Будни Академии

Глава 2 Часть 3

Глава 2

 Часть 3

Ликует враг, молчит в недоуменьи

Вчерашний друг, качая головой,

И вы, и вы отпрянули в смущеньи,

Стоявшие бессменно предо мной

Великие, страдальческие тени,

О чьей судьбе так горько я рыдал,

На чьих гробах я преклонял колени

И клятвы мести грозно повторял…

Зато кричат безличные: «Ликуем!»,

Спеша в объятья к новому рабу

И пригвождая жирным поцелуем

Несчастного к позорному столбу.

(1866)

(Николай Некрасов)

Дарен
Так, необходимо, чтобы светлые приняли меня за сына какого-нибудь аристократа, решившего сбежать на Светлые Земли.
Ну, в зеркале отражается парень лет шестнадцати-семнадцати. Худощавый. Скелет, конечно, не напоминает, но если надену свой любимый плащ, то буду выглядеть так, будто сейчас загнусь от истощения. Тонкие, аристократические черты лица, черные до плеч волосы и темно-зеленые глаза. Сейчас. А вообще их цвет у меня от настроения зависит, и определить по ним мое состояние может только отец, у самого такие же.
Я с сильным сомнением смотрел на одежду. Все черное. Меня могут не так понять. Очень не так. Вот от слова совсем. Но другого цвета одежду я не ношу...
А ладно! Плевать на чувства моих несчастных попутчиков, отправлюсь в черном. Надо будет им ещё заявить, что я только недавно закончил академию. И некромант. Потомственный. А, что? Пусть боятся!
Если одежду я выбирал пару минут от силы, то с оружием возился гораздо дольше. Это не тряпки. То, чем ты сражаешься, так же важно, как часть твоего тела, и так же должно подходить тебе.
В конце концов, перерыв весь свой арсенал, я решил взять с собой кинжал с и полуторник. Меч был предметом моей заслуженной гордости: я ковал его сам, в течение нескольких лет, совершенствуя его каждый раз, создавал чары, оплетавшие клинок, рукоять которого лежит в моей руке как влитая.
Что ж, пора!
Стоп! Если я собираюсь играть малолетнего некроманта, только закончившего академию, то мне кое-чего не хватает… Посоха! Дурацкие суеверия, из-за которых приходится таскать на себе здоровенную дубину!

Пару минут спустя...

Где тут у нас проход в местные застенки? Нашел!  Так... второй поворот  направо, налево, налево и пятый поворот налево.   Вот скажите мне, пожалуйста, на кой отцу целая темница, если большая часть камер банально пустует, а парочка оставшихся используется для вот таких вот "героев"? И где мне теперь этих придурков искать?
Ладно, попробуем поразмышлять логически… Поймали их позавчера, и больше я о них ничего не слышал. Значит, не ведут себя тихо, сбежать не пытаются, а значит засовывать их далеко нет смысла. Поищем около входа... Есть!
Хм... Улей? Теперь понятно почему они такие тихие. Этот тип камер придумал ещё мой прапрапрадед, специально для таких вот команд героев-неудачников. Эти команды, посылаемые убить Темного Императора ( так нас на светлых землях называют), ну или какой-нибудь артефакт украсть, чтобы тоже убить. Вообщем цель одна.
Так вот об "улье". Особенность этих камер в том, что всех, пойманных за противоправными деяниями в адрес отца, рассаживают по маленьким клетушкам, вот честно, гроб и то больше, наверное, будет, квадрат со стороной в полтора метра и высотой в метр, образующими улей ( вид изнутри). Отличие лишь в том, что клетки только по бокам, на потолке  их нет, но это сделано только для удобства охранников, а не пленников. Выход забран решетками и выходит в один общий зал. Общий выход один, можно поговорить и увидеть друг друга, но более — ни–ни! Одна попытка кого–то сбежать — и страдают все!  И чем больше попыток — тем сильнее боль.
Поэтому никто и не пытается покинуть эти милые и гостеприимные апартаменты. Очень больно и очень неприятно! И одно дело если только тебе, но если всем…

Так, пожалуй, накину невидимость и зайду, полюбуюсь на мое развлечение в дорогу...

Так, первый воин, вот прям среднестатистический такой рыцарь, по другому и не скажешь. На вид лет тридцать-сорок, волосы темные, коротко стриженные,  глаза темно-зеленого цвета, от брови  до подбородка шрам, явно получен давно, аристократические черты лица. Довольно примечательная внешность.

Следующий гном. Ну, о нем и говорить нечего.  Все эти коротышки на одно, заросшее бородой, лицо. По этой самой бороде, кстати, можно определить все: от клана, к которому он принадлежит, вплоть до социального положения. Этот из клана Стального Молота и… изгнанник? Не ожидал! Судя по всему до изгнания он имел достаточно высокое положение… Да и лицо его мне знакомо… Ха! Как я сразу не догадался! Хорошо, что никто не видит сейчас моего лица...

А потом... Воинша!? Спит. Волосы серебристые. Черты лица тонкие. В общем красивая. 

А там у нас — клиричка… Тощая, как скелет. Волосы длинные, ярко–фиолетового цвета (чего–то не то съела?), глаза желтые. Руки худые.  А вот ногти... Это же ужас!  Фиолетовые, длинные, загнутые. Хотя, может, маскируется, но это вряд-ли, от нее же даже темные шарахаться будут...