Бродяга Ветер

Глава 14

Наверное, нужно было захватить с собой еще и кресло, потому как, едва ноги коснулись портального камня и появилась сила тяжести, опора подо мной тут же исчезла. В момент открытия портала я полулежал в откидном кресле, оттого и не сумел удержаться на ногах – свалившись с камня и едва не разбив телескоп. Последний рухнул на меня сверху, довольно болезненно ушибив правый бок. Чертыхаясь, я поднялся на ноги и встретился глазами с домовым.

– Довольно курьезное прибытие, – пытаясь подавить улыбку, констатировал Блюм, но, не выдержав, все же прыснул от смеха.

– Вот так всегда и происходит, когда уверен, что у тебя все под контролем, – признался я и тоже рассмеялся. – Сам виноват, впредь буду предусмотрительнее!

***

– Любопытный экземпляр, – рассматривая телескоп, произнес Хранитель Оум.

Как всегда, он принял меня сидя за столом, но стоило только расставить треногу прибора, мгновенно оказался рядом.

– Но он не будет работать в мирах Ойкумены! – заключил Хранитель – Энергетический барьер, отделяющий закрытые миры, непреодолим и для этого прибора. А потому считать доставленный тобой артефакт магическим предметом нельзя. Конечно, жаль, что я не смогу за него заплатить, но, думаю, такое решение не сильно тебя огорчит, потому как главным элементом конструкции прибора послужил весьма необычный минерал.

Оум провел рукой над телескопом, и детали обшивки прибора разошлись в стороны, обнажая составные элементы внутренней конструкции. Щелкнув механическими зажимами, Хранитель извлек и продемонстрировал мне неограненный округлый кристалл кипенно-белого цвета.

– Никогда не встречал ничего подобного, – признался Оум. – Судя по его структуре и заключенной внутри огромной энергии чистейшего, ахроматически белого цвета, минерал состоит из кристаллизованной праны. И его создателем, а то, что кристалл создан искусственно, несомненно, является метатрон, равный по силе самым выдающимся Повелителям материи. Скорее всего, кристалл сформирован в единственном экземпляре и весьма сомнительно, что кто-то когда-то сможет сотворить нечто подобное. У Повелителей материи нет доступа к океанам праны, ну а у метатронов попросту нет и никогда не будет надобности в этом. Поздравляю, ты стал обладателем самого дорогостоящего сокровища в Ойкумене! Поздравляю и сочувствую!

– Спасибо, Наставник!.. Но не мог бы ты более подробно пояснить причину своего сочувствия? – насторожился я.

– Все просто, обладать столь диковинной вещицей, к тому же мощным источником благотворной энергии, захотят очень многие. За кристаллом начнется охота. У подавляющего числа жителей города возникнет желание создать из него магический артефакт, и тебе будет нелегко отказать влиятельным Созидателям в их настоятельных просьбах предоставить кристалл хотя бы во временное владение. К тому же созданный из кристалла артефакт непременно приведет к нарушению энергетического равновесия мира, в котором он будет применен, а в твои обязанности как раз и входит устранение подобных проблем. Избавить тебя от этой «головной боли» я не смогу. Просто взять кристалл на хранение и поместить в хранилище магических предметов нельзя. Это вызовет массу проблем, самой простой из которых будет обвинение в неправомерном завладении особо ценным предметом. Спрятать кристалл в каком-нибудь затерянном мире тоже не выход. Регион, в котором ты его припрячешь, очень скоро станет местом паломничества из-за сильного благотворного энергетического излучения и опять-таки послужит причиной нарушения баланса, – развел руками Оум.

– И как мне теперь быть? – погрустнел я.

– Есть один способ, – вздохнул Хранитель. – Но он очень сильно понизит стоимость добытого тобой кристалла. Так как минерал довольно большой, то его можно разделить на несколько частей, желательно равных. Эти части не будут обладать таким огромным энергетическим потенциалом и вряд ли станут пригодны для создания достаточно мощного магического предмета. А если, к тому же, их обладателями станут разумные существа из разных миров, находящихся в зонах ответственности разных Созидателей, то о возможности обратного соединения частей воедино можно будет забыть. Выбирать тебе!

– Что-то мне подсказывает, что выбора у меня как раз таки и нет, – усмехнулся я. – К какому ювелиру лучше обратиться, чтобы распилить эту драгоценность?

– А вот с этим вопросом не все так просто, – выдержав непродолжительную паузу, сообщил Оум. – Во-первых, в момент разделения кристалла непременно произойдет выброс пусть и незначительной, но для простого смертного фатальной части заключенной в нем энергии. К тому же любые живые существа, обладающие даже зачатками разума, посчитают кощунством сотворить такое со столь могущественным артефактом Света. Здесь требуется кто-то, кому этические и биоэнергетические проблемы не застилают глаз, а технологический уровень столь высок, что выброс энергии не причинит бед. Идеально подошел бы какой-нибудь техногенный мир, населенный самовоспроизводящимися механизмами. Попроси Блюма подыскать подобный и отправляйся туда на следующее задание, да не забудь прихватить с собой кристалл.

***

Тишина, нет, не просто тишина, абсолютное отсутствие звуков ждало меня на выходе из портала. Промелькнула мысль, что я оглох. Невольно поежившись от нее, я инстинктивно хлопнул в ладоши. Звук хлопка, едва зародившись, тут же растворился в тишине, оставив в сознании лишь бледный след. Стоп! Ладони, человеческие ладони! Странно, портал не изменил моего тела, хотя Блюм был совершенно уверен в обратном. Накануне мы долго и обстоятельно обсуждали с ним всевозможные трудности, поджидавшие меня в теле роботизированного псевдобиологического организма – ксенобота. Стало быть, тело не подверглось изменениям, но я жив и дышу полной грудью! Выходит, атмосфера здешнего мира близка по составу земной?! Но все же что-то не так, что-то неправильное во всей окружающей обстановке. Все кажется каким-то плоским и неестественным. И тут я, наконец, прозрел! Предметы и застывшие без движения механизмы, окружавшие меня, не отбрасывали теней. Техномир был залит светом, и он беспрепятственно проникал сквозь все физические объекты, кроме одного – меня. Моя тень, как ей и положено, в точности повторяла все движения своего хозяина.