Будь что будет

Глава 29. ШТУРМ

Летний день начинал клониться к закату, в лучах, пронизывающих пространство большого зала, искрами вспыхивали кружащиеся пылинки.

– Гонец у ворот, Ваша светлость, – девушка, что докладывала Максимилиану, почтительно откозыряла. Она была чем-то похожа на сестренку Адель: такие же карие глаза, густые брови, широкий улыбчивый рот. – Говорит, от Самого, – она почтительно выделила последнее слово. – Патрульные говорят: точно один пришел. Господин маг глянул: все чисто, свойский. И пароль сказал верно. Звать? Он у вторых ворот ожидает.

– Да. Пригласите его в замок.

– Вы, как и мы все, освобождены от клятвы волею магистра, – сразу перешел к делу гонец, обращаясь к собравшимся. – Проклятие, что заставляло брата идти на брата, было на ее словах. Орден прекращает быть, но начинается заново. Если вы с нами, – вас ждут во Франции, в Провансе. Вы продержались здесь все это время, но надо поторопиться. Имеет смысл выступить завтра на рассвете…

***

Выступить им не дали: в сгущающихся сумерках патруль доложил, что по дороге к замку приближается вооруженный отряд в несколько сот человек.

Когда батальон прусских гусар, сопровождаемый конной артиллерией и ротой фельдъегерей, приблизился небольшому и явно спешно покинутому поселению на подступах к горной цитадели Тарашп, их уже ждали: на стенах замка горели факелы и стояли бойцы. При виде противника гарнизон разразился насмешливыми приветствиями и выстрелами из ружей, затем в их сторону полетело ядро, упав вблизи первой шеренги конных и перепугав лошадей.

«Сколько же у них народа? – думал возглавляющий отряд полковник, пока артиллеристы спешно выпрягали лошадей из лафетов и размещали пушки под прикрытием строений. – Сказали: человек сто с небольшим, в том числе штук двадцать проклятых колдунов, из-за которых и была затеяна эта кампания. Негусто на такой большой замок. Велено по возможности брать живых, а там разберемся».

Собственно, на этот приказ и была рассчитана столь превосходящая численность бойцов: была вероятность, что каждым двум-трем придется конвоировать мага.

Меж тем, группа егерей – штурмовиков, необходимых для взятия замка, –вооружившись веревочными лестницами, крючьями и прочими приспособлениями такого рода, под прикрытием деревьев и сгущающейся темноты выступила в обход крепости. Полковник сделал знак адъютанту, что стоял рядом с рупором наготове.

– Дитрихштейн! – проорал тот – да так громко, что окружающие на миг оглохли. – У тебя нет шансов, Дитрихштейн! Ты заперт в своем замке, и подмога не придет! Твой выход – сдаться и выдать нам колдунов, иначе вы все будете перебиты!

– Колдунов, ну надо же! А кого еще тебе выдать, прусская пьянь? Может, зеленых чертей? – раздалось в ответ, затем со стен вновь прилетело ядро, свалив одну из закрепленных пушек и убив канонира, снова раздались ружейные залпы.

– Что ж, – пожал плечами полковник. – Как хотите. Огонь!

Залп из десяти пушек ударил по замку: частично по наружным воротам, которыми заканчивалась подъездная дорожка, ведущая к барбакану, – обычными чугунными ядрами, частично поверх стен во двор – брандскугелями и разрывными. Небольшая группа солдат с крючьями и веревками полезла на штурм сторожевых башенок по краю подъездной дороги, – на их оборону у защитников замка просто не хватало людей.

– Мы долго не выдержим полноценного артиллерийского боя, – спустя час сказал Максимилиану командир гарнизона. – Боеприпасов немало, но у нас лишь четыре пушки против их десяти. По воротам бьют кучно, и рано или поздно они разобьют крепления и пойдут на штурм, значит приличную часть бойцов придется сосредоточить на одной стене, чтобы отстреливать лезущих по склону.

Максимилиан прицелился из штуцера, высовываясь из-за выступа: на меткость он никогда не жаловался. Что ж, отлично, на одного пушкаря у неприятеля стало меньше, но на его место сразу встал один из спешившихся кавалеристов. Пять сотен против сотни и четыре пушки против десяти – шансов и в самом деле было мало.

Неподалеку пропела труба – судя по звуку, где-то в северной части замка.

– Что за черт? – Максимилиан обернулся.

– Штурмовики, Ваша светлость, – доложил примчавшийся с той стороны боец. – Пробрались незаметно и лезут на стены: небольшая группа даже прорвалась во внутренний двор, хоть их и удалось перебить почти сразу.

– Что ж, не зря мне показалось подозрительным несовпадение количества солдат, о которых доложил патруль, и того их числа, которое мы видим, – кивнул командир. – Мы вряд ли выстоим, Ваша светлость. Периметр слишком велик: лазутчики могут пробраться с любой стороны, крышу приходится гасить, а артиллерию – не подпускать ближе. Нас слишком мало для всех этих задач…

Его речь прервал сигнал другой трубы – на сей раз значительно дальше, на дороге, почти невидимой отсюда из-за сгущающейся темноты, и через несколько мгновений с той стороны высыпал еще один немалый отряд кавалеристов, сразу же пытаясь взять в кольцо пруссаков и прижать их к стенам замка. Пошла ожесточенная сеча, на вновь прибывших развернули несколько пушек, – но до стрельбы не дошло, так как они вплотную теснили своих.

– Судя по всему, на этот раз Австрия, – командир передал Максимилиану подзорную трубу. – Что ж, они вовремя, но вряд ли это нам как-то поможет.

– Дитрихштейн! – тем временем проорал предводитель вновь прибывших, и голос австрийца мало отличался от голоса горластого прусского адъютанта. – Замок окружен, у вас нет шансов! Рекомендую вам сдать всех магов и выйти по одному!