Бремя власти I

Глава 12

"Эта телятина настолько не дожарена, что начала есть салат."

Гордон Рамзи

***

Вадим стоял как вкопанный, ощущая под ногами зловонное месиво Запределья. Воздух все еще дрожал от взрывающейся магии и предсмертных воплей монстров.Многие из тварей не выдержали давления и ринулись в бегство.

Спустя мгновение над полем брани прокатилась волна смятения. Гнетущая. Ошеломляющая.

Перед охотником, над клубящимся пеплом Князя Бездны, возвышался Соломон. Нет, тот парень. Тот самый деревянный новичок, которого он привез сюда на верную гибель.

А он... он только что сделал ЭТО.

Вадим видел, как в разгар боя, когда тварь уже почти убила командиршу, Соломон... вспыхнул. Буквально. Золотым, ослепительным светом. Волосы его, вмиг ставшие пламенно-рыжими, резали взгляд на фоне адской багряницы неба. А его глаза... Они горели обработанным янтарем. Холодные, как зимний Невский лед - в рассудительности. И горячие, как пламя — в гневе. В них горел огонь древней, нечеловеческой ярости. И сила! Такая, что Вадим, видавший всякое охотник, почувствовал себя букашкой перед грозой.

- Юрий... - прошептал кто-то рядом, старый мужчина с медной пулей на шее. Его лицо было белее снега. - Святой Отец... Это же Император Юрий! Молодой! Как на старых портретах!

Шепот подхватили другие: «Призрак! Дух Соболевых вернулся! Он пришел спасти Империю от Скверны!»

Вадим сам видел те портреты в музее Ордена. Сходство было пугающим. Этот профиль, этот взгляд... Соломон-Козлов в сиянии мощи был вылитым Юрием Соболевым в юности. Легионы мурашек пробежали по спине охотника. Неужели...?

Но свет угас так же внезапно, как и вспыхнул. Волосы снова стали темными, непослушными прядями, падающими на лоб. Глаза - тускло-серыми, усталыми до невозможности. Соломон пошатнулся, едва удержавшись на ногах. Он что-то коротко, сквозь зубы, сказал капитану Орловской, которая смотрела на него с открытым ртом, прижимая окровавленный бок.

***

- Давай не сейчас, дорогая, - прохрипел я, чувствуя, как адская усталость и начало отката пытаются пригвоздить меня к земле. В горле пересохло, в висках стучали молотки. - Мне и так тошно, а мы еще даже не закончили. Башня все еще стоит.

Ее глаза, эти ледяные озера, вспыхнули яростью. - Дорогая?! - Она выпрямилась, игнорируя боль. - Капитан здесь я, новичок! И ты будешь отвечать на мои вопросы! Ты мне кого-то сильно напоминаешь… Сейчас же! Кто ты такой?! Откуда эта сила?!

«Так я тебе и сказал, девчонка…», - подумал я. - плевать мне на субординацию.» Энергия Солнца, сорвав Печать, еще клокотала в жилах, давая последний, яростный толчок. Я рванул вперед, к проклятой башне, оставив ее вопли позади, и громко выкрикнул:

- Всенепременно, капитан! Только если поймаешь!

Мысленно я ликовал. Все сработало! Идеально. Они увидели. Рыжие волосы. Янтарные глаза. Императорская кровь. Призрак Юрия Соболева - мощный миф, семя, брошенное в плодородную почву страха и суеверий охотников. Репутация Соломона Козлова взлетела до небес одним махом. Теперь оставалось закрепить успех, довершив начатое: уничтожить сердцевину портала.

За спиной послышался топот и крики: блондинка и самые дерзкие (или благодарные?) охотники бросились за мной вдогонку.

Но их усилия были тщетны. При активации первой печати со мной никто не мог сравниться в скорости. Я первым добрался до мрачного изваяния.

Башня была мерзкой на ощупь, словно вылепленной из спрессованных страданий. Каждый шаг вверх по ее склизким, неровным ступеням отдавался огненной болью в мышцах. Откат наступал стремительно, словно яд. Но адреналин и остатки Солнечной Печати еще гнали меня вперед.

Мелкие твари, жалкие остатки демонической армии, бросались под ноги, шипя и царапая. Я рубил их почти автоматически. Мои клинки уже не светились золотом, но по-прежнему были смертоносными. Они мелькали в полутьме, щедро проливая демоническую кровь.

Сбоку и сзади гремели выстрелы, взрывались заклинания - подоспевшие охотники прикрывали и помогали расчищать путь. Командирша, стиснув зубы, билась рядом, ее серебряная пуля снова светилась ровным светом.

Через несколько минут поднялись на вершину. Пульсирующий, больной зеленовато-багровый свет бил в глаза. В его центре мерцал алый кристалл с прожилками. Грубый, искаженный, размером с быка. Само сердце разлома, высасывающее силу из реальности. От него исходила мерзкая вибрация, сводившая зубы.

Я не собирался с ним церемониться или проводить сложные ритуалы. Хотя и мог…

Вся оставшаяся воля, все последние крохи Эфира, влились в мой клинок. Я занес его, ощущая, как рукоять жжет ладонь.

- За Санкт-Петербург! - рявкнул кто-то сзади. Не знаю, зачем. Наверное, для храбрости.

Клинок опустился. Не сокрушительным ударом, а точным, быстрым росчерком. По жиле, по слабому месту. В кристалле прошла трещина - сначала тонкая, как волос, потом вспыхнул багровый молниеносный разлом! Раздался грохот, заглушивший все звуки мира. Ярко полыхнула слепящая вспышка.

Вселенная Запределья взвыла. Багровое «небо» стало рваться, как гнилая ткань. Земля под ногами заходила ходуном, раскалываясь. Черные вихри закрутились, срывая камни и кости падших.

- ОТХОДИМ! ВСЕ К ПОРТАЛУ! - заорала блондинка, её голос едва пробивался сквозь грохот мини-апокалипсиса.

Мы не побежали. Мы просто падали, катились, сползали с рушащейся башни, отчаянно цепляясь за жизнь, мчась сквозь бушующий хаос к спасительному багровому пятну портала. Я толкал в спину отстающего, кого-то схватил за руку, выдергивая из-под падающей глыбы черного камня. Прыжок в кровавую пелену. И снова этот проклятый, выворачивающий наизнанку переход.

В глазах потемнело, а живот скрутило, когда я пробкой вылетел на другую сторону.

Свежий ночной воздух ударил в лицо, смешавшись с запахом гари, крови и собственной рвоты. Едва не теряя сознания, я рухнул на колени на холодную, мокрую землю за Валдай-Горой. Каждый мускул горел, кости ныли, голова раскалывалась. Откат от Печати Солнца добивал меня, как тупой молот. Источник был выжжен дотла, каналы рваными ранами горели внутри.