Брошенная жена. Барыня - травница

12 глава

Мы как ошарашенные подскочили на ноги, забыв об ужине.

— Как горит? — опешил Иннокентий, — ростки же ещё зелёные, не могло пламя заняться!

— Не знаем, Иннокентий Петрович. Там дым столбом стоит, так что не видно ничего. Сами знаем, что поле гореть не должно, но чертовщина какая-то, вот вам крест.

Мужики стали креститься.

— Варвара Ивановна, я в поле! — поклонился управляющий и быстрым шагом направился на выход.

Мужики тоже почтительно поклонились мне и пошли вслед за своим руководителем.

А я что? Буду сидеть на месте и узнаю всё самой последней? Полетела вслед за мужиками и застала их уже на крыльце. Кто-то в телегу запрыгивал, а управляющий сел верхом на коня, который смиренно стоял под своим хозяином, водя ушами и отмахиваясь хвостом от мух.

Посмотрев на коня, а потом на своё платье, мне напрочь перехотелось бежать с мужиками, чтобы разбираться в чём там дело.

— Иннокентий! — окликнула я управляющего, — Как только узнаете, что и как, сразу мне весточку передайте.

— Как скажете, барыня, — склонил голову мужик ещё раз передо мной и поскакал к воротам.

Я здесь всего второй день, а какие страсти-то кипят! Что дальше будет? Может взять медальон и вернуться? Я оглянулась на дом и стала внимательно его оглядывать. Двухэтажное каменное здание с величественными колоннами у входа, огромные стеклянные окна в жилых помещениях, а там, где хода не было, окна были заколочены.

Казалось, что дом смотрит на меня свысока, но сам в глубине души он такой одинокий и несчастный без хозяев, что у меня в груди защемило. Кто будет заниматься крестьянами, которые по весне, как мухи мрут? Кто сможет здесь организовать процесс рабочий и найти деньги для поднятия хозяйства?

Настоящая Варвара, которая плакала в моём сне? Или муж, который выгнал меня сюда не поинтересовавшись, как я тут жить собираюсь. Есть ли здесь прислуга? Будет ли мне что поесть?

Решено. Остаюсь.

Я решительно поднялась по крыльцу и пошла в свою комнату. Достала шкатулку с деньгами и пересчитала всё, что у меня было. В шкатулке лежало около ста рублей. Я сразу вспомнила наши грандиозные планы с Иннокентием. Одна лошадь только стоила семьдесят. Что я могу приобрести на эти деньги? Как поднять хозяйство без вложений? На семена мне денег хватит, а вот на развитие — нет. Значит, будем деньги зарабатывать! А чем я умею хорошо торговать? Конечно же, лекарствами.

Так! Я могу в условиях, что нахожусь сейчас приготовить разные травяные сборы для разных болезней. На основе спирта создать настойки и ещё могу сделать мази. Затем мне нужно найти куда сбывать свои изделия. Только нет пока ещё холодильников и машин, значит мне нужно сделать аптеку в ближайшем городе. Хотя можно и в сёлах открыть аптечные пункты. Обучить верных мне людей, чтобы они могли правильно посоветовать, кому какое лекарство продать. А чтобы мои лекарства покупали, мне нужна реклама. В девятнадцатом веке лучшей рекламы, чем сарафанное радио, я вряд ли найду.

Значит, будем выходить в люди. Я видела в сундуке пару бальных платьев. Нужно познакомиться с соседями, да хотя бы с теми же Борщёвыми чаю попить. Решено! Так и сделаю, неплохо было бы ещё и среди крестьян, чтобы были у меня покупатели. Так что, мне обязательно нужно навестить людей в Торгашино и посмотреть, как они живут, есть ли среди них больные, которых я могу вылечить или облегчить боль.

Как только у меня появился план, на душе потеплело. Я сложила шкатулку обратно, прикрыв её ворохом платьев, и обнаружила кошелёк, в котором было пять рублей золотыми и шестьдесят три копейки. Видать, это были карманные деньги Варвары. Что ж неплохо. Кошелёк я тоже спрятала.

Я решила посмотреть, как себя чувствуют мои пациентки. На дворе уже был вечер, температура могла снова подняться. Зайдя в комнату к Лукерье, обнаружила там Федору, спящую на стуле рядом с тётушкой. Моя пациентка тоже крепко спала.

Девушка сидела в неудобной позе. Мне стало её жалко.

— Федора, просыпайся, — потрясла я её за плечо.

Девушка, испугавшись, подскочила с места.

— Барыня! Простите! — зашептала девушка. — На минуточку присела и уснула!

— Ничего страшного. Как Лукерья? — тоже шёпотом ответила я и прикоснулась ладонью ко лбу нянюшки, лоб уже был не таким горячим, как раньше.

— Проснулась, я ей бульона дала, как вы и велели, а потом отвар, который Агафья по вашему рецепту сварила. Она опять уснула.

— Хорошо, иди отдыхай. Если что ночью я сама за ней присмотрю, а ты за Дуняшей.

— Слушаюсь, барыня, — поклонилась Федора и ушла.

Я ещё немного посидела с Лукерьей, прислушиваясь к её мерному дыханию, и пошла в кабинет, где мы с Иннокентием оставили бумаги. Когда спускалась по лестнице, то на улице уже стемнело, и в помещении было темно.

Дойду до кабинета, там я приметила, где свечи лежат и спички.

Вдруг из бокового коридора увидела мужскую фигуру, которая направлялась ко мне.