Будни чокнутой семейки

Глава четвертая

Удар был настолько сильным, что у Капы из глаз брызнули слезы. Эта сволочная приживалка нарочно приложила ее дверью. Стараясь не прикасаться к носу, Капа осторожно вытерла глаза рукавом халата. Подсвечник мешал, свечи прогорели и горячий воск капал ей на пальцы. Где-то сзади был стол, куда можно было его поставить. Капа моргнула, пытаясь восстановить зрение и поняла, что кошмар закончился. Она стояла посреди своей комнаты и, хотя стены перед глазами еще шатались, оклеены они были обоями, знакомыми Капитолине до последней дырки. Утро уже наступило. Капа поставила подсвечник на комод и задула свечи.

Через десять минут она уже стояла возле подъезда, пытаясь дрожащими руками застегнуть куртку. Сидеть дома Капа не могла. Нужно было срочно что-то делать с собой. Ей необходим был якорь, который помог бы не только остаться в этом мире и времени, но и в своем уме. Может, пойти в церковь? Капа представила, как рассказывает батюшке на исповеди про свои приключения. В лучшем случае он тут же начнет изгонять из нее чертей, в худшем - вызовет санитаров. Конечно, можно надеть на шею освященный образок, хорошо бы сразу несколько штук, а еще обрызгать всю квартиру святой водой, но воспитанная тремя поколениями атеистов Капитолина очень смутно представляла себе пользу от всех этих мероприятий.
– Утро доброе. Куда это ты так рано?

Капа обреченно повернулась к подъезду. Соседей нельзя игнорировать, даже если очень хочется. Алла Григорьевна считала себя добрым и отзывчивым человеком, а еще была очень набожна. И сейчас она, как обычно, направлялась на утреннюю службу в церковь. Так что этот пункт в плане по спасению себя можно вычеркнуть. Вместе с соседкой Капа даже в подъезд старалась не заходить. Она вполне могла прожить без агентурных данных о жизни местного истеблишмента.
– Батюшки, что это с тобой? – всплеснула руками Алла Григорьевна.
– Аллергия, – по ощущениям Капы, нос у нее должен светиться как у олененка Рудольфа.
– Так ты в аптеку? Или в поликлинику?
– Ага, – Капа решила не конкретизировать.

Соседка тут же забросала ее рецептами различных снадобий и названиями лекарств. Утренняя служба была забыта. Капа послушно кивала и гундосо угукала в нужных местах. Ее больше волновал вопрос, что еще можно сделать для собственной безопасности. Кроме булгаковской бронированной камеры на ум ничего не приходило.
– Холодно-то как сегодня. – Алла Григорьевна пыталась застегнуть верхнюю пуговицу на драповом пальто, но воротник не хотел сходиться. Пальцы у нее проскальзывали и большая, в перламутровых разводах пуговица продолжала болтаться на пучке измочаленных ниток.

Капа следила за этой пуговицей как завороженная. В ее сонных и усталых мозгах крутилась какая-то важная мысль. Где-то она такую пуговицу уже видела…
– Родиона пошлешь ко мне после школы? Пусть в универсам сходит. А то у меня перловка закончилась. – Соседка просительно заглянула Капе в глаза.
– Точно! Пуговица! Алла, извини, мне в универсам нужно, – кивнув ошалевшей соседке, Капа ринулась на остановку.

К магазину Капитолина приехала за полчаса до открытия. Чтобы не замерзнуть, она бродила кругами по детской площадке напротив супермаркета и даже пробежалась вокруг заснеженной песочницы и вмерзших в лужу качелей, но быстро устала и запыхалась. На холоде ей хорошо дышалось и думалось. Не настолько, чтобы понять, что именно происходит, но вполне приемлемо, чтобы нащупать хоть что-то общее. Во всяком случае, она на это очень надеялась.

Если бы у Капы был с собой блокнот, она постаралась бы все расписать красивым почерком с пунктами и подпунктами. И под первым номером была бы ее собственная многострадальная голова. Пожилой рыбак ни с того ни с сего заехал Капе кулаком в лоб. Хорошо так приложил, она потом еще дней десять фингал тоналкой замазывала. Судя по его словам, он понял, что Капа не местная и хотел помочь. Приживалка Лидия со всей дури ударила Капу дверью. Помогать ей Лида точно не собиралась, но Капа слишком хорошо вписывалась в ее историю про помещика-ролевика, чтобы это было правдой. И главное, с шишкой на лбу или с распухшим носом, но Капитолина сразу же оказывалась дома. Совпадение? Капа ни капельки в это не верила. Конечно, ученые сказали бы, что для полноты картины не хватает статистических данных, но проводить на себе опыты Капитолина не собиралась.

Вторым пунктом в ее списке стоял странный парень, в которого Капа врезалась в автобусе, причем, опять-таки лбом. Он кричал что-то про стервятников, которые должны от него отстать и переключиться на книги с телевизором. Может, его тоже волшебным образом перебрасывает в разные непонятные места?

В этой схеме было много белых пятен, но нервный молодой человек в ней точно присутствовал. Капа только сейчас вспомнила, где и когда она видела его засаленный плащ и пуговицу, которая болталась на одной нитке. Это было в самом начале осени, Капитолина спешила на дачу к подруге. В руках у нее был свежеиспеченный пирог, запакованный в кальку, за спиной этюдник, а в мыслях только страх пропустить нужную электричку. Поэтому, когда она налетела на человека в плаще, то извинилась и помчалась дальше, на автопилоте подумав, что пуговицу жалко, оторвется и потеряется. Как он выглядел выше и ниже этой пуговицы, Капа не запомнила. А через неделю ее засосало в деревню с комарами.

• Капитолина собиралась подкараулить юношу в супермаркете и вытрясти из него все, что он знает о телепортации.

Замерзшая словно сосулька Капа влетела в магазин на крейсерской скорости. Схватив тележку, она побрела по рядам с продуктами, одним глазом разглядывая ценники, а вторым пристально наблюдая за входом. В отделы, откуда вход не просматривался, Капа не заходила.

Когда Капитолина с полными пакетами вышла из супермаркета, разочарованию ее не было предела. Юноша бледный со взглядом горящим в магазине так и не появился. План, который еще два часа назад казался Капе образцом тактики и стратегии, летел в тартарары. Каждый день торчать в супермаркете и как Ассоль, высматривать таинственного незнакомца? Есть ли в этом хоть какой-то смысл?