Будет больно

Глава 11. Вот значит как?

— Ты ничё не попутал, Басман? — щурится он и делает шаг ко мне. — Я первый её забил!

— Трёхочковый иди учись забивать! — усмехаюсь я и не двигаюсь с места.

А Коровин тем временем ступает ко мне. Останавливается в шаге от меня.

— Я сказал, что она со мной, — цежу сквозь зубы, впиваясь в него тяжелым взглядом.

И вместо ответа Коровин замахивается, но я успеваю отклониться от прямого удара справа. Несильно ударяю его снизу в подбородок и он отшатывается. Хватаю Коровина за грудки и укладываю на чью-то кровать.

— Ты чё? Бессмертный?! — рычу ему в рожу.

— Да пошёл ты! — толкает он меня. — Я первым её забил! — вопит, дёргаясь. — У пацанов спроси!

— А чё ты пацанов приплетаешь?! Сам отвечай! Ромашкина моя! Понял?!

— Пацаны, вы чего?! Из-за чокнутой?! — подбегает к нам Адамов. — Хорош! Обоих выпрут из лицея!

— Да просто Басман, как обычно, первым хочет быть! — ржёт кто-то из пацанов за спиной.

Я замираю. Да ладно?!

— Отвали! — Коровин пользуется моим замешательством и бьёт меня по запястьям. Толкает и я позволяю ему встать.

Поправляю майку на себе.

— Чё ты сказал?! — поворачиваюсь к тому, кто ляпнул за моей спиной.

Минаев.

— А чё такого? — ухмылка сходит с его лица. — Ритка рассказывала, что…

В этот момент дверь в комнату распахивается и заходит комендант общаги Карась.

— Что тут у вас? — хмуро обводит нас взглядом. — Ну-ка! По комнатам разошлись! Басманов!

Смотрю на него.

— Отец к тебе приехал. Иди давай!

— Сейчас! — отвечаю.

— Все по комнатам своим! — ещё раз кидает нам Карась и уходит.

Батя приехал. Как всегда, не вовремя! Гестаповна уже настучала.

— Короче. Ромашкина со мной. Понял?! — зыркаю на Коровина. — Подойдёшь — убью! Всех касается! — обвожу взглядом всех пацанов. — Не слышали, что Карась сказал? По комнатам, детки!

Усмехаюсь и выхожу из комнаты. Быстро сбегаю по лестнице вниз, а в башке так и крутятся слова Минаева. «Первым хочет быть».

Ромашкина. Вот значит как?

Ухмыляюсь про себя.

Толкаю дверь и оказываюсь на улице. Батина тачка стоит чуть поодаль. Он сигналит мне огнями и я, засунув руки в карманы брюк, неторопливо иду к нему.

Сейчас будет мораль читать. Воспитывать.

Пофиг вообще. Я уже думаю о том, как сегодня окажусь в бабском корпусе. Навестить кое-кого надо.