Бракованная семья

Глава 16 Витя

Неделю! Ольга выносила мне мозг, из-за нашей с Ромкой прогулки, не меньше недели. Выговаривала за моё “наплевательское” отношение к ребенку. Видите ли нельзя грудничка кормить смесью. Пусть и дорогой. Я же парировал, доказывая обратное и что ничем ее молоко не лучше козьего. Правда… после полночи Ромка надрывался, подтягивая к животу ножки и мучаясь от колик. Меня честным образом терзала совесть. Но недолго, всё же утром на работу. Поэтому накрыл голову подушкой и сам не заметил, как провалился в царство Морфея. Всё же Ольга в декрете и найдет днем время отдохнуть.

С того памятного дня жена старалась больше не оставлять меня наедине с сыном. С одной стороны, подобное было мне только на руку, нервы здоровее будут. С другой — такое ее отношение ко мне невольно задевало. Неужели, она не понимала, что родной отец плохого сыну не сделает? Да, пусть я в каких-то моментах неуклюж и неловок, во многом не разбираюсь, но никогда бы не навредил пацану.

Со Светкой тоже вышло нехорошо. Через несколько дней она улетела, и мы так нормально не увиделись. Мне казалось, что и Света затаила обиду на меня. Так как она не писала сама и не звонила, стараясь отвечать односложно на мои сообщения. Словно я ее не с ребенком посидеть попросил, а жизнь ей сломал.

Женщины… Кругом я у них получился виноватым.

У меня же в жизни явно началась черная полоса. Во-первых: из-за ревности, что терзала меня, изводила и мешала спать. Ни о чем не мог нормально сосредоточиться, представляя, как Светлана зажигает с накачанными загорелыми турками, совершенно никому не отказывая. Официант? Пожалуйста. Бармен? Не проблема. Уборщик? Заходи! Просто дурдом какой-то! В какой-то момент я даже поймал себя на том, что начал отслеживать лайки в ее соцсетях, хотя сама Света там практически не появлялась, используя мессенджеры в преимуществе для работы.

Во-вторых: из-за работы. Заказов было катастрофически мало. Да и те крохи, что появлялись, после злополучного косяка переводили на других менеджеров. Смотрел на свой процент за этот месяц и понимал, что не хватит нам даже на коммуналку. Хорошо, что Ольге платили пособие, но она его обычно тратила на сына. Да и клянчить на бензин и обеды у жены было унизительно. Лучше уж к маме сходить, чем перед Ольгой облажаться.

В-третьих, как раз и были проблемы с финансами. Когда Света была в городе, всегда была возможность перехватить. Не открыто взять взаймы, а как бы жить за ее счет. Пришли в кафе? Платит она. Куда-то поехали? Всегда полный бак и кофе на заправках от нее. Пошли на шоппинг? О, тогда и мне вещей прикупит и продуктов возьмет не только для себя. Теперь же, без ее поддержки приходилось всюду рассчитываться самому. Отчего дыра в бюджете росла в геометрической прогрессией. Еще, конечно, Светка, зараза, приучила меня к хорошему. Если прежде я спокойно мог взять сыр или рыбу по акции, то эта женщина брала только качественное, к чему и мне быстро привила привычку. Такая же ситуация была с парфюмом, вещами или алкоголем.

– Вить, – отвлекла меня от мониторинга Светланиных соцсетей жена, громко выдвигая полки морозилки, – мяса нет. Курица тоже закончилась. Последний кусочек фарша достаю.

– Угу, – буркнул, заблокировав телефон и отложив его на край стола. – Сегодня заеду.

– И ты мне обещал денег перевести, – явно испытывая неловкость, напомнила Ольга.

Она положила кусок фарша на тарелку и теперь выжидающе смотрела на меня.

– С чего это? – удивился ее словам. Когда это я мог ей подобное обещать? Если даже на продукты собирался занимать у матери.

– Ну, как? – растерялась она. – Я тебе говорила, что ботинки совсем расклеились. Ты сказал, что скинешь пару тысяч. Хоть китайские возьму, мне вообще не в чем на улицу выходить. Не в зимних же?

– Ну вообще-то можно и в них. Там похолодало, – фыркнул, беря хлеб и нервно намазывая на него остатки плавленного сыра. – И, кстати, а где твои деньги?

– Ты же шутишь? – холодно уточнила Ольга, а я растянул губы в идиотской улыбке, делая вид, что она меня раскусила. Хотя на самом деле, Ольга могла бы и войти в мое положение. Да, я ей не говорил всего о своих трудностях, но глаза-то есть, заметить можно, дважды два сложить. – Моих денег едва ли хватило на памперсы, массажиста и теплый комбинезон для Ромы.

– Массажиста? – округлил я глаза, впервые слыша об этой статье расходов. А следом, облизнув ложку, зачерпнул ещё сыра, опустошая баночку до конца. Иначе не переварю, точно знаю. – Не рановато ли ему ходить в СПА?

Конечно, я иронизировал, пытаясь как-то разрядить обстановку и тем самым намекнуть Ольге, что дополнительные траты вполне могут подождать.

– Очень смешно, – кивнула вечно чем-то недовольная жена. – Ромке уже переворачиваться пора, а он лежит и не особо собирается. Я тебе говорила об этом на прошлой недели. Но ты, видимо, как всегда был очень занят в телефоне и пропустил всё мимо ушей. Я тебе и про Наталью Олеговну рассказывала и даже отзывы про нее читала. И вот сейчас ты сидишь и на полном серьезе делаешь вид, что впервые это слышишь.

– Чего ты такая токсичная? – скривился, начиная вспоминать ее бубнеж под ухом. – С тобой нормально не пошутить даже. Всё в штыки. Ольга, ты бы сама уже на массаж сходила, может добрее бы стала.

– Обязательно, – покачала головой жена, голос ее звучал едко. – Как только из вонючего кожзама себе куплю дешевые ботинки, так сразу на массаж пойду.

– Скину я тебе на них, – бросил в раздражении, поднимаясь на ноги. – Только дай и дай, а как меня порадовать, так то там болит, то здесь тянет.

– А ты бы, Витюша, хоть раз к сыну встал или тарелку за собой помыл, может и по другому всё было, – все в той же манере продолжала ворчать супруга, раскрывая свои истинные мотивы.

Вон оно как, значит. Мне теперь дают за мытые тарелки? Как низко. Светка бы обсмеяла.

– Мстишь? – с некоторой долей отвращения вымолвил я, заводясь. – Далеко мы так с тобой дойдем.

– Не мщу, – поймав мой раздраженный взгляд, тут же потухла Ольга. Это отрезвило, ссорить с ней я не хотел, пусть и бесило меня все до трясучки. Ещё одной атаки мои нервные клетки не выдержали бы. – Устаю как собака. А ты вместо слова ласкового только претензии свои выставляешь. Ты меня слушаешь?