Брошенная у алтаря. Тайная дочь дракона

Глава 5

Когда поезд тронулся, я все еще пыталась осознать последние слова, произнесенные отцом.

Они решили отослать меня не на месяц и не на два. Хотя этого времени вполне бы хватило, чтобы слухи утихли и в кругах столичной аристократии вспыхнул какой-нибудь новый скандал.

Но родители решили поступить со мной куда более жестоко. Наказать за то, в чем я даже не была виновата.

Сколько мне теперь придется прожить у сестры отца? Год? Два? Или больше?

Катарине едва исполнилось девятнадцать. Брачный сезон в этом уже подошел к концу. А жениха ей родители планировали начать подыскивать не раньше следующего года.

Но теперь, после того, что случилось сегодня в храме, этот процесс может затянуться.

И что ждет меня на протяжении всех этих лет? Жизнь в глуши под гнетом деспотичной тетки?

И на такое будущее обрек меня Ризанд. Мужчина, который клялся мне в любви.

Его слов и ложных обвинений оказалось достаточно, чтобы моя жизнь разрушилась.

Но почему он так со мной поступил? Никогда не любил, лгал и с самого начала планировал так поступить? Унизить меня, бросить, растоптать?

Или…

Мне вдруг вспомнились слова Ризанда о том, что он якобы видел мою измену собственными глазами.

А что, если здесь замешан кто-то еще? Кто-то, кто мог бы опорочить мое имя специально.

Но кто? У меня точно не было врагов или недоброжелателей. В свете я ни с кем ни разу даже не повздорила. Да и предпочитала тесно общаться только с Катариной, держа дистанцию с остальными юными леди и ни с кем не сближаясь.

— Миледи, прекращайте это! — внезапно вмешалась в мои мысли Ханна.

Я подняла на нее недоуменный взгляд.

— Прекращать что?

— Накручивать себя, — произнесла горничная, — У вас же на лице все написано. Не стоит. Только хуже сделаете. Вот, лучше выпейте это.

Она налила в стакан воду из графина, стоящего на столике. И достав из кармана флакон, накапала в стакан несколько капель.

Знакомый запах снотворных капель, которые часто пила мама, вечно мучившаяся от бессонницы, ударил в нос.

Меня внезапно замутило. Тошнота подступила к горлу. И, подскочив с места, я бросилась в уборную.

В уборной я пробыла целых полчаса. Меня выворачивало наизнанку до тех пор, пока желудок не опустошило полностью.

Дрожащими руками я кое-как умылась, прополоскала рот.

Бросила взгляд на свое отражение, горько усмехаясь от вида такого печального зрелища. Глаза покрасневшие и припухшие, кожа бледная, как полотно, губы дрожат.

Плеснув в лицо ледяной водой еще раз, я покинула уборную. Кое-как добралась до нашего с Ханной купе, держась за стенки. И, оказавшись внутри, рухнула на мягкое сидение, прислоняясь головой к холодному стеклу.

— Миледи, что случилось? Вам плохо? — всполошилась горничная.

— Просто стошнило, — с трудом разлепив губы, пробормотала я, — Наверное, все дело в нервах.

Ханна помолчала с минуту-другую, а потом внезапно спросила:

— Миледи, я могу задать вам щекотливый вопрос?

Перевела на нее недоуменный взгляд, медленно кивнула.

Ханна, поерзав на месте, подняла на меня неловкий взгляд и уточнила:

— Миледи, скажите, а вы с лордом фон Кертис были… были близки?

Что? К чему вообще этот вопрос? Неужели Ханна намекает на…

Меня прошибло холодным потом.

— Один раз, — упавшим голосом прошептала я, — Всего один раз. За несколько недель до свадьбы.

— Иногда и одного раза достаточно, — произнесла горничная и тут же вздохнула, — Ох, миледи. Нельзя, никогда нельзя доверять мужчине и подпускать его к себе до свадьбы. Сами же видите, чем все закончилось.

— Что толку теперь об этом говорить? — уязвленно пробормотала я.

Сама знаю, что виновата. Сглупила, поддалась. Была слишком очарована его сладкими речами, признаниями в любви и головокружительными поцелуями.

И если бы… Если бы не тот единственный раз, я бы смогла доказать Ризанду, что не изменяла ему ни с кем. Если бы я оставалась невинной, достаточно было бы одного ритуала, который бы показал, что я ни с кем и никогда не была.

Но теперь… Теперь это было невозможно. И если предположения Ханны верны, то я могу быть еще и беременна от Ризанда.

Еще утром эта новость смогла бы меня осчастливить. А сейчас я даже не знала, что мне делать.

— Если, — сглотнув, произнесла горничная, — Если все подтвердится, вы избавитесь от ребенка?

— Что? — ужаснулась я, — Нет! Конечно, нет.

Одна мысль об этом вызывала у меня отторжение.

Я не хочу убивать своего ребенка. И не буду делать этого. Ни за что.

Если я окажусь беременна ребенком Ризанда, то так тому и быть. Этот ребенок появится на свет независимо от того, помиримся мы с драконом или нет.

Но часть меня все еще надеялась, что любимый скоро поймет, как сильно ошибся, и все вернется на круги своя.

— Это правильно, миледи, — кивнула Ханна, возвращая меня в реальность, — Но как быть с вашей теткой?

Я снова вспомнила сестру отца. Ее строгость, холодность, чопорность, присущую ей жестокость.

Как она поступит со мной, если я действительно окажусь беременна?

Мне не нужно было встречаться с теткой, чтобы узнать ответ на этот вопрос. Она потащит меня к целителю сразу же, как только узнает о ребенке.

Меня снова затрясло. Но несмотря на внешнюю дрожь, внутри я была сейчас полна решимости.

— Мы не поедем во Фторлинг, — произнесла я, подняв на Ханну взгляд, — Я не буду жить с теткой. Мы выйдем на станции в ближайшем городе.