Брошенная жена. Искра генерала-дракона

Глава 8

Нахожу в своей сумке кулон отца и надеваю. Накрываю рукой и закрываю глаза, вспоминая тот момент, когда впервые надела этот подарок. Не знаю, зачем после сняла.

Выхожу из комнаты и двигаюсь на приглушённый звук голосов, а когда появляюсь на кухне, Лили немедленно подскакивает, но я жестом её останавливаю.

Пусть привыкает, что она больше не моя служанка, а я ей не госпожа.

— Хорошо, что ты пришла, — произносит Матильда и тоже поднимается. Указывает мне на стул, и я присаживаюсь и наблюдаю за тем, как Матильда отходит к кухонному шкафчику и что-то оттуда достаёт.

Кухня небольшая, но уютная, пропитанная запахом испечённого хлеба, топлёного молока и мёда. Кажется, что даже моя внутренняя боль и тревога отступают.

Когда Матильда возвращается к столу, ставит передо мной тарелку с ягодами, а затем двигает и тарелку с бульоном. Только после этого замечаю, что стол буквально ломится от еды. Здесь и пирог с мясом, и овощи, и что-то вроде открытых пирожков. Громко глотаю, когда во рту скапливается слюна от аппетитных угощений.

Когда только успела всё это наготовить?

Лили всё же суетится и ставит рядом со мной кружку с дымящимся чаем. Запах его приятно щекочет нос, и я впервые за последние дни ощущаю голод.

— Ты сильно не спеши, — произносит Матильда и подаётся ближе ко мне, усаживаясь напротив. Внимательно осматривает и поправляет свои серебряные волосы, собранные в аккуратную причёску. — Ты бульон сначала поешь, а то выглядишь, будто неделю не кормили. Так может и плохо быть. У меня тесто масляное, жирное. Я не жалею, нет, просто тебя берегу. А если что, я завтра и новое могу испечь, и по запросу твоему что-нибудь. Я свою племянницу давно не видела, а она, благодаря твоему отцу, настоящей красавицей стала. И умной ещё, — добавляет она и косится на Лили, — Мне Лилька о тебе ничего не рассказала. О личном. Упомянула только, что ты переживаешь большое горе. Я в твои дела, конечно, лезть не буду, но если сама решишь рассказать, всегда выслушаю.

— Тётя! — одёргивает её Лили и нервно перебирает ткань платья, когда мы обе смотрим на неё. — К ней на «вы» нужно. Ну, я же предупреждала.

— Не нужно ко мне на «вы», — опережаю вопросы Матильды и строго смотрю на Лили, — ты разве ещё не поняла, что наша жизнь изменилась? Не госпожа я тебе больше. Оттого не надо мне выкать. Мы с тобой завтра с утра в город вместе пойдём. Будем там работу искать, да и, судя по всему, ползать, урожай собирать или в земле копаться, — поворачиваюсь к Матильде и спрашиваю:

— Или у вас другой заработок?

— Я живу на свои пирожки и соленья, — как-то растерянно отвечает она. — Но для вас… для тебя у меня другая работа.

Соскакивает и какое-то время суетливо бегает от одного шкафчика к другому. Бубнит себе что-то под нос, а затем возвращается.

— Вот он. Смотри, — кладёт передо мной нож, и я немедленно опускаю взгляд. — Лилька мне сказала, что твой отец мастерской владел. А у меня друг вот такую красоту делает. Ты разбираешься? Достойно мастерит?

Выполнено очень хорошо.

Толстовато у основания, но это не имеет значения, потому как работа качественная, а значит, вещь эта не только красивая, но и прослужит долго. В отличие от быстро сделанного, долго не затупится. А то, как аккуратно выполнен витиеватый узор на ручке, подсказывает мне, что сделан этот нож был с любовью и с целью впечатлить.

— Отличная работа, — отвечаю и поднимаю взгляд к её лицу. Улыбка на лице Матильды тут же становится шире, а щёки розовеют.

— Что ещё за друг? — вмешивается Лили. — Тот, для которого ты всё это наготовила, а мы нагрянули?

— Кому бы ни готовила, а твоему приезду рада, — бросает она Лили и снова впивается в меня взглядом. — Ты ему помоги, ладно? Не задаром, конечно. Он делает хорошо, да вот только торговаться совсем не умеет. У него маги из Люминель, — она указывает рукой в сторону большого окна. — Всё это за бесценок раскупают. А он и поднять цену боится. Если они брать перестанут, совсем туго будет. Я завтра тебя к нему отведу. А как ты ему покажешь, что своё дело знаешь, так будете делить заработанное, — просит Матильда, и я кусаю внутреннюю сторону щеки. Делать ножи и мечи я, может быть, и не умею, но вот реализовать их вполне способна. Да, в последнее время мастерская отца была в долгах, но вовсе не по моей вине, только благодаря мне она, будучи в долгах, процветала.

— Ну чего молчишь? — нетерпеливо спрашивает Матильда, и её волнение повисает в воздухе.

— Помогу я твоему другу, а он пусть поможет мне.

Не даю себе возможность размечтаться, но всё-таки внутри становится тепло от осознания, что я смогу зарабатывать привычным делом и что у меня появится шанс забрать сына.

По совету Матильды я сначала приступаю к бульону, а потом, не удержавшись, тянусь к одному из мясных пирожков. Должна признаться, что это лучшее, что я ела за последнее время. Мягкое, пышное, невероятно вкусное тесто в сочетании с сочной мясной начинкой заставляет меня забыть обо всех проблемах.

После ужина мы ещё долго остаёмся за столом и пьём травяной чай с вареньем. Лили то пропадает, то снова возвращается, а я рассказываю Матильде о своём муже. Лишь малую часть, в основном затрагиваю потерю отца.

Когда возвращаюсь в комнату, замечаю, что Лили уже застелила мне постель.