Будь моим палачом

Глава 8

            Октябрь подошел к середине. Ремонт приобретенного герцогиней Делайн особняка шел полным ходом. Иногда она приезжала в него якобы для того, чтобы проверить, как идут работы, но на самом деле, чтобы побродить по просторным комнатам и представить, как счастливо она здесь заживет, может быть даже не одна.

            Интересно, получится ли у нее когда-нибудь создать семью? Правилами это не запрещалось, но и не приветствовалось: у инкатора не должно было быть слабых мест. За последние двести лет только четыре инкатора заключили браки, и только у двоих из них были дети.

            О детях Юлиана даже не мечтала. Лучше вовсе не знать счастья быть матерью, чем – не дай Бог! – потерять своего ребенка. А о том, что имея мать-инкатора, малыш будет в постоянной опасности, она знала наперед.

            Нет, детей ей заводить никак нельзя! Взять того же Карминского, который уже дважды был в браке и, хотя его жены были чуть ли не втрое моложе его, отцом так и не стал. Зато вдовцом успел стать дважды, причем обе его жены покончили жизнь самоубийством, что мало кого удивляло.

            А вот Хиггинс даже не помышлял о браке: он был женат на своей профессии и любил ее до самозабвения. Юлиана не хотела загадывать наперед, но склонялась к мысли, что и для нее одиночество – наилучший образ жизни, ведь когда у тебя нет близких, то никто не сможет причинить им боль. Но вот ведь проблема: когда их нет, больно тебе!

            Дни шли, деревья и кусты теряли свое яркое убранство, и осень все чаще хандрила, не желая расставаться с их красотой. Земля все больше остывала, впитывая ее холодные слезы, и даже плотный ковер из опавших листьев не мог ее согреть.

            Юлиана хандрила вместе с природой, отчасти из-за  отсутствия друзей, отчасти — из-за того, что работа не ладилась.

            Уже целых три недели все спецслужбы страны выслеживали хакершу, избиравшую своей мишенью правительственные базы данных. Она легко взламывала их одну за другой, как будто они не были защищены десятками различных способов. Для чего ей нужна была информация, никто не знал – та пока нигде не всплыла, но власти с ужасом ждали дня, когда ее пустят в ход.

            Инкатория работала без выходных, поимка гениальной хакерши стала для ее сотрудников идеей фикс. И тут вдруг Юлиане повезло: на след хакерши вышли сотрудники именно ее отдела. Она понимала — ее личной заслуги в этом было ничтожно мало, и за этот дар судьбы следовало благодарить  хорошо отлаженную агентурную сеть инкатора Витовского, чье место она заняла. Как бы то ни было, неожиданная удача окрылила девушку. Она решила пока никому не рассказывать о появившейся зацепке, а отыскать и арестовать взломщицу самолично. Может, тогда инкаторы не будут считать ее такой бесполезной.

            Все должно было решиться в среду. В то утро герцогиня с нетерпением ждала новостей от своих агентов. Она бралась то за одно дело, то за другое, но сосредоточиться на работе никак не могла: в голове была только хакерша и мечты о ее аресте.

            В дверь кабинета постучали. Юлиана чуть не подпрыгнула от волнения, но это оказался лишь ее секретарь Эван Купер. Среднего роста брюнет, немного за тридцать. Чуть смуглая кожа, всегда идеальная стрижка, всегда идеальный костюм. На треть он состоял из элегантности, на две трети — из прагматизма, скрупулезности и исполнительности.

            — Ваша светлость, к вам посетитель, — сообщил он. — Капитан Айден Демме, сотрудник службы исполнения приговоров.

            Герцогиня удивилась: прежде представители этого департамента к ней не являлись.

            — Что ему нужно?

            — Говорит, дело чрезвычайно важное. Какое именно — не знаю, расскажет только вам. Вы примете его, или передать отказ?

            Удивление Юлианы сменилось любопытством.  

            — Пусть войдет, – позволила она.

            Купер шагнул за дверь, а спустя несколько секунд в кабинет вошел статный мужчина в темно-серой форме. На миг замер, потом почтительно склонился, сжимая в руках свернутую трубочкой бумагу. Секретарь вошел следом за ним и стал у стены, ожидая новых распоряжений начальницы.

            Айден впечатлил инкаторшу с первого взгляда. Таких, как он, ее университетская подруга называла опасными мужчинами: суровое лицо, уверенные движения, горевшие решимостью глаза и тело атлета. Его возраст можно было определить лишь по блестевшей в гладких темных волосах седине и глубокой складке на лбу. Некогда рассеченные ножом уголки рта капитана были опущены вниз и придавали ему недовольно-угрожающий вид. Но голос оказался на удивление глубоким и приятным.

            После короткого обмена приветствиями Айден сразу перешел к сути дела.