Будь моим... оборотнем

Глава 6. Причина всех бед

Родной дом — как сладко это звучит. На настенных часах без трех восемнадцать. Ещё даже не ночь. Отлично, успею отписаться и позвонить всем тем, кто наверняка волновался, куда я пропала. Хотя а волновались ли?.. С родителями я общаюсь редко, ну нет у нас тяги бесцельно болтать по телефону. Уж лучше увидеться. А друзья... побеспокоились и успокоились, как говорится.

Ну да, десяток непрочитанных сообщений и три пропущенных звонка. И всё. Мое двухнедельное — мамочки, целых две недели! — исчезновение осталось незамеченным. Стало грустно: никому я не нужна, никто не забил тревогу...

И всё-таки я написала каждому. Сказала, что тайно сорвалась отдыхать с новым кавалером. Каким? Пока не скажу, но мужчина — один на миллион. И что мы провели четырнадцать дней в раю. История была сшита белыми нитками, но подружки-знакомые поверят... Должны поверить.

Я выглянула в окно. Злая метель окутала улицу снежной шалью, и редкие прохожие казались темными пылинками. Снег ломился в окна. Гнулись ветки деревьев.

А где-то тепло, и деревья стоят неприступными стражами, журчит вода, и базарные торговцы зазывают покупателей. Где-то есть серые глаза, осунувшееся лицо и светлые волосы. И волчьи впалые бока.

Почему в сердце так... пусто? Где же те нерешенные дела, ради которых я стремилась обратно? Где же все друзья и подруги, к которым я рвалась? Никого и ничего — только пустота.

Чем заняться сегодня, чем завтра? Пойти в институт, а на вопросы, откуда у меня шрам на виске, ответить по-глупому просто: «Упала»?

Ага, отдыхала в раю и упала...

Какая гнусная ложь!

Мне понадобилось тридцать ударов сердца, чтобы отойти от окна и всмотреться в циферблат часов. Прошло пятнадцать минут. В запасе около тридцати.

Есть только одно решение, и оно самое верное.

Так быстро я ещё не собиралась. Спортивная сумка отыскалась на антресолях. В неё я уложила все имеющиеся в аптечке таблетки: от головной, зубной и всякой другой боли, от гриппа, кашля, насморка, проблем с желудком, мази, йод, марлю. Из ванной взяла непочатый кусочек мыла, с кухни — гречу, рис и пшено. Кинула в боковой кармашек зажигалку и блок спичек (бес его знает, откуда он у меня). Запрятала кухонный нож, маленькую кастрюльку, пару ложек. Впопыхах наполнила водой пластиковую двухлитровую бутылку. Побежала к шкафу и беспорядочно накидала свитеров и джинсов, колготок, носок и нижнего белья.

На первое время хватит. Я справлюсь. Нет, не я — мы.

Время близилось к девятнадцати часам. Осталась самая малость.

Сложнее всего было набрать мамин номер. Я вслушивалась в гудки и отсчитывала их, боясь не успеть.

— Анечка?! — Мамин голос звучал взволнованно. — Мы звонили тебе, но ты не ответила.

— У меня всё хорошо, — сглатывая слезы, отрапортовала я. — Мне нужно срочно уехать, и я не знаю, когда вернусь обратно. Я вас очень люблю, мамочка. Не волнуйтесь!

— Что с тобой? Где ты? Что случилось? — кричала мама в трубку, но я уже попрощалась и выключила телефон.

Обводя последним взглядом всё то, без чего раньше жизнь казалась невозможной, я очень боялась, что время уже вышло. Но сердцем чувствовала — проход на месте. Едва я подошла к тому месту, откуда вышла, как воздух пошел рябью.

Куда я хочу попасть? Кухонька ведьмы, где есть только печь, стол и три стула.

***

Выбежала во двор, налету распахнув входную дверь. Там стояла старая ведьма, зябко кутающаяся в цветастую шаль. Она смотрела куда-то сквозь деревья и поля, сквозь лес, и прижимала ладони к груди.

— Прейя...

Она резко обернулась.

— Анна?! Что ты тут... — ведьма прикусила губу. — Безрассудный поступок. Зря ты не осталась там, зря...

Мне не хотелось тратить драгоценные секунды не беседы. Зря или нет — узнаем позже, но это единственно верное решение.

— Где Ричард?

— Ушел к лесу. — Карие глаза остекленели. — Решил выиграть тебе время ценой своей жизни. Милая, — она схватила меня за рукав, — я бы помогла ему, но он попросил остаться. Умри я, ты была бы совсем незащищена... А так...

Я металась раненым зверем, сумка оттягивала плечо. Никогда бы не подумала, что время станет дороже любых ценностей, а слова превратятся в непозволительную роскошь.

— Почему охотники гонятся за нами?! Из-за того, что Ричард кого-то убил?

Она посмотрела на меня с полным непониманием.

— Аура твоего друга чиста.

— Что это значит?

— Он никого не убивал. Охотники гонятся за любым оборотнем, для них они преступники по крови, но не по деяниям.

Черт, какая же я идиотка! Поверила гнусной лжи, заочно возненавидела человека за то, что он не совершал!

— Мне нужно бежать!