Брошенная жена. Искра генерала-дракона

Глава 5

Смотрю в лицо мужа какое-то время и будто вижу его впервые.

И этот лихорадочный блеск в глазах, и хищная улыбка, даже то, как ещё неделю назад при нашем взаимодействии чешуя пробегала по его лицу, стоило Омару испытать сильные эмоции, — сейчас кажется мне чуждым.

Словно передо мной совершенно другой дракон. Ничего ему не говорю. Между нами всё закончилось. Теперь я буду бороться только за своего сына.

Разворачиваюсь, чтобы покинуть кабинет, но Омар резко подаётся вперёд и рывком притягивает к себе. Место захвата вспыхивает болью, и я, не сдержавшись, морщусь.

— Я тебя отпускал? — рычит Омар, прижимаясь так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. Он с силой встряхивает меня. — Не отпускал! — бросает он, не ожидая и не требуя ответа. — Разговор не окончен. И уходишь ты отсюда не с пустыми руками. Я не на улицу тебя вышвыриваю. Приготовил для тебя местечко. Конечно, не поместье, — усмехается он, — но и ты не наследница высшей крови.

Всё так же удерживая меня, двигается к столу. Открывает ящик и протягивает мне какие-то бумаги.

Он впихивает мне в руки свёрнутые листы бумаги, его пальцы на мгновение сжимают мои с такой силой, что костяшки пальцев белеют.

— Это тебе от меня. Прощальный подарок. Советую добраться туда как можно скорее. Уже завтра все будут судачить о том, какая ты неблагодарная жена. Пока я проливал кровь на службе, охраняя королевство и покой его жителей, ты, от скуки и сытой жизни, спуталась с пустоголовым драконом из мастерской своего отца. — Он указывает на бумаги. — А там… там тебе будет тихо и спокойно. Потому что там наверняка никто не знает, кто ты. А теперь иди. Я с тобой закончил.

Он шумно выдыхает, его взгляд скользит по моему лицу в последний раз, будто ища и не находя ничего знакомого. Затем он резко разворачивается и садится за стол спиной ко мне.

Я не заставляю себя ждать и делаю, как велено.

Ухожу.

Как только покидаю кабинет, головная боль усиливается, коридор сужается, а каждый шаг отзывается в теле болью.

— Моя госпожа! — Лили хватает меня за руку, и я останавливаюсь. — Я приготовила вам успокаивающий чай и отнесла в вашу комнату. Если позволите, я помогу вам со сборами.

— Я возьму только самое необходимое. Какая тут помощь… — начинаю, но Лили перебивает и сильнее хватается за мою руку.

— Не оставляйте меня. Умоляю вас, позвольте поехать с вами. Куда… Да куда угодно поеду. По хозяйству помогу. Пожалуйста, госпожа.

— Да что же ты говоришь такое? — горько усмехаюсь я и бросаю быстрый взгляд на бумаги, что вручил мне Омар. — Я сама ещё не знаю, что меня там ждёт. Я должна придумать, как буду себя содержать, а ты предлагаешь ещё и тебя с собой потащить? Попроси расчёт и подыщи себе место поспокойнее.

— А я не хочу поспокойнее. Я хочу с вами. Не отвергайте, вам моя помощь пригодится, — наклоняется, чтобы поймать мой взгляд, а у самой такое лицо, что внутри сжимается. Не могу её в этом аду оставить. Знаю, что если расчёт попросит, то без хороших рекомендаций никто её к себе не возьмёт. А Омара её судьба совершенно не волнует. Может ещё отыграться на ней из-за злости на меня. А если Лили соберётся на рынок или куда подработать, сердце за неё сжимается от жалости. Она ведь пришла в наш дом ещё совсем девочкой, многого не знавшей и не умевшей. Отец когда-то забрал её из дома, спас от жестокости родного отца — и оставил при мне в служанках. Я ненадолго замолкаю, наблюдая, как в глазах Лили мелькают одна эмоция за другой. Мне и впрямь её ужасно жаль.

Даже не хочется с ней расставаться.

Ведь неизвестно, удастся ли ей благополучно покинуть этот дом. Что, если Омар, следуя примеру её отца, всё-таки захочет отправить её в дом Утех? Теперь я просто не имею понятия, чего от него ждать.

— Собирайся, — отвечаю, и она шумно выдыхает своё облегчение. На щеках появляется румянец. Глаза Лили сверкают довольным блеском. И я вдруг понимаю, что, возможно, мне и не стоит оставаться сейчас совершенно одной.

Уже у двери в нашу с Омаром спальню останавливаюсь. Сердце начинает бешено колотиться, и я даю себе немного времени, пока не слышу, как из комнаты доносится стук и шуршание.

Резко открываю дверь и застываю на месте.

Любовница моего мужа сидит на краю нашей с Омаром кровати в окружении моих разбросанных платьев. Сбоку от неё на покрывале рассыпано содержимое моей шкатулки с украшениями, держит чашку моего чая — того самого, что заварила для меня Лили.

— О, — произносит она, когда поднимает на меня взгляд, — ты за вещами? Я тебе помогу собраться.

Вхожу в комнату и чувствую, как боль от предательства мужа медленно вытесняет ярость. Клокочет во мне, заставляя гореть внутри.

Привёл в дом, пустил в мою комнату, открыл перед ней, что я иномирянка.

Как жаль, что Боги не одарили меня второй ипостасью, не то обратилась бы в дракона и залила огнём своей ярости всё это поместье. Спалила бы его дотла без сожаления.

То, как эта мерзавка сидит на моей кровати, как перекидывает ногу на ногу, склоняя голову, обдаёт меня полным презрительной жалости взглядом, заставляет сжать кулаки, чтобы не схватить её раньше времени и не вышвырнуть из своей комнаты.