Брошенная истинная адмирала-дракона

Глава 15

Я стояла в кромешной темноте, слыша лишь собственное сбивчивое дыхание. В голове крутились тысячи мыслей, но все они тонули в нарастающей панике.

Я должна выбраться отсюда.

Но как?

Комната была маленькой и переполненной швабрами, ведрами и тряпками, которые, казалось, только ждали момента, чтобы свалиться мне на голову.

Сделав пару шагов в сторону, я тут же зацепила ногу о ведро, которое с громким звоном опрокинулось. Испугавшись этого звука, я резко отпрыгнула назад, но ударилась о что-то твёрдое — швабра тут же упала, сбив с полки тряпки, которые посыпались мне на плечи и голову.

Всё вокруг начало рушиться, стоило мне только двинуться с места.

Я глубоко дышала, стараясь успокоиться, но паника накатывала волнами.

Кромешная темнота пугала. Грудь сдавливало, и я поняла, что начинаю терять контроль. Я ударила кулаками по двери.

— Помогите! — закричала я. — Кто-нибудь! Пожалуйста!

Но ответом мне была лишь тишина. Я снова начала колотить в дверь, слёзы текли по щекам, а страх темноты всё больше охватывал меня. В детстве я всегда боялась темноты, и сейчас эти страхи вернулись, обрушившись на меня с новой силой.

— Выпустите меня! — кричала я, но силы покидали меня.

Мои удары становились всё слабее, дыхание сбивалось, а слёзы продолжали литься. В какой-то момент я почувствовала, что больше не могу.

Руки дрожали от усталости, и я опустилась на колени, отчаявшись выбраться.

И вдруг дверь резко распахнулась.

Я инстинктивно зажмурилась от яркого света, который ослепил меня после тёмной комнаты. Я не сразу поняла, что происходит, но тут почувствовала, как кто-то бережно подхватывает меня под руки.

— Всё в порядке, ты в безопасности, — раздался глубокий голос, и я поняла, что это охранник. Он держал меня, пока я шатаясь, выходила из тесного пространства. — Ты плакала, я слышал твои крики. Увидел твою сумку, валявшуюся в коридоре.

Слёзы продолжали литься, и я, не стесняясь, дала им волю. Охранник помог мне выпрямиться, и я вытерла глаза, пытаясь собраться.

— Кто это сделал? — спросил он с беспокойством, но я лишь покачала головой, не в силах говорить. Я знала, что если скажу правду, Рейнар всё равно замнет этот случай. Он слишком влиятельный человек, а скандал в его семье никому не нужен.

Я молча подобрала свою сумку, вытерла слёзы и, не отвечая на его вопросы, поспешила к выходу.

Охранник пытался меня остановить, что-то спросить, но я лишь отмахнулась.

Мне нужно было скорее уйти отсюда, сбежать подальше от этого места и забыть всё, что произошло.

Я почти не помнила, как добралась до дома.

Всё происходило как в тумане. Мои мысли были разбиты, а тело — словно чужим, движимое лишь инстинктом. Я почти не замечала окружающего, просто шла вперёд, пока не оказалась у порога своей квартиры.

Закрыв за собой дверь, я тут же направилась в ванную. Там я включила воду, добавила пену, разделась, и залезла в ванну, обхватив колени руками и поджав их к груди.

Вода помогала. Родная стихия успокаивала, но внутренний холод никак не уходил. Я чувствовала себя опустошённой и растерянной.

Мне не нравилось это чувство.

Разозлилась сама на себя.

Сорвала с себя кольцо Рейнара и с силой бросила его в стену. Сжалась в ванной. Закричала изо всех сил, закрыв уши руками.

Как же меня достало быть жертвой! Достало быть виноватой во всём!

Я так больше не хочу!

Я так больше не могу!

А-а-а-а!

Рейнар душил меня своей заботой и желанием распоряжаться моей жизнью. Селестия унижала меня, называя оборванкой, пиявкой, присосавшейся к её семье!

Меня предал Нерей, променяв на другую, растоптал и уничтожил!

А-а-а-а!

Внутри поднялась буря. Меня трясло от эмоций. И эта «буря» шептала, что никто не может со мной так поступать.

Никто.

Я вылезла из ванной. В ярости опрокинула всё с полки. Косметика и шампуни полетели на пол, пока я крушила всё вокруг и выла. Я выпускала горечь и обиду наружу.

Не хочу быть жертвой!

Не хочу быть удобной!

Не хочу быть обязанной!

Не хочу, не хочу!

Я вдруг учуяла запах крови, который заполнил всё вокруг. Порезали руки. Схватилась за раковину.

Посмотрела на своё отражение в зеркале, я увидела себя: растрепанную, зареванную, с копной белоснежных волос. Я смотрела на своё измождённое лицо и не узнавала себя.

А потом заметила то, чего не должно было быть.

Мои зрачки изменились, вытянулись в узкую линию, напугав меня так, что я отшатнулась.

Попятилась, поскользнулась на разлитом шампуне и упала, ударившись головой.