«братский долг»

6. Весть о смерти

Тан Фан стояла на окраине деревни, вглядываясь вдаль. В руках она сжимала вышитый платок — тот самый, что дала Сунь Лану перед расставанием. Солнце уже клонилось к закату, а она всё ждала.

Когда первые беженцы принесли вести о битве, сердце сжалось от недоброго предчувствия. Она расспрашивала каждого, но никто не мог сказать точно: «Сунь Лан… Он сражался в самом пекле. Больше я его не видел».

Наконец в сумерках к ней подошёл Юй Шисань — усталый, с потухшим взглядом. Молча протянул ей тот самый платок, испачканный кровью.

Тан Фан пошатнулась, но устояла на ногах. Пальцы судорожно сжали ткань, словно пытались вернуть тепло его рук.

— Он… — голос сорвался, — он не мог…

Юй Шисань опустил голову:

— Он погиб как герой. До последнего защищал наших.

Девушка медленно опустилась на землю. Слёзы катились по щекам, но она не всхлипывала, не кричала — будто внутри всё заледенело.

— Сунь Лан, тебя больше нет, мне в этом мире теперь слишком одиноко, — прошептала она, прижимая платок к груди. — Теперь куда мне идти? Что мне делать без него?

Ветер подхватил её слова, унёс в темнеющее небо. Где‑то вдали залаяли собаки, но для Тан Фан мир словно перестал звучать.

Через долгое время она подняла голову. В глазах, мокрых от слёз, зажёгся твёрдый свет:

— Я буду жить. За нас обоих. И никогда не забуду.

Она медленно поднялась, крепко сжимая в руке платок. Где‑то там, за горизонтом, ещё тлели отблески заката — как память о том, кто больше не вернётся.