Братишка Дадли

Глава 7. Перо гиппогрифа

Предупреждение:
В данной главе упоминается смерть второстепенного персонажа.

— Гарри-и-иии! — с восторженным визгом Гермиона бросилась на шею другу. — Это было нереально круто! Как вы додумались смутить дракона? А он был смущен, я это видела по выражению его морды! — счастливо верещала девчонка, оглушая всех, кто находился поблизости. Народ бранился и шарахался, стремясь по широкой дуге обогнуть эпицентр акустики. Невилл сиял и с таким обожанием смотрел на Гарри, что тому аж не по себе сделалось. Поклонники, ладно, они есть, это Гарри допускал, но чтобы идолопоклонничеством занялся друг-однокашник, этого он ещё не был готов принять.

— Невилл, ради Бога, не смотри на меня так! — взмолился он, улучив минутку. В ответ Невилл лукаво улыбнулся, вогнав Гарри в ступор. Он Долгопупса даже оглядел подозрительно, засомневавшись в его подлинности. Но это был Невилл, настоящий и родной. Только подросший и приобретший некую харизму.

Вокруг галдела толпа, сновали медики, откуда-то тянуло паленой кожей и волосом… Повертев головой, Гарри начал проталкиваться к палатке с красным крестом. Альберт без промедлений двинулся за ним, не замечая за собой хвост в лице Гермионы и Невилла. Просочившись в медицинскую палатку, Гарри увидел на койках сильно обгоревшего Жана Батиста и окровавленного Олега Крама, их оруженосцы выглядели целыми. Медички, сердито переругиваясь, пытались устранить ущерб, нанесенный драконами: мазали отвратительной на вид и запах оранжевой противоожоговой мазью щеку, шею и грудь француза и старались остановить кровь, хлещущую из рассеченной камнем кожи на голове болгарина.

Гарри с Альбертом виновато переглянулись, ощущая некоторое смущение от того, что сами они никак не пострадали после немагической схватки с драконом. Драко изошел завистью, увидев экипированного по всем дуэльным законам Альберта, в кольчуге, шлеме, нагруднике, при щите с мечом. Виктор Крам только вздохнул и с укором посмотрел на отца, мол, не могли мы так же?

К Ранкорну и Гарри кинулась медичка, бегло оглядела и так же молча унеслась, за ней, брызгая чернилами по пергаменту, преданно летало самопишущее перо, старательно фиксируя все её мысли и наблюдения. Сочтя, что их осмотр завершен, Альберт с оруженосцем покинули больничную палатку. Выйдя, Гарри посмотрел на судейскую трибуну — на ней всё ещё спорили судьи, при этом у Дамблдора был самый упрямый и недовольный вид. Страшно захотелось подойти и подслушать, о чем они там спорят, ведь оценки-то уже выставлены…

Оглянувшись и заныкавшись за широкой спиной Альберта, Гарри снова вытянул из поясной сумки мантию и привычно, одним движением накинул на себя, после чего, искусно лавируя в толпе, пробрался к трибуне.

— А я вам говорю — партнеры по балу должны стать заложниками, — настойчиво шипел Дамблдор.

— Фи, банально! — скривила губки мадам Максим.

— Но зато романтично! — не согласился Дамблдор.

— Так кто в заложники пойдет? — встрял Крокер. — Партнеры по танцам или оруженосцы?

— Да партнеры-то у взрослых чемпионов кто? — заклокотала мадам Максим. — Их жены! Где тут романтика — жену спасать? Ерунда!

— А оруженосцев кто спасать будет? Не верю я в это! — упрямился Дамблдор. — Погибнут — кто виноват будет?

По спине Гарри поползли мурашки страха, и он поспешно убрался прочь, боясь услышать ещё что-то совсем ужасное. После драконов это никак не походило на шутку. Им готовят какое-то совершенно смертельное задание, в котором могут погибнуть ни в чем не повинные оруженосцы! Нет, пусть будут жёны, взмолился Гарри про себя, жён они хотя бы точно попытаются спасти…

Забравшись в какой-то закуток, Гарри сдернул с себя мантию, скрутил-скомкал и затолкал в сумку, потом придал лицу как можно более беспечное выражение и отправился искать своих. К счастью, полного дядю было видно издалека, и Гарри без труда их нашел. Альберт всё ещё опекал Дурслей и Грейнджеров, и у Гарри на короткий миг закралось подозрение в том, что он не прав, но почти сразу отбросил эту мысль — да нет, маловероятно, что рыцарь станет рисковать собой ради слуги.

А Альберт, обнаружив Гарри здесь же, повел своих подопечных в ресторан, расположенный за крепостью. Там гости основательно подкрепились местными кушаньями, любуясь видами Дуная в огромное панорамное окно. Гарри сидел у окна, глазел на реку и вяло копался в тарелке, делая вид, что получает удовольствие от всего, но, видимо, он плохо управлял мышцами своего лица, потому что Гермиона с Невиллом озабоченно на него поглядывали. Они достаточно хорошо знали своего друга и без труда улавливали малейшие нюансы в изменениях в лице, взгляде, голосе.

Гарри замечал эти взгляды и всё ниже опускал голову под тяжестью совести. Наконец Гермиона пнула его под столом и прошипела:

— Да что случилось?

Гарри вздрогнул, ещё ниже опустил голову и замотал ею, ничего, мол. Тут Дадли увидел, что освободилась одна из обзорных площадок с биноклями, и запросился к ним. Быстренько пересчитав бинокли, Джон Грейнджер предложил всем пройти туда — полюбоваться панорамами. Проводив взглядами взрослых, Гермиона с Невиллом насели на Гарри с двух сторон.

— Так что ты узнал? Гарри, мы видели!

Вздохнув и пободавшись, Гарри пересказал друзьям всё, что подслушал. Выслушав, Гермиона и Невилл напряженно переглянулись, потом уставились на Гарри. И хором заявили:

— Не может быть!

— Понимаешь, — перешла к объяснениям Гермиона, — с драконами у вас были такие же равные шансы — пятьдесят на пятьдесят: как пострадать, так и выйти победителями без единой царапины. Это вам удалось, а Краму и Бернару не повезло, они сглупили — сделали стандартный ход, а вы наоборот — совершили нечто совершенно обратное.

— Значит, и в следующем задании у вас будут равные шансы! — подхватил Невилл. — Зависит от того, как вы поступите в новой ситуации.

— Знать бы, какое задание будет… — промямлил Гарри, чуточку успокаиваясь.