Брошенная невеста, или (с)нежная любовь

10

Когда мы спустились с “матушкой” на первый этаж и добрались до просторной, светлой кухни, там уже находились как знакомые, так и незнакомые мне лица. Эльфята расположились за одним из столов у дальней стены, Далима и Чэйд стояли в сторонке. Две молоденькие девушки споро расставляли посуду на столешницу, покрытую однотонной скатертью.

Внезапно мой желудок издал громкое радостное урчание. Когда это тело последний раз питалось? Я пожала плечами и якобы смущёно улыбнулась, располагаясь за столом.

– Присаживайтесь с нами, – кивнула старшая эльфийка женщине и мужчине. – Быстро поедим и обсудим текущие дела.

– Матушка, но… – хотела что-то возмущённое вякнуть Иришэн, и получила строгий взгляд от матери, поэтому только тихо пробормотала себе под нос: – И так словно прислуга на кухне едим!

Не знаю, услышали ли остальные, я сидела ближе всего к мелкой привереде, поэтому на правах старшей сестры наступила ей под столом на ногу. На возмущённую моську в мой адрес лишь мило улыбнулась.

И тут я наконец-то уделила внимание предложенным кушаньям. Улыбка сначала застыла на лице и стала какой-то нервно-натянутой, а после и вовсе сползла с моего лица.

В мисках перед каждым из ушастых, то есть и передо мной тоже, лежало нечто серо-буро-малиновое… в крапинку! Бурда какая-то.

“Что за странной кашей питаются местные эльфы?!”

Мне даже пробовать это было страшно. Но посмотрев на чинно поглощающих еду ушастых родственников и выслушав очередную руладу голодного организма, решительно взялась за ложку.

На вкус крупинчатое нечто оказалось всё-таки сносным – почти пресным с интересной ноткой, которую я не смогла бы ни с чем сравнить. Отвращения не вызвало – уже радость. А с голодухи и вовсе что угодно съешь, ещё и добавки попросишь. Уж мне ли не знать.

Я даже увлеклась пережёвыванием довольно упругих крупинок. Но вскоре заметила, что у Чэйда и Далимы еда более привычная – ломоть хлеба, щедро намазанный маслом, сверху украшенный ноздреватым сыром, на одной тарелке лежали варёные яйца.

Ум-м… Жевать странную кашу, глядя на такой сытный ассортимент было печально. Только вот эльфам подобной роскоши даже не предложили! Поэтому мне приходилось давиться слюной.

Вот к такому завтраку я бы ещё огурчиком похрустела с удовольствием…

“Ох-ох, неужели эльфы здесь реально вегетарианцы? Или даже веганы?! Я же не смогу! Без мяса, яиц, сыра и творога… Мама, роди меня обратно. Тьфу, кто там меня сюда закинул, сделайте же что-нибудь! Пожалуйста, пусть эльфы всё-таки едят что-нибудь нормальное, а?”

Внезапно послышался словно откуда-то издалека переливчатый смех, и я поперхнулась. Смех этот был определенно не человеческим, каким-то потусторонним.

“Нет, вы там не подумайте, я благодарна за такой бесценный подарок. Но жить, питаясь только крупами да зеленью просто не смогу…”, – мысленно взмолилась, разглядывая большое блюдо с разной “травой” и овощами, кои на волне паники вызывали едва ли не отвращение.

Увы, чуда не случилось…

Как вишенку на торте перед нами поставили ажурные миски с крупными тёмно-синими ягодами, похожими на голубику.

– Полакомьтесь, мои хорошие, – улыбнулась Лавариэль, но губы, как и голос её, слегка подрагивали.

– Да уж, ягод из эльфийского леса не скоро доведётся теперь вкушать, – крякнул Чэйд, разглаживая свои пышные усы.

Ягодами я насладилась сполна, в отличие от брата и сестры – те после слов мужчины оба нахмурились и медленно, нехотя клевали угощение. Мальчик мне вообще показался очень замкнутым и довольно тревожным. Он то и дело переводил взгляд с одного взрослого на другого, и, мне казалось, в его больших голубых глазах то и дело блестели непролитые слёзы. Настолько чувствительный, что ощущает витающее в воздухе напряжение и волнение?

Детей поручили одной из девушек-служанок, а мы прежним составом пошли осматривать транспорт. Каким-то чудесным образом Чэйд успел всё организовать – добыть и крепкую на вид телегу, и повозку. В роли последней я ожидала увидеть ту же телегу, но с тканым тентом сверху. Однако реальность превзошла мои ожидания.

“Да это прямо-таки целый дилижанс! Или даже скорее дом на колёсах”, – заглянув внутрь, оценила вполне неплохую обстановку.

Женщины восторгались вслух и хвалили нашего единственного мужчину. Он мило постарался скрыть смущение и удовольствие от такой бурной реакции.

– Чэйд, где ты раздобыл эту чудесную повозку?

– Госпожа, где взял… там уже нет, – усмехнулся он, на что Лавариэль звонко рассмеялась, и мы все невольно заулыбались.

Тревожное ожидание, которое тяготило нас всех, на некоторое время отступило.

После исследования транспорта мы выслушали Далиму о том, какую утварь и что из продуктов она уже припасла.

– Лардэсса Лавариэль, как только мы соберём последние продовольственные запасы, я хочу телегу перевезти к знакомому на постоялый двор. Там пригляд, а тут… как бы не описали и не отняли. Кто их знает, приказчиков императорских, – последнее прозвучало с интонацией, словно мужчина говорил про псов бешеных.

Именно здесь в одном из мешков, на проверку развязанную Чэйдом, я и увидела ту крупу, что мы ели на завтрак. Крупные зёрнышки похожие формой и узором на семена чиа, но более пёстрой расцветки – в бело-коричневых и фиолетовых пятнышках, с редкими ярко-зелёными крапинками.

– Шеричи я списала по расходным книгам побольше. Всяко люди его не едят. Отберут да просто выкинут или скоту скормят, – посетовала Далима.

Жаль, нельзя спросить, почему люди не едят… Вообще лучше лишнего не спрашивать. Остаётся только слушать внимательно и самой доходить до сути всего.

После быстрого обсуждения ближайших дел, Лавариэль повела меня обратно в дом. В моей спальне на кровати уже лежали горкой какие-то вещи. В основном пастельных цветов – бежевого, кремового, светло-коричневого, а также нескольких оттенков зелёного.

“О, а я ведь так и не посмотрелась ещё ни разу в зеркало, чтобы узнать, как выглядит Лунари… – мысленно дала себе оплеуху, дабы мозги встали уже на место, пусть ситуация и крайне нестандартная, – Вернее, как теперь выгляжу я”.