Брак с чудовищем, или Хозяйка хлебной лавки

Глава 23

Не нужны мне её откровения, и сама я не хочу ничем таким делиться. Не люблю, когда мне в душу лезут.

Свекровь производит впечатление справедливой женщины, но Эдуард её сын, и как она поведёт себя, если я ей расскажу о том, что её сын чудовище.

― У нас так много дел перед приёмом, ― произнесла я, глядя в окно на удаляющуюся фигуру Эдуарда. ― Почему он не в экипаже поехал? Странно как-то.

― Что? ― с недоумением спросила леди Равена. ― Ты о чём?

― Эдуард пошёл пешком, почему? Разве он не спешил?

― Действительно, странно, ― ответила свекровь и зычно крикнула: ― Мильтон!

Дворецкий появился молниеносно, словно ждал под дверью. А может, так и было, подслушивал по приказу Эдуарда. Хорошо, что я оборвала душевные излияния свекрови. Слугам не нужно знать неприглядную правду, хотя они и так многое знают.

― Слушаю, миледи.

― Почему барон не взял экипаж? ― строго спросила леди Равена.

― Сказал, что их отряд собирается у кромки леса, а дойти до него можно быстро, ― невозмутимо доложил дворецкий.

Свекровь кивнула.

― Иди, Мильтон, займись делом, у нас званый ужин на носу, а дом не прибран, ― отдала она распоряжение. ― Увижу подслушивающим под дверью, жестоко накажу.

Я не сдержала улыбку. Так, его, чтобы не повадно было заниматься доносительством. Не раз уже из-за его доносов я получала выволочки от Эдуарда.

Мильтон с видом оскорблённой добродетели выплыл из комнаты.

― Так на чём мы остановились? ― обратилась ко мне свекровь.

Откусив кусочек печенья, я пожала плечами. Надеюсь, что она забыла, о чём хотела со мной поговорить.

Леди Равена взяла ещё один кусочек пирога. Видимо, действительно он пришёлся ей по душе, раз взяла добавки. Не лгала свекровь. На сердце потеплело. Всегда приятно, когда твои усилия ценят. Не просто набивают живот, а наслаждаются. Свекровь из гурманов, и это не может не радовать.

― Алисия, я не знаю, что происходит у вас в семье, ― прожевав пирог, произнесла леди Равена.

Я выдохнула, а вдохнуть уже не смогла. Страх сжал сердце, не давая ему биться. Как заворожённая не сводила глаз с маленькой крошки, прилипшей к верхней губе свекрови.

― Я не хочу об этом говорить, ― в панике выкрикнула я.

Мои мысли метались в голове, как перепуганные кошкой мыши. Я не знала, как реагировать на её заявление. В голове зашумело.

Только бы не узнал Эдуард, а то до побега я не доживу. Зачем она меня провоцирует.

― Эдуард не любит, когда я разговариваю о наших отношениях, ― в моём голосе звучала мольба.

― Не нужно бояться, Алисия, ― ласково произнесла свекровь, а заломила руки в немой просьбе остановиться. ― Эдуард ничего не узнает.

Я не верила ей и никому в этом доме, кроме Бонни, и то потому, что Вейнард сказал, что ей можно верить. А Вейнарду я верила, потому что его прислала Аманда.

― Я заметила, что ты никогда не называешь Эдуарда мужем, почему? ― спросила свекровь, не желая останавливаться.

Почему? Мне хотелось сказать ей в лицо почему. Я перестала считать Эдуарда мужем и называть его так даже в мыслях с того самого вечера, когда приехала свекровь. Когда он переступил через меня, считая притворщицей. Последние капли любви умерли именно тогда.

Разве можно переступить через того, кого любишь? Наплевать на состояние любимого человека?

― Вам показалось, ― только и смогла сказать я. ― Позвольте, я пойду в свою комнату, прилягу. Голова разболелась.

― Ты избегаешь откровенного разговора, Алисия, ― с сожалением произнесла свекровь. ― Но я не враг тебе.

― Очень на это надеюсь, ― вымученно улыбнулась я, стремясь побыстрее уйти. ― Врагов у меня здесь нет.

― Ты что-то скрываешь, моя дорогая, ― пристально смотрела на меня леди Равена, словно хотела вывернуть мою душу наизнанку.

― Вам показалось, ― снова ответила я.

― Мне никогда не кажется, ― улыбнулась свекровь. ― Я знаю особый знак, чтобы ничего не казалось. Что между вами происходит? Почему ты до сих пор не понесла?

А говорила, что на моей стороне. Теперь допытывается, почему Эдуард никак не может обзавестись наследником.

― Мы стараемся, леди Равена, поверьте.

― Значит, очень плохо стараетесь, ― возмущённо сказала она. ― Часто ты остаёшься по ночам одна?

Меньше чем хотелось бы, Эдуард слишком любвеобилен. Особенно после приступов ревности, терзает меня всю ночь.

― Нет, что вы, Эдуард частый гость в моей спальне, ― поспешила я заверить её, что у нас всё в порядке.

― Что за мода такая делать разные спальни, вот и нет детей. Муж и жена должны спать в одной кровати каждую ночь. И одеяло должно быть одно на двоих, чтобы быть ближе друг к другу, ― продолжала возмущаться свекровь.

― Не волнуйтесь, у нас всё хорошо, ― настаивала я на своём.