Бродяга Ветер

Глава 7

Площадка, на которой я появился, была вымощена камнем, словно мостовая в каком-то земном средневековом городке. И за чистотой здесь явно кто-то следил, потому как не было заметно ни травинки, ни листочка, и это несмотря на то, что площадку со всех сторон обступал лес. Каменные изваяния, возвышавшиеся по ее границам, были выполнены весьма искусными скульпторами и в полной мере передавали характерную стать и индивидуальность обремененных властью особ. Объединяло же их одно – все скульптуры щеголяли окладистыми бородами, что, впрочем, было объяснимо, как-никак они изображали гномов. Сделав несколько шагов по направлению к ближайшей скульптуре, я ощутил легкий дискомфорт и разбалансированность во время движения. Блюм предупреждал, что при переходе портал может немного изменить архитектуру моего тела. Так оно и произошло. Рефлекторно остановившись, я принялся себя осматривать. Первым делом обнаружил на лице бородку, затем отметил изменение формы пальцев и, наконец, ощупав себя, пришел к выводу, что стал шире в плечах и намного меньше ростом. Чтобы поскорее освоиться в новом теле, я принялся выполнять разминочные упражнения, но вскоре услышал чей-то окрик:

– Эй, ты другого места не нашел, чтобы прыгать да руками махать? И вообще, как ты попал на помост королей?

Обернувшись на голос, я заметил двоих вышедших из леса воинов-гномов. Они были облачены в доспехи из темно-серого металла, а в руках держали по мушкету, причем раструбы оружия были направлены в мою сторону. Теперь стало понятно, кто здесь наводил порядок, а заодно и нес охранение. Чтобы не спровоцировать воинов на стрельбу, я приподнял руки в примирительном жесте, демонстрируя отсутствие в них оружия, и взволнованным голосом заговорил:

– Сам удивляюсь, как здесь оказался! Помню только, что в харчевне отмечал с приятелями доставшееся мне от дядюшки наследство. Да отточит он до совершенства свое мастерство в залах последнего пристанища! Похоже, приятели набрались не меньше моего и, провожая, перепутали тракты, а я, как тот голем, ничего не соображая, шел вперед, пока не очнулся на королевском помосте! – изображая мучительные потуги припомнить все обстоятельства, предположил я.

Солдаты переглянулись и разразились громким хохотом.

– Ох и забористым, видать, элем ты угощал приятелей, – сквозь смех проговорил один из стражников и, внезапно сделавшись серьезным, спросил: – А в какой таверне вы заседали?

На случай подобного допроса у меня уже были заготовлены подходящие варианты ответов.

– Так у Фарина Безухого, – даже не моргнув глазом выдал я. – В Торговом переулке только у него можно недурно утолить жажду, набить живот и не остаться после пирушки без штанов!

– А что у тебя в котомке? – поинтересовался второй стражник. – Уж больно она объемная!

– Так я же и говорю, что получил наследство и собирался отправиться в Дорнер-дум, чтобы наконец стать владельцем скорняжной мастерской. Вот и собрал в дорогу кое-какие пожитки, – расстегивая замок на стилизованном под котомку рюкзаке, стал объяснять я.

Заметив мои действия, первый стражник нахмурился: – Ты что, собрался здесь вытряхивать свое барахло? Сдурел? Не ровен час, десятник с проверкой заявится! И ты тоже хорош, – бросил он укор своему сослуживцу. – Захотел отведать кулака начальства? Пошли в сторожку, там и досмотрим.

В сторожке стражники бесцеремонно вытряхнули рюкзак и, основательно покопавшись в нем, предложили меня отпустить, но только в обмен на приглянувшиеся вещицы. Сразу соглашаться на их предложение я не стал, рассудив, что ни один «честный» гном не захочет расстаться со своим добром, основательно не поторговавшись. С благодарностью вспомнив свои путешествия по восточным базарам, я вступил в спор. В итоге, лишившись перочинного ножа и раскладного охотничьего стакана, но отстояв компас и кресало, я был отпущен на все четыре стороны.

