Брошенная жена. Искра генерала-дракона

Глава 7

Дорога до моего нового дома далась мне непросто.

Как только мы с Лили оказываемся в карете, меня накрывает волна пережитых эмоций. Я не слышу ни стука колёс, ни голоса моей служанки. В ушах стучит кровь, корсет больно сдавливает грудь, а сиденья кажутся слишком жёсткими.

Я не хотела вспоминать, как муж при всех обхаживал любовницу, как позволил ей разорить наш уютный дом, который я с заботой и любовью создавала на протяжении многих лет. Как унижал меня при всех, а потом отобрал любовь и доверие сына.

Закрываю глаза и качаю головой.

Нахождение в карете заставляет меня вспомнить о том дне, когда я в последний раз была рядом с отцом.

Мы возвращались домой, знали уже, что где-то рядом со столицей случился прорыв, но и подумать не могли, что на середине пути окажемся в самом его эпицентре.

Сначала нас встряхнуло так, что я повалилась вперёд и разбила бровь, а затем в нос ударил сильный запах дыма и металла.

Крики, лязганье мечей словно по щелчку заполнили всё пространство вокруг.

Я знала, что у отца был портальный камень и мы немедленно могли отсюда уйти, но как только он ко мне потянулся, ко мне в нашу карету сунулся орк.

Я кричала от боли, когда он вытащил меня за волосы и бросил в середине пепелища, подзывая своих товарищей. Затылок горел от боли, от удара в глазах всё ещё мелькали чёрные точки, а звуки я слышала, как сквозь толщу воды. Видела, как отец бросился меня защищать, видела, как начался хаос, а после стали мелькать и солдаты Его Величества.

Полноценно защищаться я не умела, лишь дать отпор и броситься бежать. Бежать отсюда было некуда, но я всё равно отбивалась. Вскрикнула, когда меня снова схватили за волосы, левую руку и плечо прострелила боль, но я, стиснув зубы, принялась отбиваться. Попала тому, кто меня тащил, в живот, и, как только ослабла хватка, бросилась прочь, пока меня не схватил другой. Залепил мне звонкую пощёчину, от которой на мгновение замер мир вокруг и я повалилась. А потом достал меч и замахнулся.

Я даже не зажмурилась, несмотря на то, что меня колотило от страха и судорогами сводило от ужаса.

Просто хотела показать ему, что не стану прятать глаза.

Вот только удара его меча не почувствовала.

Стоило ему оскалиться и замахнуться, как он тут же повалился на землю под весом солдата-дракона.

Я только успевала с широко раскрытыми глазами следить за ходом их боя, молясь про себя, чтобы орк был повержен.

Солдат передо мной действовал быстро, чётко. В каждом его движении чувствовалась уверенность в себе и сила. Он нападал первым, не давая возможности орку атаковать, только отбиваться. Его сила окутала меня словно мягким пледом, и даже дрожь в теле ослабла.

— Идём со мной, — произнёс он и подхватил на руки. А я осматривалась в поисках отца. О нём и сообщила солдату. Попросила отнести меня к отцу, но в таком хаосе его найти казалось нереальным. — Меня зовут Омар. Давай для начала спасём тебя из этого кошмара, а после я подумаю о твоём отце, — он поставил меня рядом, убедился, что могу стоять, и только потом заглянул в лицо. — Всё будет хорошо. Веришь мне? Я не позволю тебе навредить, — в его голосе, каждом движении и полуулыбке была такая уверенность, что я действительно поверила. Кивнула, потому что не доверяла своему голосу. На мгновение утонула в потрясающих синих глазах, никогда прежде такие не видела, а затем его зрачки вертикально вытянулись в тонкую иглу, и он, взяв меня за руку, толкнул за свою спину.

Тело ломило от боли, голова была словно в огне, когда меня снова начало колотить, а страх ледяными щупальцами стягивал по рукам и ногам.

Мы оказались окружёнными толпой орков. И если поначалу Омару удавалось хоть как-то отбиваться, держа меня за спиной, то потом это оказалось нереальным. Их стало слишком много.

— Будь рядом, я тебя защищу, — бросил он мне через плечо, а затем принялся оборачиваться в дракона. Как раз в тот момент, когда орки принялись атаковать нас стрелами. Одна из стрел со свистом пролетела рядом, резанув меня по плечу, а затем меня укрыли мощные крылья дракона. Обняла себя руками просто потому, что понятия не имела, что делать дальше, а когда Омар отбился от лучников, его яростный рык встряхнул воздух, и он, взмыв в небо вместе с остальными обращёнными драконами, принялся заливать орков огнём.

С отцом я увиделась гораздо позже, когда меня уже осмотрел и перевязал лекарь.

Его разместили в большой, просторной палате. Отец лежал на широкой кровати белый как полотно и, когда увидел меня, просиял. Я уже знала, что он не выберется, знала, что рана, которую нанесли ему орки, смертельна.

Они поняли главную слабость дракона, били тем, что смертельно ранит внутреннего зверя. Ни один дракон не сможет выжить после гибели своего зверя.

Я старалась не плакать, давилась рыданиями и слезами, когда присела рядом с ним на кровать. Хотела выть раненым зверем, только бы не признавать, что единственный, кому я была нужна в этом жестоком мире, не выживет. Проклинала, внутри себя возненавидела орков и мечтала, чтобы ад обрушился на их поганое королевство.