Бракованная помощница для черного дракона

Глава 18

Впрочем, решение принято еще до того, как я закончила читать письмо. Какие бы тетя с дядей ни были сложными людьми, бросить я их не могу. Кроме них у меня никого нет. Да и у них есть только я. Они вырастили меня, хотя могли бы сослать в приют. Дали образование.

Когда мне было шесть, дядя смастерил для меня кукольный домик. Я радовалась так, что уснула прямо на полу, обнимая его обеими руками. Боялась, что он куда-то исчезнет. А тетя ночей не спала, когда в девять лет меня одолела неизвестная хворь. По мнению лекарей, именно из-за нее мои магические каналы оказались повреждены.

Я пытаюсь воскресить в памяти день свадьбы. Почувствовать те же эмоции: злость, обиду, страх. Но почему-то в голове всплывают только хорошие моменты. Как удивительно работает человеческое сознание!

Окончания рабочего дня жду как на иголках. А едва в моих руках оказывается аванс, я спешу в Хайнор. По пути покупаю темный плащ из плотной материи, сумку, еду, всякие мелочи. Смешно сказать, но у меня даже расчески и зубной щетки нет!

Трачу на это два золотых. Надеюсь, что смогу договориться со смотрителем, и мне сделают скидку. Пожалуй, скажу, что у меня только девяносто, вдруг повезет.

В тюрьму приезжаю, когда солнце почти село. Радуюсь, что купила плащ — контингент тут очень своеобразный. А так на меня почти не обращают внимания.

Со смотрителем удается встретиться почти сразу. Меня провожают в небольшой кабинет с единственным окном, на котором стоят решетки. Стол завален бумагами. Как и шкафы, которыми заставлено почти все свободное пространство. Запах просто удушающий. Мужской пот, сигареты, легкий душок испорченной еды. Краем глаза замечаю немытую посуду, сваленную в раковине у стены.

Сам тюремный смотритель — мужчина лет сорока, со светлыми волосами, что уже начали редеть. Взгляд у него неприятный, сальный. Жесты какие-то дерганные.

– Я получила письмо, – осторожно произношу я, присаживаясь на предложенный стул. Смотритель усаживается в кресло, после чего устремляет на меня вопросительный взгляд.

– Письмо?

Я молча протягиваю лист бумаги. Он рассматривает его с расстояния вытянутой руки, после чего кивает.

– Знаю таких. Сегодня с рассветом привезли. Желаете внести залог?

– Да. Вот только у меня нет столько денег. Только девяносто золотых.

– Тогда не тратьте мое время, – жестко отрезает он, возвращая письмо. – Возвращайтесь, как соберете всю сумму.

Меня одолевает отчаяние и чувство вины. Неужели я зря потратилась? Можно попробовать торговаться и отдать абсолютно все, что у меня есть… но на что мне жить?

– Я смогу внести полный залог только через месяц. Мои родные уже в возрасте, боюсь, что столько они не протянут. Здоровье уже не то.

Смотрителю на мои аргументы плевать. Он пренебрежительно кривит губы, а затем берет сигару и подносит ко рту. Закуривает. Выпускает струю дыма мне в лицо, и я едва сдерживаю рвотный позыв. Ненавижу запах табака.

На меня смотрит как-то странно. Тревога начинает набирать обороты внутри.

– Хорошо, я поняла, – поспешно говорю я, вставая. Плохая была идея приходить сюда. – Я вернусь через месяц.

– Постой, – говорит он, и я замираю. – Кажется, я знаю, как ты можешь расплатиться…

Глаза ощупывают мой плащ, затем лицо, а на лице расплывается мерзкая усмешка. До меня начинает доходить, что он имеет в виду. Предлагает расплатиться… собой? Внутри проносится удушливая волна паники.

– Я вернусь через месяц, – твердо повторяю я, отходя к двери. – Когда соберу всю сумму.

– Твои старики такие слабые. Кто знает, что за этот месяц с ними может случиться… – он с чувством затягивается и смотрит на меня, полуприкрыв веки. – Хорошая дочь ни за что бы ни бросила своих родителей, верно? Ты же у нас послушная девочка?

Я дергаю ручку двери. Заперта! Вжимаюсь в холодную металлическую поверхность всем телом, с ужасом наблюдая, как смотритель поднимается со своего места. Делает последнюю затяжку и тушит сигару о серебряную тарелку, наполненную окурками.

Тонкая полоска дыма взвивается в воздух.

– Я работаю на королевского советника, Рейгара Морр. Немедленно выпустите меня! – стараюсь звучать уверенно, но в голосе непроизвольно прорываются панические интонации.

Мужчина хмыкает.

– Думаешь, я в это поверю? – он кивает на мое невзрачное коричневое платье. То самое, что я одолжила у Вивьен. – Ходишь в обносках, и семья у тебя в долгах. Да и вообще… сама пришла, сама предложила. Я таких, как ты за версту чую. Строят из себя недотрог, а на деле только цену себе набивают. Если хорошо постараешься, еще и накину тебе десять монет сверху. Идет?

Мне так страшно, что внутри все сжимается. Кровь отливает от лица. Я с ужасом слежу за приближением мужчины, чувствуя, как в венах вскипает кровь. Моя магия просится наружу, и я ее сдерживаю из последних сил. Нападение на тюремного смотрителя… уверена, что окажусь в соседней камере с тетей и дядей быстрее, чем успею сказать хоть слово в свое оправдание.

Но если он хоть пальцем меня коснется, я за себя не отвечаю!

– Выпустите меня! – требовательно выкрикиваю я.

Смотритель только усмехается. А до меня внезапно доносится какой-то звук с обратной стороны двери.