Будет больно

Глава 47. Аттракцион

— Мне страшно, Данияр! Может, ты один пойдёшь? — я с опаской смотрю на огромное колесо, которое ещё и крутится в воздухе.

— Один не пойду! — уверенно заявляет Данияр. — Не бойся, Ромашка! Ты же со мной будешь! Это знаешь, какой всплеск адреналина! Это очень крутой аттракцион! Я хочу, чтобы ты попробовала! Со мной попробовала!

Кладёт руки мне на талию и лбом прижимается к моему лбу.

— Я хочу, чтобы ты доверяла мне, Ромашка, — произносит тихо. — И ничего не боялась со мной.

— Зачем тебе это? — шепчу, глядя ему в глаза.

Я сейчас так остро ощущаю его. Он словно через эти касания передаёт мне свою энергетику. Заполняет меня собой. Я уже дышу им, потому что не чувствую кислород. Я чувствую его запах.

В месте, где его руки касаются моего тела, сердце посылает такие мощные импульсы, что Данияр наверняка слышит их. Чувствует. Потому что его пальцы чуть сильнее давят на мою талию.

И вопрос этот… не знаю, зачем задаю его. Хочу услышать ответ? Или просто отвлекаю себя от собственных ощущений? Потому что они опять пугают меня.

В школе всё не так. А здесь, в этом многолюдном парке, мы как будто одни. Я не вижу прохожих. В ушах — только голос парня, который сейчас обнимает меня и шепчет почти мне в лицо.

Это то самое состояние, о котором я читала в книгах, где так красиво всё описано, но кажется таким нереальным! А оказывается, оно есть. Оно бывает на самом деле.

Когда реальность размывается, превращаясь в зыбкий туман вокруг двоих. Время замедляется, словно повинуясь только нашему ритму дыхания, а весь мир сужается до точки соприкосновения тел.

Прикосновения Данияра — это электрические разряды, бегущие по венам, растворяющие остатки здравого смысла в океане эмоций. Я растворяюсь в этом моменте, теряя связь с реальностью, где есть только он и его запах — тот самый, который теперь навсегда отпечатается в моей памяти.

Всё, что я сейчас говорю, не имеет значения. Это лишь попытка укротить бурю внутри, приручить эти непонятные и немного пугающие чувства, что накрывают с головой. Но они сильнее логики, сильнее страха, сильнее всего, что раньше казалось важным.

Я закрываю глаза, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли, но они разлетаются, словно бабочки от лёгкого ветерка. Я могу поклясться, что чувствую вкус его губ на своих губах, хотя он ещё даже не поцеловал тебя.

В ушах шумит не только от его голоса — это кровь стучит в висках, это сердце отбивает бешеный ритм, пытаясь вырваться из грудной клетки.

Его руки чуть крепче сжимают мою талию, словно боясь потерять в этой толпе, хотя мы одни в своём маленьком мире. Он наклоняется ближе, и я чувствую тепло его дыхания на своей коже. Время останавливается, растягиваясь в бесконечность этого момента.

Я прикрываю глаза, теряясь в своих же ощущениях. Но тут за спиной Данияра раздаётся недовольный мужской голос:

— Молодые люди, вы заходить-то будете?

Я словно выныриваю из озера и вдыхаю поглубже. Данияр тоже оживает. Чуть трясёт головой и, больше не спрашивая, просто молча тянет меня за собой на аттракцион.

— Чего дрожишь? — спрашивает с улыбкой, сам застёгивая на мне ремни безопасности и уже с серьёзным лицом всё проверяя. — Я рядом!

Садится на соседнее сиденье, пристёгивается и берёт мою руку.

А я и правда дрожу. Но это не от страха. Вернее, мне, конечно, немного страшно. Но дрожу я от переполняющих меня сейчас эмоций. Нет, эти эмоции не из-за аттракциона. Они из-за того, что я чувствую, когда Данияр рядом.

«Я рядом!»

Как точно сказано.

Аттракцион постепенно заполняется другими людьми. Работник парка обходит всех и проверяет ремни безопасности.

Поворачиваю голову к Данияру. Он тоже смотрит мне в глаза и сильнее сжимает мою руку.

Громкий сигнал разрезает воздух, и мир вокруг начинает кружиться в безумном танце. Кабинка взмывает вверх, а я закрываю глаза, пытаясь спрятаться от головокружительной высоты. Но даже с закрытыми веками я вижу его — Данияра, его взгляд, его улыбку.

Пальцы Данияра крепко сжимают мою руку, и это прикосновение — единственное, что держит меня в реальности. Все остальные ощущения размываются, растворяются в вихре эмоций. Страх перед высотой отступает перед силой его присутствия.

Аттракцион бросает нас из стороны в сторону, но я не чувствую ни одного виража — только биение его сердца, которое словно синхронизировалось с моим. Время теряет смысл, пространство сжимается до размеров наших сплетённых рук.

В этой несущейся смеси звуков и движений есть только один островок спокойствия — его ладонь в моей. И я понимаю, что никакие американские горки не способны подарить те же эмоции, что дарит мне его близость. Никакое падение не сравнится с тем, как падает моё сердце, когда он смотрит на меня.

Дрожь пробегает по телу — то ли от страха высоты, то ли от переполняющих чувств. Но я уже не могу, да и не хочу, различать эти ощущения.

Аттракцион несётся вперёд, вокруг грохочет металл и кричат люди, а для меня существует только его рука, только его взгляд, только он.

Я сижу с закрытыми глазами, боясь окунуться в реальность. Аттракцион очень страшный, но всё, что я сейчас чувствую, — это пальцы Данияра, сжимающие мою дрожащую руку.

И я теряю счёт времени. Открываю глаза, когда слышу с доброй ухмылкой в голосе:

— Ромашка, ты жива?

Данияр расстёгивает на мне ремни. Я опираюсь на поручни и пытаюсь встать и понимаю, что голова кружится и ноги как ватные. Не чувствую их.

Но Данияр, похоже, легко угадывает моё состояние. Просто берёт и легко подхватывает меня на руки.

Я вскрикиваю от неожиданности и обнимаю его за шею, чтобы не упасть.

— Дан, ты что? Поставь меня! — прошу, стыдясь любопытных взглядов, пока он несёт меня вниз.

— Как ты меня назвала?

— Пусти, — бурчу, опуская взгляд и стесняясь собственных эмоций и сказанных слов.

Сейчас особенно тяжело выдержать его взгляд.

Данияр не спорит. Ставит меня около дерева, но не отпускает. Как только я оказываюсь на ногах, он тут же обнимает меня.