Брак с условиями. Или... развод!

Глава 2.

Только теперь, встретив их на пороге, догадываюсь, что надо было надеть костюм и сделать вид, будто я сейчас приехала с работы. Они же не знают, что я работаю на удалёнке.

Но вместо этого я стою перед ними в довольно простом, купленном без настроения и наспех платье, и понимаю: на фоне вошедших девушек выгляжу довольно скромно и неинтересно.

Замечаю, как, заходя с натянутой голливудской улыбкой, они пробегают по мне оценивающим взглядом.

Несмотря на неприятное ощущение от этого знакомства, я изо всех сил стараюсь быть приветливой.

— Здравствуйте, — заставляю себя улыбнуться. — Проходите, пожалуйста.

Муж, заходя следом за приглашёнными коллегами, скользит взглядом по моей фигуре, лицу, образу, и на секунду, как мне кажется, в его глазах мелькает разочарование.

Наверное, вечером выскажет своё негодование по вопросу моего платья.

Только я сама всё знаю. Я и без его «фи» довольно некомфортно себя чувствую.

Не успеваю прочитать все эмоции на его лице, потому что он уже отворачивается от меня и что – то шутливо говорит гостям.

Пока они рассаживаются в гостиной, я ловлю своё отражение в зеркале и машинально поправляю платье.

— Вера, где ты?! — Резкий голос мужа возвращает меня к моим обязанностям.

Мне сейчас показалось, или действительно в его тоне появилось раздражение и надменность?

— Здесь.

— Неси для начала закуски, а чуть позднее горячее. Мы ждём, — учит меня, как принимать гостей.

Быстро иду на кухню, торопливо доделываю последние приготовления и начинаю угощать эту странную компанию.

Поглощая с довольными лицами блюда, коллеги мужа начинают рассказывать друг другу наперебой о своих успехах, достижениях, покупках.

— Вложился в акции… — говорит один и чувствую, как сейчас от гордости лопнет.

— А я участок практически возле Барвихи взял под стройку, — второй не отстаёт.

Слушаю их и складывается такое впечатление, что они, как дети в детском саду, хвастаются своими игрушками, сидя в песочнице. У кого она ярче, моднее, дороже.

— У тебя отличный дом! — Хвалят теперь моего мужа, оглядываясь по сторонам.

— Да. Я сам его спроектировал, — бахвалится Ян в ответ.

— Да, проект шикарный! Если соберусь строиться, закажу тебе такой же. Но... красивее! Не откажешь, поди?

— Сделаю всё по минимальным расценкам в лучшем виде! — соглашается муж.

Наблюдая за ними, меня не покидает какое – то странное чувство.

Обычно я не ошибаюсь в людях. Эти его коллеги, мне совершенно точно не нравятся.

Стараюсь сейчас не торопиться с выводами, но спустя пару часов непринуждённой беседы понимаю: со стороны этих людей в общении нет ни искренности, ни интереса к работе друг друга, ни заинтересованности в этом проекте.

Здесь скорее царит бахвальство, выпендрёж и соревнование.

Ян говорил мне недавно, что среди тех, кого он пригласил к нам в дом, будут важные шишки.

Совершенно точно помню его слова о том, что мы не можем ударить в грязь лицом перед ними, а особенно перед одним из заместителей генерального директора компании.

Только имени я этого заместителя так и не услышала. И теперь мне предстоит лишь гадать, кто этот серьёзный тип в строгом костюме, перед которым, по мнению моего мужа, я должна особенно выслужиться.

Слово – то какое идиотское – выслужиться!

Не раз уже спорили за – за него. Но он, на удивление, в отличие от меня, не видит в нём ничего особенного.

Когда муж в очередной раз говорит о том, что он спроектировал наш дом сам, мне становится обидно.

Я ведь тоже приняла самое непосредственное участие в этой работе. Но моё имя, как в кино, несмотря на то, что занимает одно из главных по важности мест, оказалось незаслуженно забыто.

— А электрику тебе кто делал?

— Наш коллега с прежней работы, — не задумываясь говорю, пока муж отпивает сок и не может ответить.

— А можно его контакт? Я нормального мастера найти не могу, — говорит один из гостей.

— Да, сейчас, — достаю телефон, желая продиктовать ему номер.

— А газ как у вас проведён?

— Через центральную магистраль, а дальше...

Прекращаю говорить, потому что чувствую, как мой муж довольно сильно сжимает мою коленку.

— Что?

— Хлеба мало на столе, — наклоняется и говорит мне. — Прошу, давай не будем меня перед друзьями позорить. Стол должен быть идеальным, — теперь уже агрессивно, но так тихо, что слышу только я.

— Когда они тебе стали друзьями, — иду на кухню и говорю сама с собой. — Подхалимы и выпендрёжники, а не друзья.

Заходя на кухню, едва не сталкиваюсь лоб в лоб с высокой девушкой, которая появляется передо мной буквально из ниоткуда.

Замечаю, что в её руках почти полная тарелка еды, которую я так старательно готовила: кусок пирога—киш, запечённая картошка...

Девушка, увидев меня, резко замирает, будто пойманная на месте преступления, а затем быстро захлопывает крышку ведра для мусора и практически отпрыгивает от него.

Догадываюсь: она стояла возле него, потому что хотела выкинуть еду.

— Что – то не так с угощением? — спрашиваю я, не скрывая лёгкой растерянности. — Вам не понравились блюда?

— Нет, — отвечает она слишком бодро, но в её тоне чувствуются нотки фальши.

— Тогда почему вы выбрасываете еду?

Возмущение прорывается в моём голосе, но я сдерживаюсь и стараюсь говорить ровно. Я не могу позволить себе конфликта или недовольства в сторону этих гостей.

Уверена, что Ян потом не упустит случая мои мозги чайной ложкой съесть, если кто – то окажется недоволен.

— Потому что я такое не ем, — фыркает она. — Это вредно и калорийно. Вы разве об этом не знали?

Замечаю, как её взгляд скользит по моей фигуре. Быстро, будто случайно, но я—то, конечно, понимаю её тонкий намёк на толстые обстоятельства...

Но главное, в уголках её губ при этом играет откровенная усмешка. Эта напыщенная индюшка даже не скрывает своего превосходства, глядя на меня.