Будь моим палачом

Глава 37

— Наркотики? – нахмурилась Юлиана.

            В этом единственном слове было столько холода и отчуждения, что Дэниелу стало зябко и промозгло, как на полюсе, а его неприязнь к Стюарту побила все олимпийские рекорды.

            — Вы правда были в состоянии наркотического опьянения, круша соседские машины, мистер Винтер? – строго спросила герцогиня. – Или у вас действительно прихватило сердце?

            Взгляд Дэниела стал жалобно-несчастным, как у отвергнутой хозяином собаки, но сдаваться без боя он не спешил.

            — Клянусь, не было никаких наркотиков! – густо краснея, соврал он. – И сердце у меня тоже в порядке, если честно. Просто я курил за рулем, каюсь! Сильно перенервничал вчера и хотел успокоиться прежде, чем вернусь к жене. Никак не могу привыкнуть к этой работе... Ну, в смысле, мне все еще тяжело здесь психологически... – Скептический взгляд Юлианы, как и назойливое присутствие Стюарта, неимоверно смущали его, и он поспешил закончить с объяснениями. – Короче, сигарета выпала изо рта и прожгла мне брюки. Я дернулся от боли и крутанул руль не туда, а скорость еще не успел сбавить. Со всего маху вмазался в стоявшую справа машину, резко вывернул руль и зацепил вторую... В общем, все из-за сигареты!

            Стюарт аж подскочил.

            — Да врет он все, Ваша светлость! – воскликнул он. – Вы же видели снимки! Там словно автомобильный пресс поработал!

            — Может, я и плохой водитель, но ведь мы сейчас говорим не об этом? – враждебно уточнил Дэн.

            — Да невозможно из-за какого-то пустякового ожога так изувечить около десятка машин! – завопил возмущенный наглостью Винтера Фред.

            — Можно! – тоже поднимаясь, прорычал Винтер. – Я очень чувствителен к боли!

            — Да ты просто укололся или накурился!

            — Нет! – честно ответил Дэн, про себя рассудив, что таблетки – не курево и не инъекция.

            Склонив набок голову, Юлиана недобро смотрела на своего бесстыдно огрызающегося помощника.

            — Это легко проверить, – сказала она. – Сейчас я попрошу привезти тест и мы проверим мистера Винтера на наркотики, а уж потом будем делать выводы.

            Ее слова оглушили Дэна, словно стук молота, забивающего гвозди в крышку его гроба. Он беспомощно уставился на инкаторшу, взглядом упрашивая ее сжалиться над ним, но она неумолимо продолжала.

            — Я надеюсь, что анализ потвердит ваши слова, Дэниел. Но если догадка Фреда окажется верной, то это будет ваш последний день работы в инкатории. Здесь не место наркоманам и дебоширам! И уж тем более мне не нужен помощник, за которого мне придется краснеть!

            Винтер с ненавистью посмотрел на ябеду. Тот ответил ему полным превосходства взглядом безупречно чистого сотрудника и демонстративно отвернулся к окну.

            Велев им обоим ждать в приемной и даже не заговаривать друг с другом, пока она не узнает истину, Юлиана выставила спорщиков за дверь.

            С чувством выполненного долга, Стюарт поклонился герцогине и вышел. С трудом сдерживаясь, чтобы не дать ему за стукачество пинка, Винтер поплелся следом.

            Эван окинул их безразличным взглядом и вернулся к работе с документами.

            Разместившись на разных концах дивана, враги принялись ждать, время от времени буравя друг друга воинственными взглядами.

            Ожидание давалось Винтеру очень нелегко. Хотелось выть от злости и досады, а еще больше — пустить в ход кулаки, чтобы стереть гаденькую усмешку с самодовольной физиономии Фреда. Жаль, но позволить себе этой маленькой радости он не мог — побить помощника самого Хиггинса рискнул бы только безумец или самоубийца. Даже высказать ему свое негодование было невозможно, ведь Юлиана запретила им разговаривать, а злить ее еще больше Дэн не смел. За два месяца рядом с ней он научился безошибочно понимать, когда перед ним была закадычная подруга, а когда — инкатор. К несчастью, сегодня был как раз второй случай.

            "Да что ж за невезуха такая?" – сокрушался Дэниел, нервно царапая подлокотник ногтем. — "Найти работу мечты и потерять ее из-за какого-то расфуфыренного пижона! Элен меня точно убьет... И лаборатории мне теперь тоже не видать..."

            От этой мысли настроение Винтера снизилось до абсолютного нуля, а глаза вперились в одну точку, в которой проносились самые неприятные картины возможного будущего.