В «нужном» направлении, которое мне любезно указал один из стражников, шла хорошо утоптанная тропа. Правда, вела она не совсем туда, куда подсказывал поисковый браслет, но я особо и не торопился. Девственный лес, под пологом которого я путешествовал, очаровывал и не побуждал к поспешности. То и дело можно было заметить зайца или белку, пару раз на тропу выскакивали косули и, заметив меня, скрывались в чаще. Наконец тропа вышла к относительно широкому тракту, замощенному плотно утрамбованной каменной крошкой, и благостное созерцание природы уступило место монотонной ходьбе. Вскоре со мной поравнялась телега, запряженная нескладным, но довольно кряжистым пони, а на козлах восседал одетый в кожаный сюртук гном. Поздоровавшись, он поинтересовался конечным пунктом моего путешествия, а услышав в ответ, что я иду в Дорнер-дум в поисках артели строителей, заявил, что как раз знаком со старшим мастером одной из них. И если я не пожалею пары медных монет, то он не только сведет меня с ним, но и предоставит место в своей повозке. Вынув из внутреннего кармана небольшой кошель, я выудил две мелкие медяшки, предусмотрительно изготовленные Блюмом, и протянул их вознице: – Ехать все же лучше, чем идти, а если к тому же мастер окажется сведущ в строительстве башен, то и моя благодарность увеличится вдвое.

Обрадованный обещанием, гном принял монеты и, потеснившись, освободил для меня пространство на лавке рядом с собой. По-видимому, возницы во всех мирах одинаково словоохотливы. По крайней мере, я не заметил разницы в готовности поделиться всеми местными новостями между везущим меня гномом и любым среднестатистическим земным водителем попутного транспорта. Достаточно было задать наводящий вопрос на интересующую меня тему, как Лоин, а именно так представился гном, тут же начинал в подробностях обрисовывать ситуацию и делиться своим мнением на сей счет. Так мне стало известно о всех политических раскладах в наземном королевстве Барэн-анам-ноэг, или «Солнечном доме гномов», в пределах которого я оказался. Об участившихся в последнее время набегах кобольдов, из-за которых стало опасно перемещаться по лесным дорогам. О дефицитных товарах на торжищах разных городов. А когда речь зашла о падении цен на уголь и руды, Лоин погрустнел и обвинил короля подземного Железного королевства в алчности. Оказывается, за короткий срок подземные жители почти вдвое увеличили выработку руды и ее переизбыток на рынке, естественно, стал причиной падения цен. В ответ на мой вопросительный взгляд он стукнул кулаком по лавке и, сплюнув, заявил, что склонен верить слухам о зомбировании и закабалении королем Ардом своих подданных, и что без темной магии глубин здесь точно не обошлось. Оказывается, жители королевства перестали общаться с родственниками, а вернувшиеся оттуда купцы рассказывали о потухших глазах и отсутствии жизнерадостности на лицах обитателей, о появлении в каждой артели надсмотрщиков и патрулирующих городские галереи ищейках. Поговаривали также, что отправившиеся на разведку в подземные галереи смельчаки обратно так и не вернулись. Положив руку на сердце, возница поведал, что в древнем предании о короле Гвалве Проклятом описывается нечто подобное. В те времена подземное королевство вело войну с соседями. Конфликт изрядно затянулся и истощил ресурсы государства. Перед королем встала перспектива поражения. Отчаявшись отыскать выход из создавшегося положения, Гвалв пошел на сделку с демоном глубин. Темная магия оказалась столь сильна, что все подданные короля, гордые и свободолюбивые гномы, в одночасье превратились в послушных и безропотных марионеток. Без отдыха, не замечая голода и жажды, они ковали оружие и доспехи, замертво падая от истощения в штольнях и у плавильных печей. Воины шли в бой, пренебрегая самосохранением, и буквально топили противника в реках собственной крови, ценой огромных потерь непременно одерживая верх на поле брани. Наконец вражеские армии дрогнули, и короли-соседи поспешили заключить мир. Но отправленные к Гвалву посольства нашли в подземном королевстве лишь смрад разложения да обезумевшего короля, с дикими криками мечущегося в окружении изможденных трупов своих подданных. Подземное королевство опустело. Несколько столетий гномы предпочитали обходить его стороной, опасаясь быть задетыми отголосками темной магии.