Бригадун: ожившая легенда

Тайна имеет привкус дурного сна

Я сразу начала писать письмо, как только добралась до своей комнаты. Должно быть, Вивиан удивилась, когда поздним вечером я ворвалась и в дом и взлетела по ступеням, проносясь мимо нее и ничего не объясняя. Я достала листок бумаги и глупо уставилась на него. С чего начать? Мне хотелось рассказать обо всем, но, так как это письмо пройдет через руки Оуэна, нужно было быть осторожной в словах. Посидев пару минут с волшебным пером в руке, я все-таки собралась с мыслями и начала диктовать текст.

Так как нигде поблизости не нашлось шариковой ручки, а лично возиться с металлическим наконечником обычного пера не казалось мне романтическим занятием, то я воспользовалась диковинной штучкой, одолженной мне Вивиан еще при составлении списков. Оно работало почти как голосовое сообщение: произносишь вслух слова - перо отражает все на бумаге. Хочешь что-то убрать – оно и это сделает. Нужно только обмакнуть кончик в чернила, а затем подбросить перо над листом. И никаких подзарядок!

Итоговое сообщение вышло таким:

«Дорогая Мэри! Как ты могла догадаться, мне удалось попасть в Бригадун. Да, это не шутка, и со мной все в порядке! Каждый день с момента его попадания сюда я думала о том, чтобы написать тебе. Надеюсь, что ты понимаешь всю сложившуюся ситуацию и не сердишься на меня! Я очень тоскую по тебе и родителям. Все ли у них хорошо? Что ты им сказала?

Не знаю, что бы со мной сталось, если не Вивиан. Это старейшина деревни. Она очень добрая, заботливая и вообще невероятная! Я пока живу у нее. Она помогала мне все время, что я нахожусь тут. Более того – благодаря ей и одной солнцеподобной персоне мне удалось осуществить нашу мечту! Я грежу, что ты однажды окажешься в «Туманной чаше», куда жители приходят, чтобы отведать лучшие напитки и выпечку по твоим рецептам. Мой личный вклад совсем скромен. Представляешь, в честь моего попадания сюда был организован целый праздник! Даже удалось немного потанцевать. Я познакомилась с другими людьми, очутившимися в Бригадун, как и я. В меньшей степени знаю тех, кто жил тут с самого начала. Фэйри и полукровок тоже много. В общем, мне все нравится, но мысль о разлуке с семьей на дает мне покоя. Я буду всеми силами искать возможность увидеть вас снова!

Очень жду ответ, твой Бельчонок.»

Я перечитала текст еще раз и осталась довольна. Запечатывать письмо в конверт не было необходимости, так что я просто свернула его несколько раз. Я могла закрепить послание воском, но, зная хитрость фэйри и их способности к чарам, не стала так заморачиваться. Внутри я была готова к тому, что Оуэн может сунуть в письмо свой аккуратный нос, и в одной из строчек дала намек на это.

С чувством выполненного долга я спустилась вниз, чтобы немного подкрепиться. На кухне я застала только брауни, собиравшего оставленные угощения. Я не стала беспокоить его своими просьбами, поэтому сама заварила чай и сделала небольшой тост. Мне было приятно посидеть наедине с собой, хрустя поджаренным хлебом и запивая его горячей жидкостью, что расслабила меня еще сильнее. Я любила такие моменты: кажется, будто все замирает, время останавливает свой бег, и нет ничего, кроме тебя, существующем в «здесь и сейчас». Хотя говорить о времени в отношении Бригадун было проблематично. У меня все еще было множество вопросов.

Когда я возвращалась к себе, то у двери услышала странный шум, раздающийся совсем рядом. Будто кто-то что-то перетаскивал, а затем послышался едва уловимый шорох и стук чего-то маленького о пол. Я направилась в комнату Вивиан, осторожно постучала в дверь, но мне никто не открыл. На этаже больше не было комнат, и я начала в уме лихорадочно искать причину услышанного. Но, пока я истуканом стояла у двери, все затихло, а затем послышались шаги. Медленно обернувшись, я вскрикнула от неожиданности – Вивиан стояла прямо за мной!

— Эдит, с тобой все в порядке? Что тебя напугало? – старейшина взволнованно на меня смотрела.

— Я…я прибежала, чтобы написать Мэри, а затем немного подкрепилась. Затем пошла в спальню и услышала…, — тут я перешла на шепот, — Услышала какой-то звук. Не пойму, откуда он доносился, ведь кроме нас и брауни здесь никого нет, а тот остался на кухне!

— О, детка! – Вивиан звонко рассмеялась, и былая усталость исчезла с ее лица. – Вот в чем дело!

Но потом она замолчала. Вивиан застыла будто в нерешительности. Порой люди так выглядят тогда, когда решают, открыть тайну или соврать. Она замешкалась, но затем резко задала вопрос:

— Ты нашла способ передать бабушке письмо?

— Э… да, Оуэн согласился.

— Это замечательно! Он просил что-нибудь взамен?

Теперь настала моя очередь подбирать слова. Но я быстро нашлась с ответом:

— Сущий пустяк! Я рада, что все в порядке. Спокойной ночи, Вивиан!

— Доброй ночи, Эдит.

Мои догадки только подтвердились тем, когда старейшина едва заметно выдохнула и облегченно опустила плечи. Видимо, у каждого здесь есть свои секреты. Но я всегда относилась к этому с пониманием. Не знаю, отложилось ли это в моей голове, поскольку ночью мне снилось что-то странное. Во сне я оказалась в странном сумеречном лесу, который являлся полной противоположностью тому, через который я шла, покидая свою деревню.

Меня окружали деревья с искривленными стволами и сухими ветвями, напоминающими костлявые пальцы. Их сухие кроны пронзали небо, а редкие листы падали на землю словно окаменевшие тени. Я шла вперед, ступая по сухой траве. Особенно мне запомнилось обилие терновых кустов, которые будто предупреждали собой о зловещей таинственности этого места.

Дорога привела к массивным старым воротам, украшенным резьбой из переплетенных черных лоз и колючек. Мне хотелось бежать, но меня словно силой что-то удерживало. Затем я увидела, как к обратной стороне ворот приближается высокая фигура, закутанная в темные одежды. К счастью, я проснулась в тот момент, когда она почти подошла ко мне.

Я резко села в кровати. Солнечный свет мягко лился из приоткрытого окна, играя золотистыми бликами на рассеянных складках простыни. Ароматы свежего хлеба и английского завтрака проникали в комнату, окончательно рассеивая послевкусие неприятного сна. Картина того, как Вивиан с брауни ждут меня внизу в уютной кухне, придала мне сил. Но все же зерно тревоги осталось где-то в глубине души.