.

Хоть бы кто–нибудь приличный подвёз – я бы не отказалась.

Впереди появляется машина. Едет в сторону отеля, и я напрягаюсь. Вдруг кто–то из гостей? Осматриваюсь, прикидываю, в какие кусты юркнуть. Платье жалко, но свобода – дороже.

Схожу на обочину, прикрываю глаза от солнца и вглядываюсь. Потоки тёплого воздуха дрожат над асфальтом.

Вроде чёрная… Не наша. У нас все белые – отец специально заказал.

Быстрый взгляд: на кусты, на машину… Господи, что делать?
Решаюсь – выскакиваю на середину дороги. В свадебном платье не заметить меня сложно.

Чёрный, быстрый, бесшумный и очень приличный седан. Я уже это вижу! То, что надо! Размахивая руками, бросаюсь навстречу.

–– Пожалуйста, помогите! – Кричу, будто тот, кто за рулём, может меня услышать.

Хищный капот с ягуаром тормозит в десятке метров от меня. Придерживая рукой дверь на меня с удивлением смотрит высокий мужчина. Он ухожен, гладко выбрит и одет в тёмно–синий костюм и белую рубашку, расстёгнутую на верхнюю пуговицу.

– Совсем сдурела? Куда лезешь?

Выдыхаю с облегчением. Фух. Не из гостей. И, вроде, приличный.

Не похоже, что будет требовать денег или «взаимности» за помощь.

– Подвезите меня, пожалуйста, – бросаюсь к нему. – Только до остановки!

Останавливаюсь, опираясь руками о капот. Всё. Не уедет без меня.

Запыхавшись, откидываю фату и поднимаю глаза. Жалобная речь, которую собиралась произнести, застревает в горле. Только вблизи понимаю: этот мужчина точно не едет в коттедж к детишкам.

Он смотрит цепко и холодно, потирая подбородок. Будто решает – влезу ли в багажник целиком или распиливать. По запястью скользит золотой браслет дорогих часов.

Мне хочется набросить на лицо фату, как забрало шлема, съёжиться и, развернувшись, убежать к родителям.

Я чувствую себя неуютно рядом с ним. Очень неуютно.

– Что случилось? – спрашивает он с раздражением, вскидывая бровь.

– Простите… – лепечу, опуская глаза. Отхожу от капота. – Я как–нибудь… доберусь.

Знала бы, что остановлю водителя с глазами киллера – отсиделась бы в кустах.

– Куда ты идёшь в таком виде? Со свадьбы сбежала?

Логичный вопрос. Но отвечать не хочется. Совсем.

– Друзьям проспорила, – облизываю пересохшие губы. – Глупая шутка…

– Очень глупая, – с ленцой оглядывает платье. На мгновение задерживает взгляд на талии и декольте. Ухмыляется. – Друзья тебя не жалеют.

– Я пойду… Простите.

Осторожно пятясь, выставляю перед собой руки. Словно боюсь, что он прыгнет за руль, газанёт и раскатает меня по асфальту вместе с платьем.

– Недоразумение вышло, – бормочу ещё раз.

Маленькими шагами двигаюсь к обочине.
Поворачиваюсь к нему спиной. Главное – делать вид, что всё нормально. Я просто проспорила. Сейчас – в лес. Плевать, что порву платье. Жизнь дороже.

Хлопает дверца машины. Я каждым натянутым нервом улавливаю этот звук. Сел обратно? Сейчас уедет?

Только шуршания шин не слышно.

Через секунду мой локоть цепко обхватывают железные пальцы. Позвоночник простреливает электрический разряд страха, заставляя оцепенеть.