Бригадун: ожившая легенда

Пленница Неблагого Двора

Я ожидала увидеть целую разряженную в черно-серебряные одежды делегацию, тянущуюся к дому. Но, вопреки ожиданиям, на горизонте показались лишь три всадника на вороных конях. Живот стянуло в тугой узел, когда в одном из них я узнала Мэри! Она гордо держала голову, подобно плененной воительнице. Но, когда ее глаза встретились с моими, бабуля зажглась счастьем.

Все провели бессонную ночь в ожидании назначенного часа, и только волшебные чаи Вивиан сводили на нет усталость. Стоя плечом к плечу, как горстка не сдавшихся воинов во главе старейшины, мы столпились у входа в дом, когда заметили в окне мельтешащие фигуры.

С грациозностью кошки первым спешился Моррван, голову которого торжественно украшала тонкая диадема, огибающая лоб. На нем был камзол из бархата цвета воронова крыла, расшитый тонкими нитями серебра узорами, напоминающими шипы терновника и очертания крыльев. Поверх был накинут темный дорожный плащ, подбитый мехом. Длинные сапоги по колено смягчали шаг, отчего Моррван создавал впечатление крадущегося хищника. Больше никто не ступал на землю. Мэри оставалась верхом, а второй фэйри, видимо, являвшийся слугой, тоже не двигался.

Я чувствовала, как напряглись все стоящие рядом со мной. Мне пришлось приложить все усилия, чтобы выглядеть собранно и уверенно, но кулаки были сжаты до белых костяшек. Первой выступила Вивиан, выходя немного вперед.

— Не могу сказать, что рада тебя видеть, принц Моррван.

— А мне весьма жаль, что мы видимся при таких обстоятельствах,— фэйри отдал поклон и посмотрел на меня. – У меня не было другого выбора.

— Это ты нам его не оставил! – вскрикнула я, подходя почти вплотную к Моррвану, сдерживая желание заехать по его физиономии. – Ради чего ты все это устроил?!

— О, на такой вопрос у меня найдется ответ, — фэйри произнес это с легкой грустью, но ухмылка не сходила с его губ. – Неблагой Двор желает себе талантливого придворного. Чтобы твои чудесные напитки утоляли наши печали и окрасили новыми красками дворец.

От озвученного у меня чуть челюсть не отпала. Со спины я услышала, как выругалась Элизабет, не оставлявшая меня ни на минуту. Оуэн же не вступал в разговор. Трудно сказать, что было у него на уме.

— Как ты себе это представляешь? – про себя я поразилась сдержанности Вивиан. Должно было, все внутри нее клокотало от ярости, но та и бровью не повела. – Тебе известны законы деревни: никто из смертных не может ее покинуть. В противном случае чары будут рассеяны, и…

— И тогда мы все исчезнем, я знаю, - перебил ее Моррван, махнув рукой, — Но я нашел решение – мы просто заменим одну смертную другой! Они из одного рода. Ведь старейшина не просто глава Бригадун, она ее олицетворение и душа. И коль скоро мы говорим о людях, то любому знающему будет понятно, что в адрес Эдит и ее бабушки это слово слабо применимо, о чем ты также решила умолчать, ведь так?

В то утро я попала в какой-то круговорот, состоящий из ошарашивающих открытий. Шокирующие фразы сыпались мне на голову, как заказы в приемную Санта-Клауса. Мне хотелось закричать, чтобы все замолчали, иначе голова грозила взорваться.

— Это тебя не касается, Моррван! – выплюнула Вивиан.

— Меня – нет, что не сказать о ней, — фэйри с усмешкой кивнул в мою сторону.

— Довольно! –я стремилась поскорее закончить со всем и дать отдохнуть своей бабушке, наблюдающей за происходящим. – Говори, что тебе нужно, и положим этому конец.

— Мэри остается здесь, а ты отправляешься со мной, больше ничего. Вивиан с легкостью может открыть тебе путь.

— А если я откажусь? – я прекрасно осознавала, что фэйри не отступится, но мне было нужно узнать, как далеко он может зайти.

— Тогда Мэри останется у нас. Я не могу уйти с пустыми руками.

Элизабет выкрикнула ругательство и попыталась наброситься на принца, но ее удержал Оуэн. Прежде хранивший молчание, он обратился к Моррвану.

— Как ни старайся, но все рано или поздно возвращается на круги своя.

Принц ставил эти слова без внимания, и совершенно напрасно, поскольку они оказались пророческими. Но тогда мне пришлось согласиться в поставленными условиями. Я попросила Вивиан помочь освоиться Мэри и утешить остальных, хотя в этом не было никакой нужды – она бы сделала это без всяких просьб. Было невыносимо оставить плачущую Элизабет и даже толком поговорить с самой Мэри. Ей нельзя было ступать на землю до тех пор, пока я не покину деревню.

Моррван помог мне забраться на лошадь, а сам сел сзади. Оуэн же взял поводья из рук Мэри и похлопал животное по шее. Я гадала о причинах его отрешенного поведения, хотя в то же время оно успокаивало, словно намекая о наличии какого-то плана. Когда мы двинулись в путь, я старалась не оборачиваться. Мимо меня проносились уже ставшими родными дома, пейзажи, и в тот момент я полностью осознала то, как прикипела к Бригадун!

Довольно быстро мы пересекли границу. Ее не охраняли стражники, как можно представить, и не стояло никаких видимых барьеров. Переход был и так заметен: воздух изменился — стал гуще, тяжелее, будто наполнился железом; деревья за чертой стояли плотнее, ветви изогнулись; пахло влажной землей и прелыми листьями, как от перманента со стихотворением Моррвана.

Принц пытался разговорить меня, но я не проронила ни слова. Отвращение кипящей водой растекалось по всему моему нутру. Я пробовала отвлечься, вслушиваясь в топот копыт, фырканье скакунов и шелест разлетающихся листьев. Покорный слуга Моррвана следовал за нами по пятам, точно тень.

Дорога пролегала через лес, который я сразу узнала – именно он возникал в моих снах! Я уже видели эти скрюченные деревья, и легко было догадаться, что будет дальше. Но изменились бы грядущие события, прими я во внимание посланные знаки? Об этом можно только фантазировать.

Чем ближе мы были к Двору, тем становилось прохладнее. Мы покидали спокойный мир, насыщенный летними красками и утопающий в зелени, а здесь царила осень. Местами на обнаженных ветвях болтались багряные листья, цеплявшиеся за них как утопающий за спасательный круг. Казалось, что даже солнце отвернулось от земель Неблагого Двора. Редкие, тусклые и совершенно не греющие лучи пробивались на безжизненную поверхность.