Брак понарошку, или Сто дней (не)счастья

Глава 8

Злата

– Злат, мы что, правда куда-то поедем? – спрашивает Мышка испуганно.

– Да нет, конечно! – фыркаю. – Что за глупости, Марин?

– Ну, – она выглядывает в подъездное окно, – он там ждет!

– Это не надолго! – хмурюсь, ищу в карманах ключи. – Ты же слышала про переговоры? Ща растворится, как в море корабли!

Подхожу к квартире.

В двери торчит бумажка. Серая, сложенная вдоль в четыре раза.

Мой наметанный глаз сразу определяет извещение. Много я таких в руках держала.

Так вот что тут делала тетка из опеки.

Вытаскиваю, разворачиваю.

Явиться в управление по делам несовершеннолетних… Число, подпись, штамп. Все как положено.

Из непривычного только подпись на обороте с карандашом: “В случае неявки допустим повторный визит органов опеки в сопровождении полиции”.

Вот так.

Обтекаемая казенная формулировка, за который скрывается банальная угроза.

Больше прятаться за закрытой дверью не получится.

Мой дом больше не моя крепость.

Оглядываюсь на Мышь, которая прыгает по ступенькам под ритм считалочки.

– Марин, – она поднимает на меня взгляд, а я… Я понимаю, что вот-вот ее потеряю. Ее увезут, и мы, скорее всего, больше никогда не встретимся.

В конце концов, ну что тот мужик нам такого страшного предлагал? Консультацию у адвоката! Про брак это ж он пошутил! Для тетки из опеки.

Так ведь? Да?

– Марин, а давай все-таки с ним съездим?

– С лохом?

– Мышь! – одергиваю. – Не называй его так! Вовсе он не лох!

Хмурюсь, открываю дверь и…

Чуть не падаю под сорока килограммами любви и обожания!

.

Глеб

Обалдело смотрю, как она выводит из подъезда здоровенную псину! Бесформенная светло-рыжая дворняга, у которой в роду, наверное, были ретриверы. Или ирландские волкодавы. Или полковые пони. Или все вместе.

Черт!

Я точно хочу на ней жениться? Сейчас с ней в комплекте девочка и собака, а кто там еще у фокусника в рукаве? Точнее, в квартире. Надо было хоть через СБшников справки навести.

– Это что? – сдавленно спрашиваю я.

– Не что, а кто! – еще и возмущается. – Это Кактус!

– Кактус?!

– Ну, – девушка смущается, – когда мы его нашли, он был такой грязный, шерсть торчала клочьями, – она поджимает губы, а я обращаю внимание на то, что пес неровно подстрижен. – Да вы не переживайте, мы не будем брать его к адвокату, – смотрит на меня как на полоумного, – Он с шести утра в квартире закрытый. Сейчас дам ему… – она смешно хмыкает, краснеет, проглатывая слово, обозначающее естественную потребность. – И поедем.

Мммм. Как она мило смущается!

А сколько ей лет вообще?

А она вообще хоть с кем-то встречалась?

Черт! Вербицкий, о чем ты думаешь?

Тебе нужен фиктивный брак! Фиктивный!

Перевожу взгляд на пса.

Ну… Собака и собака. Кстати, тоже золотая!

Тихо усмехаюсь.

В масть, так сказать.

Тетушка моя тоже псинку держит.

В основном, конечно, на ручках, но…

Собака в доме не проблема! Места много.

А девочка кле-евая! Вон как губки надула, бровки нахмурила. Сопит расстроенно.

Нет! Она определенно мне нравится все больше!

– У меня переговоры в четыре, – многозначительно смотрю на дисплей смартфона, хотя на самом деле я готов отменить эту встречу к чертовой матери. – Так что…

– Да заходим мы уже, заходим! Кактус, – последнее не мне.

Здоровенная дворняга, как ни странно, отзывается на свою кличку и весело трусит назад в квартиру. Меньше чем через минуту из подъезда выходят уже знакомые мне златовласые девчушки. Старшая сжимает в руках толстую папку с документами.

Ловлю ее растерянный взгляд и на секунду думаю: “А чего я вообще творю?!”

Ну прикололась девчонка от безысходности. Как бы ты себя вел на ее месте, Глеб?

Но…

Мелкая с азартом подлетает к моей тачке.

– Ух ты! – запрыгивает в салон. – А это что? – нажимает на все кнопки подряд. – А это можно? – тыкает в дисплей, установленный в подголовник. – Вау! – она случайно открывает бар. – А можно водички? А это? – подхватывает цветную бутылку с чем-то спиртным.

– Мышь! – одергивает ее старшая, а я не могу скрыть улыбку.

Хамка! Совершенно неотесанная, невоспитанная, потрясающая, непосредственная маленькая хамка!

Нет, этот бриллиантик определенно стоит сохранить.

В конце концов, я же могу им просто помочь? Скорее всего, их проблема с опекой яйца выеденного не стоит.

А они помогут мне.

Закусываю губу, чтобы сдержать ухмылку.

Только вот о том, что они тоже мне нужны, говорить не стоит. Я все же хочу на них отыграться. Совсем чуть-чуть.

– Ну что ж, – вскидываю бровь, – пристегивайтесь!

.

Злата

Офис?

Это точно офис?

Не дворец, не?

Его?

Весь?

Нет, не его, его компании…

Елки-палки!

Боюсь поскользнуться на натертом мраморе, а вот Мышь…

– Йу-ху!

– Марина! – кидаюсь к ней, но наперерез уже выскакивает секретарша.

– Чей это ребенок? – ее возмущению нет предела, и она, кажется, уже дала знак охране.

– Мой! – слышу уверенный голос за своей спиной, и у секретарши подкашиваются ноги.

– Глеб Юрьевич! – произносит она с придыханием.

– Ребенок со мной! – тон он не меняет, на секретаршу не смотрит. – Запомнить и оказывать всяческое содействие.

– Конечно! Конечно! – она подобострастно складывает руки на груди.

– Вот, кстати! – он вдруг о чем-то задумывается, поворачивается ко мне. – Пока ты с юристами будешь говорить, они за ней и присмотрят! Ольга! – оборачивается все к той же девушке. – Присмотрите за малышкой полчаса! – находит взглядом Мышь, которая уже лезет в маленький интерьерный водопад. – Следите, чтобы она ничего не сломала! – хмыкает. – Себе, – строго смотрит на секретаршу, – а не фонтану.

– Девочка, – Ольга спешит к моей Мышке, – а хочешь пирожное?