Брак в наказание

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Костя

— Ты не хочешь ее, — умоляла Рита. — Разве не помнишь, как было со мной?

Я посмотрел на брюнетку, с которой переспал полгода назад. Проснувшись в ее постели, застал, как она роется в моем телефоне и кошельке. Это был последний раз, когда я с ней говорил.

— Нечего вспоминать.

Я пытался отцепить ее руки, вцепившиеся в меня.

Подняв глаза, увидел шокированное лицо Леры. Черт, выглядело ужасно. Не удивился, когда она развернулась к выходу.

Оттолкнув Риту, я догнал Леру. Алкоголь замедлял, а она оказалась быстрее, чем думал. Снаружи я схватил ее за руку, развернув.

— Куда идешь?

Она посмотрела с вызовом.

— Какое тебе дело?

Провокационный вопрос.

— Не можешь уйти.

Она была в ярости. Подошла вплотную, взглядом сжигая меня.

— Почему бы той брюнетке не занять мое место? Она уверена, что ты скоро вернешься в ее постель.

Боже, она была очаровательна в гневе.

— С Ритой у меня ничего нет.

— Я не слепая, Костя. Видела, как вы шептались в вестибюле, будто тайные любовники. Я говорила, не позволю себя унижать.

— Я велел ей отстать.

— Она висла на тебе.

Эмоциональные женщины отталкивали, но Лера разжигала во мне пожар. Я схватил ее за талию, притянул и прижался губами к ее гневным словам. Она сопротивлялась, отчего я хотел ее еще сильнее.

Что со мной не так?

Мгновение — и ее тело подчинилось. Я застонал, углубляя поцелуй. Она была невероятной. Всю ночь крал поцелуи, но это не сравнилось с тем, как хотел ее целовать. Я был голодным, ненасытным, неконтролируемым.

Она ответила страстью. Застонала, обвила шею руками, прижимаясь. Брала все, что давал, и больше. Мои руки скользили по ее телу, лаская. Пока тело терзало ее, разум планировал ночь.

Домой? Далеко.

Номер в гостинице? Долго.

Затащить за угол, прижать к стене? Сработает.

— Сними номер, Романов, — раздался пьяный смех.

Я поднял голову. Трое товарищей по команде шатались к такси.

Прижался лбом к ее лбу, дыхание рваное.

— Хочу тебя.

Она уставилась в изумлении.

— Надо остановиться.

Я притянул ближе.

— Нет. Надо продолжать.

Она подставила губы, и я застонал, целуя, как дикарь. Когда она отстранилась, я последовал за ее губами.

Ее лицо пылало, она задыхалась.

— Соседи по дому, помнишь?

Мозг воевал с телом. Каждая клетка хотела прижать ее к стене, любить, чтобы она думала только обо мне.

Разум с трудом возразил. Лера подписалась на платонические отношения. Мне нечего обещать, кроме горячих ночей и развода.

Я нехотя отступил, борясь с желанием сократить расстояние.

— Прости.

Я смотрел, пытаясь понять, почему после трех лет знакомства вдруг возжелал ее сильнее, чем кого-либо. Запретный плод?

Линии, которые хотел переступить, были теми, что нельзя. Может, потому, что интим невозможен год, пока она рядом? Или ее сопротивление делало ее желаннее? Я знал одно: хотел большего. Намного больше поцелуев.

Она запустила дрожащие руки в волосы.

— Не хочу влюбляться в тебя.

Будто ледяной водой окатила.

— Лера, — я не знал, как ответить.

Она прикусила губу, подавленная.

— Поверила в обман.

— Что это значит?

Она махнула рукой.

— Это. Все. Кажется слишком реальным.

Я упер руки в бедра, чтобы не коснуться ее.

— Наша физическая связь реальна.

— Но отношения — нет.

Я не мог поверить, что достаю брачную карточку.

— Ты моя жена.

Она вздрогнула.

— У брака есть срок годности.

Не мог спорить. Больно, но правда, и я должен уважать.

— Что хочешь сделать?

Она сглотнула.

— Хочу домой.

Это я мог.

— Пойдем, закажем такси.

— А вечеринка?

— Все так пьяны, не заметят.

— Твоя машина?

— Заберу завтра.

Мы молчали в пути. Она прилипла к своему сиденью, глядя в окно. Пропасть между нами вернулась, непреодолимая. Я уважал ее сдержанность, но не хотел дистанции. Черт, я не знал, чего хотел.

Дома она исчезла в спальне, закрыв дверь. Я знал одно: этого не хотел.

***

Утром проснулся с похмелья, во рту пустыня. Леры не было. На столе записка ее красивым почерком:

«Пошла на работу».

Я застонал: она уехала, пока я спал.

Взял телефон.

Я: Нормально добралась?

Лера: Да.

Я: Почему не разбудила, я бы отвез?

Лера: Твоя машина в гостинице.

Черт. Через час тренировка, а я забыл про машину.

Я: Заберу тебя вечером. Во сколько заканчиваешь?

Она не ответила. Написал Диме.

Я: Ты на машине?

Дима: Подвезти?

Я: Если трезвый.

Дима: Ха-ха. Еле-еле. Буду через 15.

Дима подъехал, я забрался в его внедорожник. Он протянул фруктовый смузи.

— Серьезно? — я взял с благодарностью.

Он оглянулся, сдавая назад.

— Конечно. После вечеринок я в хлам, похмелье два дня.

— Не я устроил вечеринку.

Он ухмыльнулся.

— Видел, как Кузнецов блевал у гостиницы.

Я смеялся, пока череп не заболел.

— Хватит.

— В списке гостей было шестьдесят два человека, потому что Виктор хотел, чтобы вечеринка была только в семейном кругу «Тигров». Но слухи разошлись, и охрана перестала пускать людей, когда набралось сто пятьдесят девять человек. Это все ты.

— Никому не говорил, — возразил я.

— Людям нравится быть рядом с тобой. Пойми. Собирали пожертвования на расходы. Итог — два миллиона рублей лишних.

— Безумие.

— Хотят сделать вам свадебный подарок. Идеи?

Я поморщился, потирая глаз.

— Пожертвуй любимой благотворительности Леры.

Он кивнул.

— Мило. Какая?

— Она любит собак.

— Принято. Дам знать.

— Спасибо.

Проверил телефон. Лера не ответила.