Брошенная жена. Барыня - травница

18 глава

Как и предполагалось, зал храма был забит разными людьми. Я всё делала по подсказке Лукерьи. Сама я в другой жизни храмы нечасто посещала. Строила карьеру, некогда мне было. Поэтому подсказки нянюшки были весьма кстати. Она-то и обратила моё внимание на женщину — барыню, лет шестидесяти, что со своими слугами стояла недалеко от меня и яро крестилась, глядя на иконы.

— Это Борщова Анастасия Макаровна, мать нынешнего хозяина поместья Борщовых, — прошептала мне Лукерья, когда старуха глянула на меня.

Я кивнула ей в ответ и улыбнулась. Соседи же. Дружить надо, да и, по всей видимости, мои родители тоже дружили с этой семьёй. Когда служба закончилась, и мы вышли во двор церкви, то не спешила уходить. Я смотрела на солнце, цветы, что были посажены во дворе, и наконец, дождалась, когда из дверей храма вышла в сопровождении своих людей барыня Борщова.

— Эта молодая барышня - дочка Ванюши Горского? — говорила она нарочито громко.

— Похоже, она, — кланяясь, ответила ей служанка. — Сильно на мать свою, покойную барыню Горскую похожа.

— Я же её младенцем на руках держала, а теперь она замуж вышла. Ох, время бежит! Когда-то и я была молодой.

— Здравствуйте, Анастасия Макаровна, — подошла я к барыне. — Как поживаете, как здоровье?

Толпа сопровождающих нас с барыней Борщовой обступила и с интересом смотрела.

— Неужто признала? — обрадовалась старушка, а я подхватила её под руку.

— Конечно, признала, мы же соседи. Вы ещё с бабушкой моей дружили, — предположила я.

Раз Борщова призналась, что меня на руках держала, значит, в нашем имении бывала. Борщова резко остановилась и серьёзно посмотрела мне в глаза.

Неужели я ляпнула что-то не то? Аж сердце внутри трепыхнулось.

— Совсем ты одна осталась, Варварушка. Я ж так плакала, когда узнала, что Антонина почила. Царство ей небесное, — начала креститься барыня, и все, кто с ней был, тоже повернулись лицом к храму и перекрестились.

— А вы чего тут стоите, рты разинули? — рыкнула бабуля на своих дворовых и замахнулась на их клюкой, что держала в руке. — Ой! — тут же старуха схватилась за спину. — Совсем я стара стала, видать тоже скоро Боженька заберёт меня. Нет мочи никакой, хожу еле-еле.

— Да что вы такое говорите, Анастасия Макаровна! — погладила я барыню по спине, где у неё болело. — Хотите, я вам мазь отправлю, которую научилась делать у лекаря из столицы? Она вам подарит облегчение, и двигаться станет легче.

— Чего это ты отправишь и сама приходи в гости, расскажешь мне, как там в Петербурге дела. Ох, в молодости я столько балов посетила, — мы со старушкой медленно передвигались к выходу из ворот церкви.

— Ну, раз приглашаете, то грех отказываться. Я к вам в среду загляну. Вы не заняты будете?

— А чем мне заниматься? Внуки уже выросли, в столицу уехали. Вася делами занимается. Приезжай, у меня варенье земляничное осталось с прошлой весны. Помнится маленькая ты его любила. Чаем тебя напою.

Мы подошли к повозке, и слуги помогли Анастасии Макаровне забраться в неё. А я довольная, помахала ей рукой, когда она уезжала.

— Варвара Ивановна, вы вспомнили барыню Борщову? — посмотрела на меня Лукерья с надеждой.

— Нет, — покачала я головой. — Просто догадалась, они же с бабушкой примерно одного возраста.

Лукерья расстроенно отвернулась.

— А зачем тогда ждали её у выхода и в гости напросились?

— Помочь хочу старой женщине. Видишь, она еле ходит, я знаю, как облегчить её болезнь.

Лукерья с пониманием посмотрела на меня.

— Анастасия Макаровна - добрая барыня, но и подруг у ней много. Если ты ей поможешь, она о тебе многим расскажет.

— Видишь, от нашей встречи всем будет хорошо.