Будет больно

Глава 45. Нежные пальчики

Всё так удачно складывается, что кошку с котёнком без проблем берут в приют.

Пока Данияр что-то обсуждает с хозяйкой приюта, я сижу на корточках и играюсь с котёнком под строгим надзором мамы-кошки.

Я так счастлива, что о том, что надо заплатить, вспоминаю только, когда мы уже выходим из здания приюта.

— Ой! Я деньги забыла дать! — останавливаюсь и начинаю рыться в рюкзачке в поисках кошелька.

У меня должно как раз хватить.

— Погоди, я сейчас! — говорю Данияру и хочу вернуться, но он вдруг берёт меня за запястье и останавливает.

— Расслабься! — произносит с ухмылкой. — Я всё решил.

Удивлённо смотрю на него.

— Что ты «решил»?

— Денег дал, сколько надо, — хмыкает он. — Ещё и сверху накинул на корм. Всё в порядке, Ромашка!

Я чуть хмурюсь.

— Не надо было этого делать, — бурчу тихо. — Я сама могу заплатить. Хорошо, я отдам тебе. Сколько ты заплатил?

— Упрямая, а! — он тоже хмурится. — Не надо мне денег. Так понятно?

— Но это была моя идея, — спорю я. — Ты не должен платить…

— Я и защищать их не должен был, — опять хмыкает и отворачивается. Смотрит куда-то в сторону несколько секунд. А потом снова ко мне поворачивается: — Почему ты такая?

— Какая?

— Упрямая! Другие без слов всё понимают! — вижу, как вспыхивает парень.

Такое ощущение, что ему одной искры достаточно было. И я дала ему эту искру своим спором.

— Ну, тогда и общайся с другими! — не знаю, что заставляет меня это говорить! Зачем?!

Я же не хочу его обидеть! Он помогает!

А я ещё и руку дёргаю, чтобы освободиться из его захвата.

— А я не хочу с другими! — сдвигает грозно брови и руку мою не отпускает. — С тобой хочу!

Не знаю, чем бы это всё закончилось, но из дверей приюта выходит та самая женщина-руководитель приюта, с которой разговаривал Данияр.

— Ой, как хорошо, что вы не ушли ещё! — восклицает радостно. — Вот тут расписаться надо. Я и забыла совершенно!

— Где? — Данияр отпускает меня и поворачивается к женщине.

— Вот тут. За деньги. Спасибо вам большое! — она улыбается ему. — Побольше бы таких неравнодушных людей!

А я вижу, как Данияр смущается. Хмурится, опустив взгляд и ставя свою подпись.

— У вас очень хороший молодой человек! — женщина улыбается мне одобрительно.

— Он… — начинаю я, пытаясь объяснить ей, что она ошибается. Он не мой молодой человек.

— Есть у вас счёт в банке? — перебивает меня Данияр. — Ну, там, чтобы перечислить ещё, когда возможность будет?

— Да, конечно! — радостно кивает женщина. — Вот, карточка нашего приюта, — достаёт из кармана и протягивает ему карточку. — Там все реквизиты.

— Супер, — спокойно отвечает ей Данияр.

Она ещё раз благодарит нас и уходит.

Мы стоим. Не смотрим друг на друга. Я обнимаю себя и рассматриваю траву под ногами. Данияр засунул руки в карманы брюк и смотрит куда-то вдаль.

Тишина между нами становится невыносимой. Но и уйти я не хочу. Почему-то чувствую сейчас вину.

— Ты правда им помогать будешь? — решаюсь, наконец, прервать это тяжёлое молчание.

Данияр поворачивает голову ко мне. Глаза в глаза.

Не выдерживаю, опускаю взгляд и тут только вспоминаю, что у него нога поранена! Опять вижу уже бурые капли крови на ткани брюк.

— Тебе в больницу надо! — говорю я. — Вдруг что-то серьёзное!

— Вот ещё! — фыркает он. — Сам разберусь! Без больницы!

— Данияр! Это же может быть опасно!

— Ромашка, ты чего? — усмехается. — Собаки же не бездомные! Само заживёт! Не поеду я ни в какую больницу!

И я понимаю, что нереально будет его туда затащить. Тогда решаю предложить другое.

— Хорошо, тогда давай просто в аптеку зайдём, я куплю что надо и сами обработаем ногу.

— Хм…

— Данияр! — уже строже смотрю на него. — Ты помог мне с приютом. Я хочу помочь тебе. Тоже…

Он лишь пожимает плечами. И тогда я беру его за руку и веду за собой.

Выглядит это забавно, но он не сопротивляется.

В ближайшей аптеке я покупаю нужный раствор и салфетки.

Мы садимся на скамейку в сквере.

— Брюки жалко, — вздыхаю я, глядя на порванную ткань форменных брюк.

— Да пофиг! Если новые не дадут, хоть в джинсах похожу, а не в этой форме! — усмехается Данияр.

Я встаю со скамейки и сажусь перед ногой Данияра. Он молча наблюдает за мной.

Стараясь не смотреть ему в глаза, я аккуратно задираю штанину и салфеткой промокаю рану.

Это же больно. Я знаю, что больно. Но Данияр молчит.

Поднимаю на него взгляд.

— Больно? — спрашиваю тихо, испытывая нереальное напряжение.

Он так смотрит на меня. Сверху вниз и словно давит к земле своим взглядом.

Мотает головой.

Опять опускаю взгляд и продолжаю обрабатывать рану.

Пальцы трясутся. Я касаюсь его кожи. Чувствую подушечками пальцев жёсткие волоски на ногах Данияра.

Казалось бы, ничего необычного. Я просто обрабатываю рану, но напряжение такое, что у меня пальцы потеют.

Ещё и этого молчание!

— Ничего страшного, — произношу, чтобы разрушить его. — Скоро заживёт.

Встаю, но на парня не смотрю.

— Жаль, — слышу его тихий голос. — Может, ещё пораниться?

Перевожу на него удивлённый взгляд. Он сидит, наклонив голову набок, прищурившись и улыбаясь лишь уголком губ.

— У тебя такие пальчики нежные, — говорит уже серьёзно. — Ради такого я точно ещё что-нибудь сделаю, чтобы тебе было, что обрабатывать.

Чувствую, как щёки вспыхивают.

— Дурак, — бурчу незло и убираю раствор и оставшиеся неиспользованными салфетки в рюкзак.

— Ладно! — Данияр опускает штанину и встаёт. — Мне прямо намного лучше стало! — смеётся. — Поехали назад? А то поздно уже.

Радуюсь, что он не продолжает меня мучить.

— Но ты же помнишь, что с тебя свидание, Ромашка? — Данияр берёт меня за руку и его тепло моментально передаётся и мне.

Сильные пальцы крепко сжимают мою ладошку. Данияр опять уверенно ведёт меня, не оставляя ни единого шанса на отказ.