Брат лучшей подруги. Ненавижу и люблю

Глава 9

Началось всё с работы. Но тут, наверное, я и сама немного виновата, что до последнего старалась не загоняться, уговаривала себя, что ничего особенного не происходило, что такое в порядке вещей.

Я о том, что Максим ко мне подкатывал, и чем дальше, тем настойчивее и навязчивее. Хотя в первое время я и правда не воспринимала его действия как подкаты. Может, жизненного опыта не хватало, может, наивно верила в людей и ожидала от них только хорошего. Вот и посчитала, будто он ко всем новеньким так относился: уделял повышенное внимание, опекал, заботился.

Ведь именно администратор отвечал за обстановку в зале, а я пока являлась слабым звеном и вполне могла накосячить по неопытности. Потому он и подходил слишком часто, интересовался, как дела и при этом вроде как чисто по-приятельски клал ладонь то на руку, то на плечо, то на спину.

Вообще-то такое мне никогда не нравилось, но встречаются же тактильные люди, и подобные жесты получаются у них почти автоматически. Но сейчас-то я понимаю, что эти оправдания — полная фигня.

Тем, кто работал до самого закрытия и не имел собственной машины, обычно за счёт заведения вызывали такси. Иногда Максим кого-нибудь подвозил, меня в том числе, поэтому и тут я ничего не заподозрила, думая, он просто жил где-то рядом, и ему так удобней, даже когда в очередной раз оказывалась последней. Я всегда усаживалась на заднее сиденье, хотя он предлагал сесть рядом с ним, но я говорила, что привыкла сзади.

Наверное, и к лучшему, иначе мне не удавалось бы легко ускользать. Я успевала выбраться наружу и отойти, недоумевая, зачем он одновременно со мной вылезал из машины. Посмотреть, как я помашу ему рукой? Убедиться, что я благополучно дотопала несколько метров, отделявших меня от подъезда? Ой, то есть от парадного. Но из машины это тоже видно.

М-да. Ну и дура же я.

Чем дальше, тем чаще при его появлении мне становилось некомфортно, и я старалась с ним лишний раз не пересекаться. Ну явно же ощущала и подсознательно понимала — что-то не так. Меня смущал его взгляд, не только чересчур пристальный, но и ещё какой-то, хотя я не могла точно обозначить, какой.

Раньше на меня вроде бы так не смотрели, или я не замечала. Хотя вру, замечала. По крайней мере однажды. Точно такой же взгляд был у Дэна, когда он завалился ко мне пьяным и уговаривал переспать с ним. Вот меня и передёргивало. А Максим уже не просто до меня дотрагивался, а частенько пытался приобнять. Но я даже ни разу не попробовала сказать ему прямо, что больше так делать не надо, а только ловко и как можно естественней уворачивалась от его руки.

Вот почему? Что за глупость? Надеялась, что он сам догадается и перестанет? Боялась его обидеть? А это уж совсем полный треш. Вот он, наверное, и воспринял, что я просто набиваю себе цену и показательно ломаюсь чисто для вида, пытаясь раззадорить его сильнее.

Очередная смена закончилась, ресторан закрылся, остальные уже переодевались, а мне Максим поручил посчитать, поделить и раздать чаевые, потому что сам оказался занят. Якобы занят. Получив свою долю, каждый почти сразу же отваливал, народу в гардеробе становилось всё меньше. Я тоже направилась к своему шкафчику, но тут Максим нашёл мне новое задание.

— Ксюш, будь другом, пройди в зал, проверь. Мне кажется, я свет забыл выключить.

Сначала я хотела возразить, сказать, а почему бы ему самому не сходить и не проверить. Но вроде как с начальством подобным образом не положено обращаться, и я кивнула, поплелась в зал. Там и правда кое-что горело — скрытая подсветка вокруг декоративных панно. Я щёлкнула нужным выключателем, а потом сообразила, что рядом со служебной дверью, выводящей во двор, имелся считок с общим рубильником, на который всегда нажимали перед уходом, и я бы могла не таскаться в зал — всё равно бы любой свет вырубился.

Когда я вернулась в гардероб, там уже почти никого не осталось, только Максим, который обычно и запирал ресторан, ну и ещё одна официантка, уже направлявшаяся на выход.

— Марин! — окликнула я её, параллельно выхватывая из шкафчика ботинки. — Подождите меня там минутку, я сейчас быстро.

Она обернулась, посмотрела вопросительно, но Максим махнул ей рукой, обозначив, чтобы не заморачивалась и топала дальше, а мне сказал:

— Да пусть едут. А тебя я подвезу. — Улыбнулся и добавил: — Как обычно.

Но обычно я не оставалась с ним в одиночку, поэтому опять почувствовала себя неуютно, даже тревожно. Ну не понравился мне такой расклад, не понравился, тоже чисто интуитивно.

— Да ну, не надо, — возразила я, — заморачиваться из-за меня одной. — Торопливо засунула в шкафчик туфли, сдёрнула с вешалки куртку. — Лучше я такси вызову.

Максим озадаченно приподнял брови, снова улыбнулся, произнёс с какими-то особенными снисходительными интонациями:

— Ксюш, да ладно тебе. — И повторил безапелляционно и твёрдо: — Я тебя подвезу. — Шагнул ко мне, захлопнул дверцу шкафчика, упёрся в неё ладонью. — И хватит уже играть в эти игры.

— Какие игры? — растерянно пробормотала я, уставившись на его руку, оказавшуюся на уровне моего лица.

Он придвинулся, стал ещё ближе, произнёс гораздо тише, но с особым значением, заглядывая в лицо.

— Ну мы же не дети. И ты всё понимаешь.

Ну да, кажется, теперь я и правда понимала. Точнее, перестала отрицать очевидное. Уж слишком красноречиво и однозначно всё выглядело, больше не соврёшь себе, не закроешь глаза. Но и признать непросто.