Бракованная попаданка, или фиктивная жена Верховного Мага

Пролог. Часть 1

Эльдарис.

Спустя три дня после появления

Полуденное солнце нещадно палило, и в карете стояла невыносимая духота. Граф, словно не замечая моего присутствия, небрежно скинул камзол, оставшись в одной тонкой батистовой рубашке с кружевным воротом. Я тут же отвернулась, стараясь даже краем глаза не смотреть на этого отвратительного мужчину. Странное чувство брезгливости возникло у меня с первой же встречи, а теперь оно разрослось до такой степени, что граничило с настоящей ненавистью.

Единственное, что утешало, – это осознание того, что я больше не увижу ни его холодных глаз, ни этой вечно презрительной ухмылки.

Как только колеса нашей кареты заскрипели по пыльным улицам небольшого города внутри меня словно что-то оборвалось и сжалось в тугой комок страха. Город предстал перед нами во всей своей убогой красе: дома, будто измученные временем и невзгодами, покосились под тяжестью лет, их ветхие изгороди едва держались, а окна многих из них были заколочены грубыми досками.

Лишь на центральной площади, где, словно по недоразумению, остановилась наша пышная карета, фасады зданий выглядели хоть и не новыми, но вполне сносно.

Граф, словно не замечая гнетущей атмосферы, первым выскочил из кареты, его взгляд, полный немого вопроса, остановился на мне. Я же, выдохнув скопившееся напряжение, осторожно спустилась по ступеням, ощущая под ногами неровную брусчатку в выбоинах.

– На первое время этого хватит, – произнес он, его пальцы ловко скользнули в карман сюртука, извлекая небольшой кожаный кошелек.

Несколько монет, блеснув в тусклом свете, оказались у меня на ладони. Внутри боролись два чувства: острое желание отказаться от этой подачки, сохранить остатки гордости, и более сильное, пронзительное чувство нужды, которое не позволило мне возразить. Пусть хоть эти несколько дней будут более-менее сносными.

– И запомни, – добавил он, его голос приобрел более резкие, предостерегающие нотки, – ни в коем случае не обращайся к местным властям. – Он усмехнулся, и в этой усмешке было что-то хищное. – Ты здесь иномирянка, и для нас это равносильно клейму. Тебя тут же засадят в самую грязную тюрьму, а это, поверь мне, однозначно скорый и весьма неприятный конец.

Я вздернула подбородок и прямо посмотрела в неестественно синие глаза графа, отчего тот опустил глаза на брусчатку, не выдержав мой укоризненный взгляд.

– Я здесь из-за вас, мистер Вир, – с вызовом подмечаю.

– О нет, не вмешивай меня в то, что меня совсем не касается! – граф Диаль Вир всплеснул руками.

– Когда я могу вернуться?

– Я уже много раз объяснял… Это знает только Грэйдис Ардон, – граф небрежно пожал плечами.

Диаль Вир ловко вскочил на подножку кареты, и его фигура исчезла за дверцей, украшенной витиеватой позолотой. В этот момент я почувствовала, как прохожие начали коситься на роскошную карету и на меня, стоящую рядом с этим воплощением красоты и роскоши. Невольно я сделала несколько шагов назад, пытаясь раствориться в толпе прохожих.

Карета неловко дернулась, и четверка черных жеребцов, словно почувствовав нетерпение своего хозяина, понесла графа обратно в его величественный замок в столице.

– И что дальше, Аля? – шепнул внутренний голос.

Как же я оказалась в этом месте, где моя сущность – не просто ненужная, но и опасная? Я тихонько двинулась вдоль холодных каменных стен, сжимая в ладони несколько монет, как единственное утешение.

Городок был совсем небольшим. Я зашла в несколько гостиных дворов, чтобы узнать стоимость ночлега, но щедрость Диаля была настолько велика, что мне едва хватит на ужин. Неизвестность удручала, и с каждым часом паника скручивала все сильнее. Похоже, меня ждет перспектива ночлега под открытым небом.

В старом парке я присела на старую, покосившуюся лавку и уставилась взглядом в деревянную террасу, на которой висит табличка, раскачиваемая ветером.

– «Гостиный двор Мэдисон», – прочитала на вывеске.

Выглядела ночлежка вполне прилично. Аккуратный двухэтажный домик с голубыми ставнями. Окна зашторены коричневыми теневыми шторами.

После визита в очередной гостиный двор я получила новую порцию разочарования и здание, которое выглядело куда пристойнее, чем те, в которых я побывала, идти не имело смысла. Но голод и удручающие перспективы заставили подняться и направиться к входу здания.

Колокольчик зазвенел, как только я открыла дверь. Внутри был скромно: грубо сколоченные столы и лавки, стены, некогда выкрашенные в коричневый, теперь выцветшие и потускневшие, создавали ощущение чего-то старого и простого.

Несколько посетителей, в основном мужчины в простой рабочей одежде, тут же повернулись ко мне, одарив оценивающими взглядами. В таком маленьком городке, где каждый знает каждого, я, как чужак, моментально привлекла к себе внимание.

Из большого арочного входа, словно из портала в иное время, выплыла женщина. Ее волосы, некогда, возможно, пылающие огнем или отливающие золотом, теперь были полностью поседевшими, превратившись в белоснежное покрывало, мягко обрамляющее ее лицо. Она остановилась, и ее взгляд, проницательный и вопросительный, устремился на меня.

В её осанке, в том, как она держала голову, чувствовалась стать, присущая людям, прошедшим долгий жизненный путь. Похоже, эта статная дама в преклонном возрасте и есть хозяйка этого места.