Будь моим происшествием

Глава 17

Всю дорогу мы говорили о чем-то, но я даже не запоминала. Было уютно рядом с ним. Странно, разве так бывает, когда совсем мало знаешь о человеке? Он как будто разрывал мои шаблоны, переворачивал привычное восприятие мира, заставлял меня не думать, а просто чувствовать.

К моему дому подъехали как-то незаметно для меня самой. В машине воцарилась тишина, которую никто не нарушал. Кирилл, желая избавиться от неловкого молчания, взял меня за руку и наклонился, чтобы поцеловать. Первый раз за весь вечер. Но удивил, поцеловав не в губы, а в висок, в щеку, а затем – в шею, свободной рукой убрав мои выбившиеся из закрепления заколкой волосы назад.

И я бы не соврала, если бы сказала, что в этот момент мира вокруг не существовало. Он весь был между нами. И только рука Кирилла, с силой сжимавшая мою ладонь, удерживала меня в реальности.

Он был особенным, этот парень, который знал что-то неведомое для меня самой. Мне раньше казалось, что я умею любить и чувствовать. Но я заблуждалась. Сейчас я понимала: все, что было раньше, оказалось лишь слабой пародией на настоящие чувства. Демо-версией. А сейчас – полный вариант, и он не был похож ни на что другое.

Его медленные поцелуи сводили с ума, и я больше не могла терпеть. Жадно, дико сама впилась в губы Кирилла, обнимая руками его шею и запуская разряд искр между нами.

И снова я потеряла счет времени, не зная, сколько это продолжалось. Мы целовались минуту? Десять? Час? В какой-то момент Кирилл просто взял меня за запястья и чуть отстранился, но так, что его лицо все равно было слишком близко.

- Вита, понимаешь? Ты - лучшее, что случалось со мной, а я хочу быть лучшим, что случится с тобой. Доверься мне, и я сделаю для нас все, что смогу.

Он почти шепотом произнес это, но слова пульсировали где-то внутри меня, как будто их прокричали в рупор.

Он снова удивил. Кирилл уехал без всяких намеков на продолжение вечера и попыток напроситься ко мне в гости.

Воскресенский сказал, что мне нужно время, чтобы все понять. Я не должна бояться, что с нами случилось лишь наваждение или обычное желание, которое быстро отпустит. «Нас не может отпустить», – такими были его слова. Слишком резко мы запрыгнули в омут, утаскивая друг друга все глубже.

Чуть позже я сидела на балконе, обхватывая голые колени, а любимый зелёный чай впервые в жизни казался мне безвкусным. Все вокруг словно потеряло цвет и вкус, а собственная квартира не казалась надежным убежищем, ведь убежать нужно было от себя самой. В висках бешено стучало, а пульс отбивал ритм слов, поселившихся в голове. Или это у воздуха был звук? Звук его голоса, не иначе.

«Доверься мне, и я сделаю для нас все, что смогу»

Казалось, он забрался под кожу, по венам прокладывая дорогу к сердцу. И самое страшное, что я не могла врать самой себе. Я влюбилась. Чёрт, даже больше, чем просто влюбилась.